22 марта 2022 г. Верховный Суд РФ, а точнее – его Судебная коллегия по гражданским делам, рассмотрела жалобу гражданина на решения нижестоящих судов по поводу признания его племянника наследником за умершими отцом и братом. Предметом спора явилась квартира, к моменту рассмотрения спора уже проданная. И вопрос был во взыскании с гражданина половины стоимости унаследованной и уже проданной квартиры, т.е. 1020000 рублей, в пользу племянника.

Рассматривают данное дело Загайнов Михаил Рудольфович – канд. экономич. наук, старший преподаватель ДПРЭД Финансового университета при Правительстве РФ и Слепко Галина Евгеньевна – канд. филол. наук, доцент ДПРЭД Финансового университета при Правительстве РФ

Обратимся к основным этапам спора и посмотрим, почему же Коллегия не согласилась с мнением нижестоящих судов.

  1. У гражданина Кулажина Р.А. были отец Кулажин А.Н. и брат Кулажин Е.А., у которого в свою очередь был сын – несовершеннолетний Кулажин Н.Е. Брак с матерью сына, Кулажиной А.Ф., брат ответчика расторг ещё при своей «жизни».
  2. Брат гражданина – Кулажин Е.А. – 7 февраля 2013 г. в судебном порядке был признан безвестно отсутствующим.
  3. Отец гражданина – Кулажин А.Н. – умер 5 февраля 2017 г.
  4. Ответчик Кулажин Р.А. принял наследство в установленный срок.
  5. 1 ноября 2017 г. Кулажин Р.А. продал унаследованное имущество в виде квартиры Идиатуллову Н.Г. по цене 2 040 000 руб.
  6. Брат гражданина – Кулажин Е.А. – 24 января 2018 г. в судебном порядке был признан умершим, а датой смерти был определен май 2011 г.
  7. 28 октября 2019 г. решением районного суда данная актовая запись аннулирована.
  8. Бывшая жена отсутствующего брата – Кулажина А.Ф. – действующая в интересах несовершеннолетнего племянника ответчика-наследника, т.е. в интересах, Кулажина Н.Е., обратилась в суд с иском о взыскании с гражданина Кулажина Р.А. денежной компенсации, а также о признании умершим своего бывшего мужа и отца их общего сына Кулажина Е.А.

Если не учитывать развёртывание во времени названных событий, то можно было бы согласиться с Кулажиной А.Ф. и применить норму статьи ст. 1146 ГК РФ, в соответствии с которой доля наследника по закону (Кулажина Е.А.), умершего до открытия наследства или одновременно с наследодателем (Кулажиным А.Н.), переходит по праву представления к его соответствующим потомкам (Кулажину Н.Е.). Ведь было же решение суда, которым брат ответчика и отец несовершеннолетнего сына Кулажин Е.А. умер раньше своего отца Кулажина А.Н.

То есть возможно было бы говорить: внук наследодателя Кулажина А.Н. – Кулажин Н.Е. – наследует за дедом по праву представления, а именно вместо своего отца Кулажина Е.А., умершего раньше своего отца и одновременно деда своего сына.

А почему мы говорим «умершего раньше»? А потому, что было решение суда о признании гражданина Кулажина Е.А. в мае 2011 г., что определённо раньше даты смерти деда Кулажина А.Н.

А можем ли мы так говорить? К сожалению для бывшей жены и матери сына Кулажина Е.А. не можем: запись о его смерти была аннулирована также на основании решения суда.

Мы можем лишь предполагать, почему именно май 2011 г. признали временем смерти Кулажина Е.А. И почему потом это решение отменили. В любом случае это не имеет юридического значения для рассмотрения указанного спора.

Но ясно одно: сам Кулажин Е.А. к моменту смерти своего отца-наследодателя (Кулажина А.Н.) юридически всё ещё был жив.

А значит, у его несовершеннолетнего сына,внука наследодателя (Кулажина А.Н.), на момент открытия наследства, в состав которого и входила квартира, не было и не могло быть оснований для наследования по праву представления.

Имеет ли правовое значение то, что Кулажина А.Ф., действующая в интересах несовершеннолетнего Кулажина Н.Е., просит суд признать Кулажина Е.А. (отца их общего несовершеннолетнего сына) умершим?

Да, имеет: вполне возможно у Кулажина Е.А. есть какое-либо имущество, которое их сын мог бы унаследовать как наследник первой очереди на основании с п. 1 ст. 1142 ГК РФ.

А в рамках рассматриваемого спора? То есть в рамках спора о признании несовершеннолетнего Кулажина Н.Е. наследником по праву представления после смерти наследодателя Кулажина А.Н., наступившей 5 февраля 2017 г.?

Ответ будет отрицательным: нет, значения для разрешения данного спора такое признание иметь не будет. Ведь получится, что Кулажин Е.А. (отец несовершеннолетнего Кулажина Н.Е.) «умрёт» уже после смерти наследодателя квартиры – своего отца и деда своего сына. А в этом случае нормы п. 2 ст. 1142 ГК РФ о наследовании по праву представления не «работают».

Итак, наследовать за неумершим лицом нельзя: статья 1113 ГК РФ прямо указывает, что «наследство открывается со смертью гражданина». Пусть даже гражданин признан таковым решением суда.

И наследовать вместо неумершего тоже нельзя.

Таким образом, можно сделать вывод, что Верховный Cуд РФ при вынесении определения об отмене решения и определения нижестоящих инстанций о признании Кулажина Н.Е. наследником по праву представления действовал в строгом соответствии с буквой закона.

А что можем сказать по поводу сложившейся ситуации мы?

Авторы полагают и настаивают, что любая ситуация должна иметь свою «правовую точку».

Так, если бы бывшая супруга Кулажина Е.А. своевременно обратилась в суд с заявлением о признании его умершим в интересах их общего несовершеннолетнего ребёнка, то вполне возможно, что развитие событий в наследовании имущества Кулажина А.Н. было бы совершенно иным.

Загайнов Михаил РудольфовичСлепко Галина Евгеньевна

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.