Кассационным определением Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2026 года по делу № 51-УД26-1-К8 подтверждена необходимость соблюдения процессуальных правил проверки и оценки доказательств, которые выступают обязательным условием признания решения мотивированным.
Суть дела
Верховный Суд рассмотрел кассационную жалобу адвоката по делу К., осужденного по ч. 1 ст. 306 УК РФ за заведомо ложный донос о краже телефона. Обстоятельства дела, изложенные в приговоре, свидетельствуют о том, что осужденный уронил телефон в водоем, но заявил в полицию о краже, чтобы скрыть обстоятельства утери. Первая инстанция назначила 200 часов обязательных работ, апелляционная инстанция оставила приговор без изменения, кассационная инстанция частично скорректировала процессуальные издержки.
В кассационной жалобе в Верховный Суд адвокат просит отменить приговор и все последующие решения, и вынести оправдательный приговор. В обоснование жалобы защитник указывает, что выводы суда об обстоятельствах пропажи телефона основаны исключительно на показаниях сотрудников полиции, проводивших проверку по сообщению К., которые, по мнению защитника, не могут быть признаны допустимыми доказательствами. Показания иных свидетелей, подтверждающих слова осужденного о краже телефона, были судом восприняты критически и отвергнуты, что свидетельствует о нарушении правил оценки доказательств. Данные о том, что на телефон осужденного после его утраты поступил входящий вызов, как считает защитник, опровергают виновность К. в инкриминированном ему деянии, а иные доказательства не подтверждают обвинение. Информация БСТМ не может быть признана допустимыми доказательством, поскольку отсутствуют сведения о том, как она поступила в дело.
Прокурор высказал возражения против доводов кассационной жалобы защитника и просил оставить ее без удовлетворения.
Позиция Верховного Суда
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации пришла к выводу о том, что имеются основания для отмены апелляционного и кассационного постановлений и направления уголовного дела на новое апелляционное рассмотрение.
Мотивируя свое решение Суд опирался на положения уголовно-процессуального закона, регламентирующие основания отмены судебных
решений в кассационном порядке (ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ), а также закрепляющие требования к доказательствам и доказыванию (ст. 17, 87, 88 УПК РФ).
Существенные нарушения УПК РФ выразились в следующем: суды апелляционной и кассационной инстанций не мотивировали отказ от доводов защиты о недопустимости доказательств (показания сотрудников полиции), нарушены правила оценки доказательств и принцип презумпции невиновности, определяющий, что неустранимые сомнения толкуются в пользу обвиняемого.
При этом «за основу» судом первой инстанции приняты во внимание показания сотрудников полиции об обстоятельствах, проведенной ими проверки по заявлению К. о краже у него телефона и сообщенных им сведений об утоплении телефона в водоеме во время рыбалки. Получены они от подсудимого после того, как правдивость сообщенных им первоначальных сведений была проверена с использованием полиграфа.
Судом указано, что никакие доказательства для суда не имеют заранее установленной силы и должны быть подвергнуты проверке и оценке.
Мнение эксперта
Решение Верховного Суда подчеркивает недопустимость обвинительного приговора на основе предположений и неполной оценки доказательств, особенно при противоречиях в показаниях. Это усиливает гарантии презумпции невиновности в делах о ложном доносе, требуя от судов тщательной мотивированности по ст. 7, 297, 302 УПК РФ.
Григорьева Наталья Владимировна, доцент Кафедры международного и публичного права Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, к.ю.н., доцент
Обстоятельствами, подлежащими доказыванию при производстве по делам о ложном доносе, являются факт ложного доноса о преступлении и умышленная форма вины лица. Практика подтверждает: добросовестное заблуждение заявителя исключает ответственность (п. 19 Постановления Пленума ВС РФ № 20 от 28.06.2022).
В деле заявителя судом не мотивирован, установленный приоритет показаний сотрудников полиции об утере телефона над показаниями осужденного, свидетелей со стороны защиты о действительности кражи, следовательно имеет место нарушение презумпции невинности. Допустимость показаний сотрудников полиции об обстоятельствах преступления, ставших им известными со слов осужденного, в связи с исполнением своих служебных обязанностей, призванные воспроизвести признание обвиняемого, вызывает сомнения и требует процессуального ответа.
Мотив получения страховой выплаты за украденный телефон был использован судом как мотив преступления, хотя обвинение этот мотив не вменяло и суд в описательной части приговора его не указал, что ухудшает положение осужденного и фактически намекает на иное, не вмененное правонарушение.
В рассматриваемом определении продемонстрирован пример реального действия презумпции невиновности и внимательного отношения к доводам защиты, которые должны быть рассмотрены и мотивированно оценены, а не формально отвергнуты, иначе решения подлежат отмене.
Остается дополнительно подчеркнуть, что рассматриваемое решение усиливает стандарты оценки доказательств, требуя от судов аргументированного опровержения доводов сторон, а не ссылки на «критическое отношение».
