Определение Верховного Суда РФ от 26.01.2026 №305-ЭС24-4991(12) подтверждает довод о том, что на должнике лежит первичная обязанность совершения активных действий, направленных на исполнение обязательства.
Суть дела
В рамках дела о банкротстве должника вступившим в законную силу определением арбитражного суда удовлетворено заявление конкурсного управляющего о признании на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве недействительной сделкой платежа должника в пользу ответчика на 18 536 557 рублей 96 копеек, и применены последствия недействительности сделки в виде обязания ответчика вернуть должнику указанную сумму и восстановления задолженности перед ответчиком в том же размере.
04.06.2024 ответчик направил конкурсному управляющему запрос о предоставлении реквизитов для перечисления денежных средств.
05.06.2024 конкурсный управляющий направил ответ.
17.06.2024 ответчик исполнил названное определение суда.
Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 348 466 рублей 77 копеек. за период с даты вступления судебного акта в законную силу и до даты фактического исполнения, то есть с 06.05 по 17.06.2024.
Определением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, отказано в удовлетворении заявления. Суды руководствовались пунктом 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее — постановление Пленума № 7), в котором указано на освобождение ответчика от уплаты процентов по статье 395 ГК РФ в случае, когда исполнению обязательств препятствовало действие (бездействие) кредитора. Суды установили, что конкурсный управляющий уведомил ответчика о реквизитах 05.06.2024 и последний исполнил обязательство сразу после появления на счетах денежных средств.
Конкурсный управляющий обратился в Верховный Суд РФ с кассационной жалобой на указанные судебные акты.
Позиция Верховного Суда РФ
Рассмотрев доводы кассационной жалобы, Верховный Суд РФ отменил судебные акты нижестоящих судов и взыскал с ответчика в полном объеме проценты за пользование чужими денежными средствами по следующим основаниям.
Одной из причин отказа в удовлетворении заявления стало установленное судами отсутствие возможности у ответчика своевременно исполнить судебный акт ввиду недостаточности средств. Данный подход противоречит позиции, изложенной в пункте 45 постановления Пленума № 7, в соответствии с которым отсутствие денежных средств не является основанием для освобождения от ответственности за неисполнение денежного обязательства и начисления процентов, установленных статьей 395 ГК РФ.
Конкурсный управляющий направил ответ, содержащий реквизиты для перечисления средств, на следующий день после соответствующего запроса ответчика. Такое действие конкурсного управляющего исключает возможность признания его несвоевременным.
Ответчик, являясь заявителем апелляционной жалобы, знал о своей обязанности вернуть должнику денежные средства, в связи с чем должен был предпринять соответствующие действия по исполнению судебного акта. Следовательно, отсутствие у ответчика реквизитов для исполнения судебного акта вызвано его собственным бездействием.
Суды неправомерно переложили бремя ответственности за неисполнение судебного акта на взыскателя, который, по их ошибочному мнению, должен требовать немедленного исполнения судебного акта, разъяснять возможность применения статьи 395 ГК РФ или лишиться права на удовлетворение соответствующих требований.
Подобный подход противоречит смыслу части 2 статьи 16 АПК РФ, в соответствии с которой именно на проигравшей стороне лежит обязанность исполнить судебный акт. Бремя по надлежащему исполнению обязательства, в первую очередь, лежит на должнике, который и должен был озаботиться принятием мер к исполнению судебного акта, в том числе выяснить сведения о реквизитах счета кредитора.
Комментарий специалиста
Рассматриваемое определение повторяет ранее выработанный Президиумом ВАС РФ подход касательно решения вопроса о том, на кого должны быть возложены последствия просрочки исполнения денежного обязательства. Из положений статей 309 и 310 ГК РФ следует, что именно на должнике, а не на кредиторе лежит первичная обязанность совершения необходимых действий и принятия разумных мер по исполнению обязательства (запрос у кредитора реквизитов для осуществления платежа, накопление достаточных денежных средств для исполнения обязательства, принятие иных мер, направленных на фактическое исполнение обязательства). В случае возникновения обстоятельств, находящихся вне контроля должника и препятствующих исполнению им обязательства, он освобождается от ответственности, если у него отсутствует возможность принять разумные меры для устранения таких обстоятельств, например, внести необходимую сумму в депозит нотариуса по правилам статьи 327 ГК РФ. Однако при этом должник должен незамедлительно сообщить кредитору о наличии таких обстоятельств после того, как ему стало о них известно. Таким образом, просрочка кредитора как основание освобождения от ответственности за просрочку исполнения денежного обязательства имеет место в случае, когда кредитор не предпринял встречные ответные действия, без которых должник не имел возможности объективно исполнить обязательство (Постановление Президиума ВАС РФ от 27.11.2012 № 9021/12).
Тот факт, что требование кредитора из денежного обязательства подтверждено судебным актом, не изменяет правовую природу обязательства и порядок его исполнения. Обязанность исполнения судебного акта лежит на должнике независимо от совершения взыскателем действий по принудительному исполнению судебного решения, поэтому непредъявление исполнительного листа к принудительному исполнению не должно рассматриваться в качестве основания освобождения должника от ответственности за несвоевременное исполнение подтвержденного судебным актом обязательства (Постановления Президиума ВАС РФ от 22.10.2013 N 6309/13 и от 14.12.2010 № 8893/10).
управляющий партнер юридической компании ЮКО Юлия Иванова
Также необходимо отметить, что в данном споре требования конкурсного управляющего о взыскании процентов по статье 395 ГК РФ могут рассматриваться не как применение ответственности за просрочку исполнения денежного обязательства, а составная часть реституционного требования как последствия признания недействительной сделки. Ранее, рассматривая вопрос о правовой природе дохода, взыскиваемого по правилам статьи 1107 ГК РФ, Верховный Суд РФ пришел к выводу, что начисляемые по правилам статьи 395 ГК РФ проценты (пункт 2 статьи 1107 ГК РФ) являются частной разновидностью дохода, который должна была извлечь сторона, получившая имущество (денежные средства) по недействительной сделке. Исходя из субсидиарного применения норм о неосновательном обогащении к правилам о реституции, требование о взыскании процентов по пункту 2 статьи 1107 ГК РФ является частью реституционного требования как последствия признания недействительной сделки (Определения Верховного Суда РФ от 17.08.2017 № 305-ЭС17-3817 и от 02.10.2017 № 305-ЭС17-7967). Поэтому, начисление таких процентов в случае признания недействительной сделкой денежного платежа обусловлено не просрочкой возврата суммы платежа, а тем, что получатель знал или должен был знать об основаниях недействительности сделки.
