Определением Верховного Суда Российской Федерации №307-ЭС25-6752 от 23 октября 2025 года, вынесенное Судебной коллегией по экономическим спорам по делу № А56-13766/2023 о банкротстве гражданина, ВС РФ отменил судебные акты трёх инстанций, удовлетворившие требование кредитора о признании долга общим с супругой, и направил дело на новое рассмотрение для проверки довода о пропуске срока исковой давности.
Суть дела
В рамках производства по делу о несостоятельности (банкротстве) гражданина его кредитор обратился в арбитражный суд с заявлением о признании обязательств должника перед ним общими обязательствами супругов. Требование основано на договоре займа от 24 сентября 2019 года и расписках от 9 июля 2021 года и от 14 января 2022 года. Общий размер задолженности составляет 8 013 508 рублей 23 копейки. Ранее это денежное требование было признано обоснованным и включено в реестр требований кредиторов должника.
Кредитор в обоснование своего заявления указал следующие обстоятельства. Супруги на момент получения заёмных средств состояли в зарегистрированном браке. Они совместно проживают, зарегистрированы по одному адресу. Супруга знала о наличии задолженности по спорным обязательствам. Кроме того, в период выдачи займа супруги совместно занимались коммерческой деятельностью, что, по мнению кредитора, свидетельствует о совместном управлении финансами и использовании полученных средств на общие нужды семьи.
Должник возражал против удовлетворения заявления. В числе прочих доводов он заявил о пропуске кредитором срока исковой давности. Он указал, что срок возврата займа по договору от 24 сентября 2019 года истёк 1 апреля 2020 года. При этом с требованием о признании обязательства общим обязательством супругов кредитор обратился в суд только 18 марта 2024 года, то есть за пределами общего трёхлетнего срока исковой давности.
Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11 октября 2024 года, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10 февраля 2025 года и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 4 июня 2025 года, заявление кредитора было удовлетворено. Обязательства должника были признаны общими обязательствами супругов. Суды пришли к выводу, что на момент получения денежных средств супруги состояли в браке, средства были израсходованы на нужды семьи, в частности на ведение совместного бизнеса.
Отклоняя довод о пропуске срока исковой давности, суды указали, что требование о признании долга общим обязательством супругов является производным от денежного требования. По их мнению, данное требование направлено не на взыскание задолженности, а на распределение средств, вырученных от реализации имущества, находящегося в общей собственности супругов. На этом основании суды пришли к выводу, что срок исковой давности на это требование не распространяется.
Позиция Верховного суда РФ
Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации не согласилась с выводами нижестоящих судов, найдя в них существенные нарушения норм материального права, повлиявшие на исход дела.
Верховный Суд указал, что суды не учли следующее. Отказываясь применять срок исковой давности, они не указали, к какому из перечисленных в статье 208 Гражданского кодекса Российской Федерации требований, на которые исковая давность не распространяется, относится спорное требование. Также судами не было указано, в силу каких иных, помимо Гражданского кодекса, законов это требование изъято из-под действия норм об исковой давности.
Верховный Суд дал правовую оценку характеру спорного требования. Согласно пункту 7 статьи 213.26 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» признание обязательства гражданина общим с его супругом влечёт возникновение у кредитора права на удовлетворение своего требования, в том числе за счёт имущества, принадлежащего супругу должника. Тем самым супруг гражданина, признанного банкротом, становится фактически содолжником в обязательстве и начинает отвечать как своей долей в общем имуществе, так и своим личным имуществом перед кредитором. В связи с этим, как разъяснено в пункте 48 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18 июня 2025 года, на данное требование, как на иск о присуждении, распространяется общий срок исковой давности.
Следовательно, для решения вопроса о том, пропущен ли срок исковой давности, судам следовало выяснить, когда кредитору стало известно об обстоятельствах, которыми он обосновывает своё требование (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Поскольку судами этот вопрос не рассматривался, вывод об удовлетворении требования кредитора является преждевременным.
Доводы кассационной жалобы, оспаривающие доказанность израсходования заёмных средств на ведение совместного бизнеса, Верховный Суд отклонил как связанные с переоценкой фактических обстоятельств, что не является основанием для отмены в кассационном порядке.
Поскольку судами допущено существенное нарушение законодательства об исковой давности, обжалуемые судебные акты подлежат отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции для проверки довода должника о пропуске кредитором срока исковой давности.
Мнение эксперта
Определение Верховного Суда по данному делу имеет принципиальное значение для судебной практики, разрешая длительную дискуссию о процессуальной природе требований о признании долга общим обязательством супругов в делах о банкротстве граждан.
Нижестоящие суды придерживались позиции, согласно которой такое требование носит производный (акцессорный) характер от основного денежного обязательства и направлено лишь на определение состава конкурсной массы. Такой подход фактически выводил данные требования из-под действия института исковой давности, создавая правовую неопределённость и потенциально неограниченную во времени ответственность для супруга должника.
Верховный Суд осуществил более глубокий анализ правовых последствий удовлетворения подобного иска. Ключевым аргументом стало то, что признание долга общим в рамках процедуры банкротства порождает для супруга совершенно новое бремя — обязанность отвечать по обязательству личным имуществом, что выходит за рамки простого раздела общей собственности. Это позволяет квалифицировать требование как самостоятельный иск о присуждении, направленный на установление солидарной ответственности.
Применение общего срока исковой давности к таким требованиям полностью соответствует принципам юридической определённости и защиты от устаревших притязаний. Оно возлагает на кредиторов обязанность проявлять разумную осмотрительность и своевременность в защите своих прав, в том числе в части привлечения к ответственности имущества супруга. В свою очередь, это предоставляет супругу должника важную процессуальную гарантию, уравнивая его положение с положением любого иного лица, к которому предъявляется требование о присуждении.
Таким образом, позиция Верховного Суда восстанавливает баланс интересов, способствует стабильности гражданского оборота и повышает предсказуемость правовых последствий в процедурах банкротства граждан.
Доцент Кафедры правового регулирования экономической деятельности Юридического факультета Финансового университета при Правительстве РФ к.ю.н., доцент Фроловская Юлия Ивановна
