Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2026 N 25-УД25-14-К4 указало на необоснованным отказ нижестоящих инстанций в прекращении уголовного дела и наличие формальных признаков (впервые совершённое преступление небольшой тяжести, примирение и заглаживание вреда) является безусловной предпосылкой для применения ст. 76 УК РФ, а дискреционное право суда не может реализовываться произвольно без указания конкретных мотивов отказа. И двуобъектность состава преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ (безопасность дорожного движения и здоровье человека), а также факт не заявления ходатайства в суде первой инстанции, не являются препятствиями для прекращения дела за примирением сторон на вышестоящих стадиях процесса.
Суть дела
В соответствии с приговором К., осуждена по ч. 1 ст. 264 УК РФ к ограничению свободы на 1 год 6 месяцев с ограничениями и обязанностью, указанными в приговоре, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 2 года в соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ.
Апелляционным постановлением приговор оставлен без изменения.
Кассационным постановлением приговор и апелляционное постановление изменены:
в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ добровольное возмещение имущественного и морального вреда, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему в результате совершения преступления, признаны обстоятельством, смягчающим наказание, в связи с чем наказание, назначенное К. по ч. 1 ст. 264 УК РФ, смягчено до 1 года ограничения свободы.
К. осуждена за нарушение правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшее причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью И. при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В кассационной жалобе осужденная К. выражает несогласие с апелляционным и кассационным постановлениями в части отказа в удовлетворении ходатайства потерпевшего И. о прекращении в отношении нее уголовного дела в связи с примирением сторон.
Указывает, что судом апелляционной инстанции установлено наличие всех необходимых условий для прекращения уголовного дела по данному нереабилитирующему основанию, однако суд в его удовлетворении отказал, сославшись на общественную значимость и социальную опасность содеянного, данные о ее личности, а также на то, что прекращение уголовного дела по указанным основаниям является правом, а не обязанностью суда. Вместе с тем, решение суда апелляционной инстанции считает немотивированным, поскольку в нем не указано, какие именно данные о ее личности не позволили принять решение о прекращении дела за примирением сторон.
Обращает внимание, что уголовный закон не содержит запрета на прекращение уголовного преследования по указанным выше основаниям при совершении преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, причиняющего вред двум объектам — безопасности дорожного движения, здоровью и жизни человека. По указанным основаниям, учитывая ее исключительно положительные характеристики, просит отменить все состоявшиеся судебные решения и прекратить в отношении нее уголовное дело на основании ст. 25 УПК РФ за примирением с потерпевшим.
Позиция ВС РФ
ВС РФ указал, что выводы суда апелляционной инстанции противоречат положениям ст. 76 УК РФ.
В соответствии с данной нормой закона освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим возможно в отношении лица, впервые совершившего преступление небольшой или средней тяжести, примирившегося с потерпевшим и загладившим причиненный вред. Способы заглаживания вреда, а также размер его возмещения определяются потерпевшим.
Судом апелляционной инстанции правильно указано, что принятие решения об освобождении от уголовной ответственности является правом, а не обязанностью суда, но, вместе с тем, не учтено, что как удовлетворение соответствующего ходатайства, так и отказ в нем должны быть основаны на положениях закона, решение должно являться обоснованным и справедливым.
Судебная коллегия приходит к выводу, что решение суда апелляционной инстанции об отказе в освобождении К. от уголовной ответственности за примирением с потерпевшим таким требованиям не отвечает, поскольку при наличии оснований для удовлетворения соответствующего ходатайства не содержит обоснования со ссылками на конкретные обстоятельства, которые бы препятствовали принятию такого решения.
Суд кассационной инстанции, соглашаясь с решением и доводами предыдущей судебной инстанции, в качестве дополнительных оснований к отказу в удовлетворении кассационной жалобы указал, что К. неоднократно привлекалась к ответственности за административные правонарушения в области дорожного движения. Судебная коллегия не усматривает оснований для учета данного обстоятельства в качестве препятствия к применению положений ст. 76 УК РФ в отношении К., поскольку из справки, содержащейся в материалах уголовного дела, следует, что практически все правонарушения, зафиксированные видеокамерой, совершены до получения осужденной права на управление транспортными средствами, при этом судом не установлено, кто именно управлял автомобилем.
Так в п. 27 постановления Пленума Верховного Суда «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности» разъясняется, что в случаях, когда имеются иные предусмотренные законом основания для отмены обвинительного приговора, и при этом на момент рассмотрения дела судом апелляционной инстанции истекли сроки давности уголовного преследования (п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ) или осужденным выполнены указанные в ч. 3 ст. 28.1, ст. ст. 25, 25.1, 28 УПК РФ условия для освобождения его от уголовной ответственности, при отсутствии оснований для постановления оправдательного приговора уголовное дело или уголовное преследование подлежит прекращению по правилам п. 3 ч. 1 ст. 24, ч. 3 ст. 28.1 УПК РФ или может быть прекращено в соответствии с одним из правил, предусмотренных ст. 25, 25.1, 28 УПК РФ.
Поскольку все условия, необходимые для применения положений ст. 76 УК РФ выполнены, К. подлежит освобождению от уголовной ответственности за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ за примирением с потерпевшим, а уголовное дело — прекращению в соответствии с положениями ст. 25 УПК РФ.
Мнение эксперта
Апелляционная инстанция указала, что освобождение от уголовной ответственности является правом (дискреционное полномочие), а не обязанностью суда. В качестве аргументов отказа приведены: характер и степень общественной опасности деяния, особенности объекта преступного посягательства (безопасность дорожного движения), а также вывод о том, что возмещение вреда потерпевшему не устраняет вред, причиненный публичному интересу (основному объекту). А кассационная инстанция поддержала эту позицию, дополнительно указав на наличие у осужденной административных правонарушений в области дорожного движения, а также на тот факт, что ходатайство о прекращении дела не заявлялось в суде первой инстанции.
Красненкова Елена Валерьевна, доцент, к.ю.н., доцент Кафедры международного и публичного права ФГОБУ ВО «Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации»
При применении ст. 76 УК РФ необходима совокупность лишь трех условий: совершение преступления впервые; отнесение преступления к категории небольшой или средней тяжести, а ч. 1 ст. 264 УК РФ относится к категории небольшой тяжести и примирение с потерпевшим и заглаживание причиненного вреда. В законе не содержится запрета на прекращение дела по данному основанию в зависимости от объекта преступного посягательства (двуобъектность состава преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, не является препятствием). Поэтому вывод суда апелляционной инстанции о том, что добровольное возмещение вреда не устраняет вред, причиненный безопасности дорожного движения, признан несостоятельным, поскольку примирение сторон в первую очередь направлено на восстановление прав конкретного потерпевшего.
Любое право или обязанность со стороны суда, в т.ч. решение о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, должно быть мотивированным и справедливым. Отказ в удовлетворении ходатайства потерпевшего должен содержать конкретные обстоятельства, препятствующие освобождению от ответственности. В обжалуемых актах такие обстоятельства отсутствовали. Ссылка на «общественную значимость» и «данные о личности» без их конкретизации не может служить законным основанием для отказа.
Довод кассационного суда о неоднократном привлечении осужденной к административной ответственности является несостоятельным, т.к. судом не установлено лицо, управлявшее автомобилем в момент фиксации этих нарушений и учет подобных обстоятельств как отягчающих или препятствующих примирению без их надлежащей проверки признан недопустимым.
Факт незаявления ходатайства о прекращении дела в суде первой инстанции не является препятствием для его рассмотрения судом апелляционной инстанции. В обоснование приведена ссылка на п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», если на момент рассмотрения дела в апелляции осужденным выполнены все условия для освобождения от ответственности, дело подлежит прекращению.
При наличии волеизъявления потерпевшего и выполнения условий примирения, суды обязаны тщательно мотивировать отказ в прекращении дела, не допуская формальных отсылок к общественной опасности деяния как к единственному аргументу. Состав преступления, предусмотренные ст. 264 УК РФ, не являются исключением из правил о примирении сторон и двуобъектность состава сама по себе не может служить непреодолимым препятствием для применения ст. 76 УК РФ.
ВС РФ освободил лицо от уголовной ответственности за примирением с потерпевшим, а уголовное дело — прекращению в соответствии с положениями ст. 25 УПК РФ, что видится верным.
