Своим Постановлением от 17 февраля 2026 года №7-П Конституционный Суд РФ дал оценку конституционности положений статьи 26.1 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 №2300-1 «О защите прав потребителей», регулирующей дистанционную продажу товаров. Гражданин Т. приобрел товар в интернет-магазине, но после получения решил отказаться от него, так как он не подошел по потребительским свойствам. Продавец требовал личной явки покупателя в розничный магазин для возврата, что для Т., проживавшего в отдаленном населенном пункте, было сопряжено с несоразмерными затратами, а предложение отправить товар почтой за свой счет продавец отклонил. Конституционный Суд, рассмотрев жалобу заявителя Т., признал, что действующее правовое регулирование не гарантирует потребителю возможность дистанционного возврата товара надлежащего качества, и обязал законодателя устранить пробел, установив до внесения изменений временный порядок, позволяющий возвращать товар любым способом по усмотрению покупателя.
Суть дела
Гражданин Т. заказал и оплатил товар на сайте интернет-магазина, после получения обнаружил, что товар не подходит ему по потребительским свойствам. Продавец сообщил, что возврат возможен только при личном визите покупателя (или его представителя) в любой розничный магазин сети, несмотря на удаленность места проживания заявителя.
Т. предложил отправить товар почтой за свой счет, но получил отказ; обращения в контролирующие органы не привели к привлечению продавца к ответственности.
Суды, включая арбитражные инстанции, отказали в признании незаконными отказов в возбуждении дел об административных правонарушениях, указав, что возврат почтой возможен лишь по согласованию с продавцом.
Заявитель обратился в КС РФ, полагая, что оспариваемые нормы (п. 3 и 4 ст. 26.1 Закона о защите прав потребителей) позволяют продавцу фактически лишать потребителя права на возврат, устанавливая неразумные условия.
КС РФ принял жалобу к рассмотрению, признав ее допустимой, так как в конкретном деле был применен оспариваемый нормативный акт. Суд указал, что законодатель, устанавливая право потребителя на отказ от дистанционно приобретенного товара, не урегулировал вопрос о месте и способе возврата, что создает возможность для продавцов устанавливать недобросовестные условия. Такое регулирование нарушает баланс интересов сторон, поскольку экономически слабый потребитель (особенно проживающий в удаленных населенных пунктах) фактически лишается возможности реализовать свое право на возврат.
КС РФ признал пункты 3 и 4 статьи 26.1 Закона не соответствующими Конституции РФ (ст. 19, 34, 35, 55) в той мере, в какой они не устанавливают возможность дистанционного возврата товара надлежащего качества. Суд предписал федеральному законодателю внести изменения в правовое регулирование, а до этого установил временный порядок: покупатель вправе возвращать товар любым способом по своему усмотрению (в том числе через перевозчика или организацию связи), обеспечивающим проверку состояния товара продавцом, неся при этом риски и расходы на доставку.
Позиция Конституционного Суда Российской Федерации
В силу конституционного принципа справедливости свобода, признаваемая за предпринимателями, и гарантируемая им защита должны быть уравновешены требованием об ответственном отношении к правам и свободам тех, кого затрагивает их деятельность. Свобода договора, отнесенная к основным началам гражданского законодательства, предполагает равенство, согласование воли сторон и не может вести к отрицанию или умалению общепризнанных прав и свобод. Предметом являются пункты 3 и 4 статьи 26.1 Закона РФ «О защите прав потребителей» в той части, в какой они не регламентируют место и способ возврата товара надлежащего качества, приобретенного дистанционно, и допускают установление продавцом условий, делающих возврат экономически нецелесообразным или невозможным для потребителя.
Относительно конституционной значению защиты прав потребителя Суд указал, что потребитель является экономически слабой стороной договора и нуждается в дополнительной защите (ст. 19, 34, 35 Конституции РФ). Свобода договора не абсолютна и может быть ограничена для обеспечения баланса интересов, особенно при договорах присоединения (дистанционная торговля).
По выявленному дефекту правового регулирования Суд подчеркнул, что закон предоставляет потребителю право на отказ от товара, но не определяет механизм его реализации (место, способы возврата), оставляя этот вопрос на усмотрение продавца. Отсутствие императивных правил о способах возврата позволяет продавцу устанавливать формально законные, но фактически неисполнимые или обременительные для потребителя условия (например, явка в конкретный магазин). Такой пробел нарушает конституционный принцип равенства и делает право на возврат иллюзорным для граждан, проживающих вне крупных населенных пунктов.
Относительно императивного характера норм и добросовестности продавца Суд подчеркнул, что нормы о возврате товара надлежащего качества носят императивный характер и направлены на защиту слабой стороны. Продавец, использующий дистанционную торговлю и расширяющий каналы сбыта, обязан обеспечить потребителю возможность дистанционного возврата товара, соразмерную приобретенному товару и не создающую искусственных барьеров. Недостаточное информирование о порядке возврата либо установление обременительных условий возврата, даже если они формально доведены до потребителя, может свидетельствовать о недобросовестности продавца.
Таким образом КС РФ признал пункты 3 и 4 статьи 26.1 неконституционными в связи с отсутствием регулирования дистанционного возврата. До внесения изменений в закон установлен временный порядок: потребитель вправе возвращать товар любым способом по своему усмотрению (включая почту и перевозчиков), обеспечивающим возможность проверки товара продавцом. Потребитель несет риск случайной гибели/повреждения товара при пересылке и транспортные расходы. Судебные акты по делу Т. подлежат пересмотру в установленном порядке.
Мнение эксперта
Данное постановление КС РФ является знаковым для развития законодательства о дистанционной торговле и защиты прав потребителей в эпоху цифровой экономики. КС РФ фактически признал, что правовое регулирование, существующее более двадцати лет, перестало отвечать реалиям современного рынка, где интернет-торговля занимает значительную долю, а потребители нередко находятся в иных регионах, нежели продавцы.
Вильская Наталья Викторовна, старший преподаватель Кафедры международного и публичного права Юридического факультета Финансового университета при Правительстве Российской Федерации.
Ключевое значение имеет решение Суда о том, что право на возврат товара надлежащего качества, приобретенного дистанционно, не может быть реализовано только на условиях продавца. Суд указал, что продавец, получающий выгоду от расширения географии продаж, должен предоставить потребителю возможность вернуть товар дистанционно (например, почтой или курьером). Это требование основано на принципе добросовестности и недопустимости злоупотребления правом (п. 3–4 ст. 1, ст. 10 ГК РФ), который суд интерпретирует расширительно применительно к предпринимателям-продавцам.
Особого внимания заслуживает установленный Судом временный порядок. Он создает четкий механизм для потребителей: теперь, если продавец не предоставил удобного способа возврата или его условия экономически нерациональны, покупатель вправе сам выбрать способ доставки (включая почту) и требовать принятия товара. Риски при пересылке и расходы по доставке остаются на покупателе, что справедливо, поскольку возврат связан с субъективным желанием потребителя. При этом продавец лишен возможности отказаться от принятия товара, сославшись на несогласованный способ возврата, — такой отказ будет считаться недобросовестным поведением.
Примечательно, что Суд не ограничился констатацией пробела, а предложил развернутую правовую конструкцию, включая распределение рисков и порядок действий сторон. Это позволяет судам нижестоящих инстанций, а также участникам гражданского оборота руководствоваться выработанными правовыми позициями до момента внесения законодательных изменений.
Для практики это означает усиление ответственности продавцов за организацию процесса возврата товаров, особенно при использовании собственной или агрегированной логистической инфраструктуры. Владельцы маркетплейсов и интернет-магазинов вынуждены будут пересматривать свои правила возврата, обеспечивая дистанционные каналы приема товаров. Для потребителей, особенно проживающих в отдаленных территориях, это решение восстанавливает реальную возможность отказаться от неподходящего товара без несоразмерных затрат, что соответствует конституционным принципам равенства и справедливости.
