Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 11.02.2026 № 305-ЭС25-12688 по делу № А40-264995/2024 разъяснило судам нижестоящих инстанций о недопустимости перекладывания бремени доказывания обстоятельств с Истца на Ответчика и о необходимости более тщательного рассмотрения документов по обоснованию стоимости товара.
Суть дела
АО «ФЛ» (далее также — Общество) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к Московской таможне (далее – таможенный орган, таможня) о признании незаконными решения от 3 августа 2024 г. о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары.
В апреле 2024 года во исполнение контракта дата/номер, заключенного с иностранной компанией ССС, на таможенную территорию Евразийского экономического союза Обществом были ввезены товары – фрукты (авокадо свежее).
В целях таможенного оформления товара АО «ФЛ» представило на Московский таможенный пост декларацию, определив таможенную стоимость по первому методу таможенной оценки – по стоимости сделки с ввозимыми товарами.
Таможенный орган в ходе контроля таможенной стоимости установил, что заявитель приобрел фрукты по стоимости 1,49 долларов США (примерно по 120 рублей) за килограмм, однако аналогичный товар приобретается иными декларантами по более высокой цене – 2,53 долларов США (примерно по 202 рубля) за килограмм; отклонение от среднего индекса таможенной стоимости составило 43,56%. Также таможней установлено, что продавец и покупатель по контракту являются взаимосвязанными лицами; доля продавца ССС в уставном капитале АО «ФЛ» составляет 100%.
29 апреля 2024г. и 17 июля 2024г. таможенным органом были направлены в адрес общества запросы о необходимости представления дополнительных документов в соответствии с положениями статьи 325 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – Таможенный кодекс, ТК ЕАЭС), в том числе информации о механизме ценообразования и иных сведений, которые могли бы исключить влияние взаимосвязи продавца и покупателя на стоимость поставленных обществу товаров.
В ответ на запрос таможни декларант представил коммерческие документы по сделке, имеющиеся у него в наличии.
Полагая, что представленные обществом документы недостаточны для подтверждения заявленной таможенной стоимости товара по первому методу и не подтверждают отсутствие влияние взаимосвязи продавца и покупателя на стоимость сделки, таможенный орган по результатам проведенных мероприятий таможенного контроля 3 августа 2024г. принял решение, в соответствии с которым определил таможенную стоимость товара на основе резервного метода, указав на невозможность использования метода определения таможенной стоимости по стоимости сделки с ввозимыми товарами.
АО «ФЛ» не согласилось с принятым таможенным органом решением и обратилось в суд с заявлением об его оспаривании.
Решением Арбитражного суда города Москвы от 6 марта 2025г., оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 4 июня 2025г. и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 28 августа 2025г., заявление общества удовлетворено.
Позиция Верховного Суда
ВС РФ решение Арбитражного суда города Москвы от 06 марта 2025г., постановление, Девятого арбитражного апелляционного суда от 04 июня 2025г., и постановление Арбитражного суда Московского округа от 28 августа 2025г. по делу № А40-264995/2024 по делу отменил и отказал Обществу АО «ФЛ» в удовлетворении заявленных требований на основании следующих выводов:
Согласно положениям пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса таможенная стоимость ввозимых товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.
Развивая данные положения Таможенного кодекса, Пленум Верховного Суда Российской Федерации закрепил в постановлении от 26 ноября 2019 г. № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – постановление Пленума № 49) правовую позицию, в соответствии с которой при оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС судам следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара.
С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.
Вместе с тем, исходя из положений пункта 13 статьи 38 Таможенного кодекса таможенные органы вправе убеждаться в достоверности декларирования таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с их действительной стоимостью (пункт 12 постановления Пленума № 49).
Для применения метода определения таможенной стоимости по сделке с ввозимыми товарами (метод 1) необходимо соблюдение ряда условий. Одним из таких условий является исключение влияния факта взаимосвязи покупателя и продавца на стоимость сделки.
Согласно пункту 5 статьи 39 Таможенного кодекса в случае если продавец и покупатель являются взаимосвязанными лицами и при этом на основе информации, представленной декларантом или полученной таможенным органом иным способом, таможенный орган обнаружит признаки того, что взаимосвязь между продавцом и покупателем повлияла на цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате, то таможенный орган в письменной или электронной форме сообщает декларанту об этих признаках. В этом случае таможенный орган проводит таможенный контроль, в том числе анализ сопутствующих продаже обстоятельств.
Декларант имеет право доказать отсутствие влияния взаимосвязи между продавцом и покупателем на цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате, одним из следующих способов:
1) представление дополнительных документов и сведений;
2) представление документов и сведений, подтверждающих, что стоимость сделки с ввозимыми товарами близка к одной из проверочных величин, имеющих место в тот же или соответствующий ему период времени, в который товары ввезены на таможенную территорию Союза.
Таким образом, факт взаимосвязи между продавцом и покупателем сам по себе не является основанием для признания стоимости сделки неприемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров. В этом случае должны быть проанализированы сопутствующие продаже обстоятельства. Если указанная взаимосвязь не повлияла на цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате, стоимость сделки признается приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров (пункт 4 статьи 39 Таможенного кодекса).
Из данной нормы исходит Верховный Суд Российской Федерации, разъяснивший в пункте 20 постановления Пленума № 49, что в тех случаях, когда указание о совершении сделки с ввозимыми товарами между взаимосвязанными лицами сделано при декларировании товаров либо взаимосвязь участников сделки установлена при проведении таможенного контроля и таможенным органом выявлены признаки недостоверного декларирования таможенной стоимости, декларант обязан подтвердить, что фактически уплаченная или подлежащая уплате за товар цена была установлена в отсутствие влияния на нее взаимосвязи сторон сделки, в том числе посредством раскрытия информации о ценообразовании (пункт 5 статьи 39 Таможенного кодекса).
Следовательно, именно на декларанта в таких случаях возлагается обязанность по доказыванию отсутствия влияния взаимосвязи продавца и покупателя на цену товара.
Таможенный орган выявил в ходе таможенного контроля факторы риска, свидетельствующие о значительной вероятности влиянии взаимосвязи на стоимость сделки ввиду существенного отклонения заявленной при декларировании стоимости товара сложившимся ценам по приобретению идентичного товара.
Из материалов дела следует и не опровергнуто судами, что таможенный орган неоднократно предлагал декларанту воспользоваться правами, предусмотренными подпунктами 1 и 2 пункта 5 статьи 39 Таможенного кодекса, и представить документы, обосновывающие достоверность заявленной при декларировании цены поставляемого товара.
Тем не менее суды, не опровергая факт наличия взаимосвязи сторон сделки, не применили надлежащие положения Таможенного кодекса и не учли разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, фактически освободив общество от обязанности доказывания соответствующих обстоятельств.
Судебная коллегия отмечает, что экспортная декларация, инвойсы, банковские и прочие документы, представленные декларантом, в сложившейся ситуации не могли быть признаны судами надлежащими доказательствами при проверке достоверности примененного обществом метода таможенной оценки, поскольку таможенный орган не оспаривал факт совершения сделки и оплату поставленного товара, но ставил под сомнение исключительно механизм ценообразования и требовал доказать отсутствие влияние взаимосвязи с продавцом на цену сделки.
При этом прайс-лист, представленный обществом, содержал сведения об условиях поставки и существенных обстоятельствах сделки, отличающиеся от реальных условий, согласованных покупателем и продавцом. Кроме того, в судебном заседании представители общества заявили, что представленный прайс-лист не является публичным коммерческим предложением и адресован исключительно обществу. С учетом изложенного доводы таможенного органа о невозможности принятия прайс-листа в качестве надлежащего доказательства по делу является обоснованным.
Таким образом, в ходе проведения мероприятий таможенного контроля и при рассмотрении дела АО «ФЛ» не представило доказательства, опровергающие признаки недостоверного определения таможенной стоимости, в том числе применительно к пункту 5 статьи 39 Таможенного кодекса и пункту 20 постановления Пленума № 49, и не раскрыло сведения о ценообразовании, которое применялось при ввозе товаров на территорию Российской Федерации.
Мнение эксперта
Таможенная стоимость — главный показатель, определяющий размер пошлин и налогов при импорте товаров. Она складывается из цены товара, транспортных расходов, стоимости страхования и затрат на погрузку и выгрузку товара. От всей стоимости затрат на импорт товаров зависит их конечная стоимость для дальнейшей продажи и конкурентоспособность продавца на рынке, и если на транспортные расходы, страхование груза и затраты на погрузку/выгрузку особо повлиять невозможно, то на таможенные пошлины да – за счет уменьшения официальной цены товара.
Сомова Юлия Сергеевна, юрист
Именно для таких случаев, Таможенный кодекс предусматривает несколько способов определения таможенной стоимости товара.
Метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1)
Метод по стоимости сделки с идентичными товарами (метод 2)
Метод по стоимости сделки с однородными товарами (метод 3)
Метод вычитания (метод 4)
Метод сложения (метод 5)
Резервный метод (метод 6)
ТК ЕАЭС в статье 37 дает нам определение термина «взаимосвязанных лиц» «…какое-либо лицо прямо или косвенно владеет, контролирует или является держателем 5 или более процентов выпущенных в обращение голосующих акций обоих из них;», в нашем случае — продавец товаров иностранная компания ССС имел 100% долю в АО «ФЛ», что является одним из признаком взаимосвязанности лиц.
В рассматриваемом деле, таможенный орган обратил внимание на существенную разницу в стоимости товара у разных покупателей – более 40% и взаимозависимость сторон и сделал вывод о неприменимости метода 1 для расчета таможенной пошлины.
АО «ФЛ» не воспользовалось своими правами для оспаривания выводов таможенного органа и допустило ряд существенный ошибок в предоставлении дополнительных документов и сведений: общество предоставило документы в обоснование оплаты товара, но не в обоснование его низкой стоимости, а суд первой инстанции фактически возложил обязанности доказывания правомерности определения стоимости на таможенный орган, тогда как доказывать должно было Общество.
