В Определении Верховного Суда РФ от 07.03.2024 № 307-ЭС23-22696 рассматриваются вопросы, касающиеся наличия у конкурсного кредитора права на иск о взыскании убытков с контролирующих должника лиц.

Суть дела

В рамках дела о банкротстве должника кредитор обратился в суд с заявлением о солидарном взыскании с участника должника и его бывшего руководителя убытков в общем размере 65 963 018 рублей 14 копеек, причиненных в результате перечисления  заемных денежных средств в размере 65 734 500 рублей и 228 518 рублей 14 копеек административных штрафов, оплаченных должником за участника.

Как установлено судами и следует из материалов дела, Лифенко С.П. с 04.12.2015 по 09.07.2020 являлся участником должника с долей 50% в уставном капитале, а с 10.07.2020 по настоящее время его единственным участником. Вторым участником должника с долей участия 50% до 03.07.2019 являлся Ахметов Дмитрий Равильевич, а затем Цвир Сергей Анатольевич (участник с 03.07.2019 по 03.07.2020).

С 26.01.2018 по 30.04.2021 со счетов должника в пользу Лифенко С.П. совершено сто пять расчетных операций на общую сумму 65 734 500 копеек с указанием в графе назначения платежей соответствующих договоров займа.

27.08.2021 на основании заявления кредитора возбуждено дело о банкротстве должника, 24.09.2021 введена процедура наблюдения, а 26.02.2022 – конкурсное производство.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, кредитор настаивал на причинении участником убытков должнику в связи с невозвращением им перечисленных взаймы денежных средств.

Возражая против заявленных требований, Лифенко С.П. ссылался на то, что выданные ему в виде займов денежные средства зачитывались на основании статьи 410 ГК РФ против его требований к должнику о выплате дивидендов, распределенных за период с 17.04.2017 по 01.11.2019 в общем размере 89 408 000 рублей в пользу заявителя, второго участника должника Ахметова Д.Р., а после 03.07.2019 – Цвира С.А.

Данные обстоятельства, по мнению ответчика, подтверждались протоколами общих собраний участников должника и актами взаимозачета, в связи с чем он настаивал на необоснованности предъявления требования о взыскании убытков только к нему, поскольку Ахметов Д.Р. и Цвир С.А. также являлись получателями денежных средств должника.

Определением суда первой инстанции в удовлетворении заявления отказано.

Признавая заявление кредитора не подлежащим удовлетворению, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 15, 1064 ГК РФ, статьями 15, 1064 ГК РФ, статьями 61.10, 61.20 Закона о банкротстве, исходил из того, что сама по себе выдача должником в пользу его контролирующего лица процентного займа являлась обычной деловой практикой, не свидетельствовала о противоправном поведении этого лица и причинении должнику каких-либо убытков, допустив возможность предъявления требований к ответчику о возврате заемных денежных средств в общем порядке.

Постановлением суда апелляционной инстанции, оставленным без изменения судом кассационной инстанции, определение суда отменено в части отказа во взыскании с ответчиков солидарно 65 734 500 рублей убытков. В отмененной части принят новый судебный акт о взыскании с названных лиц солидарно в пользу должника указанной суммы. В остальной части определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Повторно разрешая спор в обжалуемой части, суды апелляционной и кассационной инстанций усмотрели использование схемы взаиморасчетов с ответчиком (не возвратившим должнику суммы займов) для причинения вреда кредиторам. Отклоняя возражения участника, суд апелляционной инстанции указал, что сумма дивидендов, выплаченных другим участникам должника, была существенно меньше перечисленных заявителю денежных средств (24 537 080 рублей Ахметову Д.Р. и 1 616 000 рублей Цвиру С.А.).

Суды признали обоснованными возражения конкурсного управляющего о том, что разница между перечисленными должником в адрес ответчика денежными средствами в качестве займов и дивидендов (66 362 450 рублей) и подлежащими выплате этому лицу дивидендами в соответствии с представленными им документами (38 919 000 рублей) составила 27 443 450 рублей. При этом в 2020 – 2021 годах дивиденды не выплачивались, а выдача должником займов продолжалась. При таких условиях суды пришли к выводу о том, что перечисленная со счетов должника сумма образует состав причиненных ему убытков, подлежащих взысканию солидарно с сопричинителей вреда – Петровой Е.А. и Лифенко С.П. (первая заключила от имени должника договоры займа и подписала акты взаимозачета, а второй получил от этих сделок выгоду).

Суд кассационной инстанции дополнительно отметил, что распределение участниками общества прибыли по результатам хозяйственной деятельности общества и выплата распределенной прибыли не должны приводить к ухудшению финансового состояния общества.

Ответчик обратился в Верховный Суд РФ с кассационной жалобой на указанные судебные акты.

Позиция Верховного Суда

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, Верховный Суд РФ определил отменить судебные акты нижестоящих судов в части взыскания с ответчика убытков и в отмененной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

В рамках дела о банкротстве кредиторы, арбитражный управляющий наделяются правом на предъявление контролирующему лицу требования о возмещении убытков по корпоративным основаниям (статья 61.20 Закона о банкротстве). Возложение ответственности обусловлено грубым нарушением контролирующим лицом обязанности действовать добросовестно и разумно в отношении подконтрольного общества, повлекшим за собой уменьшение его имущественной массы (статья 53.1 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ “Об акционерных обществах”, статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ “Об обществах с ограниченной ответственностью”).

Такой иск кредитор, арбитражный управляющий подают от имени самого должника (пункт 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве), который выступает прямым выгодоприобретателем по иску. Цена данного иска, по общему правилу, не ограничена размером требований кредиторов, определяется по правилам статей 15, 393 ГК РФ и равна сумме всех убытков, причиненных контролирующим лицом подконтрольной организации.

В рассматриваемом случае совокупный размер не исполненных должником обязательств перед всеми кредиторами в настоящее время составляет 11 351 648 рублей (из которых на истца приходится оспариваемые ответчиком в ином споре 1 215 688 рублей 43 копейки). Кроме того, к должнику имеются требования в размере около 10 миллионов рублей, учитываемые за реестром. Предъявление кредитором иска о взыскании убытков, в разы превышающих требования реестровых и зареестровых кредиторов должника, как указали конкурсный управляющий и представитель кредитора, направлено на нивелирование потерь самого должника, то есть заявлено истцом в интересах лиц, обладающих правом на получение ликвидационной квоты. Таким лицом является сам ответчик, который стал одновременно взыскателем и должником по иску о взыскании убытков, что недопустимо.

Таким образом, вопреки выводам судов апелляционной и кассационной инстанций, как минимум в части размера, превышающего реестр требований кредиторов должника, а также требований, учитываемых за реестром, отсутствовал субъект, чей правомерный интерес подлежал защите, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании убытков в заявленном размере.

Не рассмотрены судами и возражения заявителя по существу предъявленных требований. Ответчик последовательно указывал, что на момент совершения платежей в его пользу финансовое состояние должника не отвечало признакам неплатежеспособности, размер чистой прибыли не завышался, а само общество продолжало расчеты с кредиторами (в том числе, с истцом) и оплачивало текущую задолженность.

Момент появления у должника признаков неплатежеспособности, законность оснований для распределения чистой прибыли между всеми участниками общества (включая Ахметова Д.Р. и Цвира С.А., а не только соответчика Лифенко С.П.), зачетов требований о выплате дивидендов против выданных заявителю займов судами не устанавливались. Договоры займа и расчетные операции в пользу заявителя по корпоративным и специальным основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве, недействительными не признаны. Вопрос вступления в настоящий спор бывших участников должника, наряду с заявителем являвшихся лицами, принимавшими решения о распределении прибыли общества в свою пользу, а также в пользу ответчика, выступавшими получателями денежных средств от должника по различным основаниям в исследуемый период его деятельности, а также дававшими указания директору по вопросам финансово-хозяйственной деятельности должника, судами не рассматривался. В этой связи выводы судов апелляционной и кассационной инстанций о наличии оснований для взыскания убытков только с ответчиков (участника и руководителя) являются преждевременными.

Вопреки доводам конкурсного управляющего должником, поддержанных судами апелляционной и кассационной инстанций, выплаты дивидендов Ахметову Д.Р. и Цвиру С.А. в меньшем размере, чем ответчику, не является основанием для отказа в удовлетворении иска о взыскании убытков с контролирующих должника лиц в случае их виновного поведения и наличия причинно-следственной связи между действиями последних и неправомерным уменьшением имущественной массы подконтрольной организации. Возможный пропуск срока для предъявления соответствующих требований к бывшим участникам должника Ахметову Д.Р. и Цвиру С.А., о чем замечено представителем кредитора в судебном заседании, может явиться основанием для взыскания соответствующих убытков уже с лиц, виновных в его пропуске.

Ошибочными также следует признать и выводы суда первой инстанции об отказе в удовлетворении требования кредитора по мотивам невозможности последним взыскания перечисленных участнику денежных средств по договорам займа в общеисковом порядке, поскольку кредитор вправе выбирать любой законный способ защиты нарушенных прав. В свою очередь, ответчики (участник и руководитель) в подтверждение позиции о возврате заемных денежных средств вправе представить соответствующие доказательства возврата выданных займов в рамках спора о взыскании убытков.

Вместе с тем право на иск у кредитора требует проверки. Ссылаясь на отсутствие этого права, ответчик в судебном заседании пояснил, что начиная с мая 2021 года хозяйственная деятельность должника была полностью заблокирована службой судебных приставов по инициативе данного кредитора, а остаток задолженности перед ним должником полностью погашен. При этом, по мнению ответчика, сам кредитор злоупотребляет своим правом, предъявляя настоящие требования и одновременно с этим удерживая принадлежащие должнику имущество, бухгалтерскую и иную документацию. Если указанные доводы найдут свое подтверждение, то у такого кредитора не могло быть подлежащего судебной защите материально-правового интереса в предъявлении требования о взыскании убытков, а сам он не имел права противопоставлять соответчикам возражения о вредоносном характере сделок с участием участника и руководителя, поскольку это противоречит его предшествующему поведению.

Мнение эксперта

В рассмотренном Верховным Судом РФ споре можно выделить два момента, отражающих формирующиеся тенденции судебной практики по вопросу взыскания убытков и привлечения к субсидиарной ответственности.

В первую очередь, в определении выделяются особенности иска о взыскании убытков по корпоративным основаниям с контролирующего должника лица (т. н. корпоративного (замещающего) иска). Такой иск, в отличие от требования о привлечении к субсидиарной ответственности, может быть направлен на возмещение имущественных потерь как кредиторов (кредиторские убытки), так и самого должника (акционеров/участников) (корпоративные убытки). Размер требования по такому иску определяется не размером требований кредиторов, а суммой всех убытков, причиненных организации. Удовлетворение от реализации такого права требования осуществляется в общем порядке: взысканные денежные средства поступают в конкурсную массу и распределяются по правилам очередности удовлетворения требований.

Кирилл Харитонов, арбитражный управляющий, Саморегулируемая организация "Ассоциация арбитражных управляющих "Паритет"

Указанные особенности такого иска о взыскании убытков обуславливают специфику права на иск у конкурсного кредитора. Кредитор выступает в таком иске как процессуальный истец, действующий в интересах должника. При этом, размер исковых требований такого кредитора не должен превышать размер кредиторских требований к должнику, поскольку кредитор как истец не имеет материально-правового интереса для защиты интересов участника общества-должника.

Кирилл Харитонов, арбитражный управляющий, Саморегулируемая организация “Ассоциация арбитражных управляющих “Паритет”.

Также в определении прослеживается тенденция ограничения взыскиваемой в интересах кредиторов суммы убытков размером непогашенных требований кредиторов. Иск кредитора о взыскании убытков, преследует экономический интерес возмещения потерь, которые были причинены имущественной массе должника и привели к банкротству, что в свою очередь сделало невозможным погашение требований кредиторов. Если соответствующий интерес удовлетворен, то в соответствующей части отсутствуют основания для повторного возмещения того же вреда (Определение Верховного Суда РФ от 23.11.2023 № 307-ЭС20-22591 (3,4) Определение Верховного Суда РФ от 09.02.2023 № 301-ЭС18-395(4).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *