Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 24.06.2026 N 127-УД26-13-К4 обоснованно указало на ошибочно отождествление наличие у органов следствия оперативной информации о причастности лица к преступлению с отсутствием добровольности его заявления, тогда как решающее значение имеет субъективная осведомленность самого лица об этом и хронологическая последовательность, а именно явка с повинной предшествовала возбуждению уголовных дел в отношении лица, а не информация полученная оперативным способом.
Суть дела
Б., ранее несудимый, осужден:
— по ч. 2 ст. 291 УК РФ (преступление от 23 ноября 2023 года) к 2 годам лишения свободы со штрафом в размере пятикратной суммы взятки — 650 000 руб.;
— по ч. 2 ст. 291 УК РФ (преступление от 16 февраля 2024 года) к 1 году 10 месяцам лишения свободы со штрафом в размере пятикратной суммы взятки — 155 000 руб.
На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно к 2 годам 6 месяцам лишения свободы со штрафом в размере 750 000 руб. На основании 73 УК РФ назначенное Б. наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года, с возложением обязанностей, указанных в приговоре.
Апелляционным постановлением приговор оставлен без изменения.
Кассационным постановлением приговор и апелляционное постановление оставлены без изменения.
Защитник приводит доводы, что виновность Б. в совершении инкриминируемых деяниях не доказана, предъявленное Б. обвинение является взаимоисключающим. Отмечает, что установив наличие смягчающих наказание осужденного обстоятельств в виде явки с повинной и активного способствования расследованию преступлений, суд не обсудил возможность освобождения Б. от уголовной ответственности согласно примечанию к ст. 291 УК РФ, необоснованно назначил ему наказание в виде штрафа без учета имущественного положения осужденного и членов его семьи.
Эти обстоятельства судом апелляционной и кассационной инстанций оставлены без внимания.
Позиция ВС РФ
Суд нижестоящей инстанции не принял в качестве допустимого доказательства явку с повинной Б. от 9 июля 2024 года, установив, что она составлена с нарушением требований ч. 1 ст. 144 УПК РФ, т.е. не признал, что имело место добровольное сообщение о совершении преступлений.
В суде первой инстанции в ходе предварительного заседания защитник ставил вопрос об освобождении обвиняемого от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием на основании примечания к ст. 291 УК РФ, поскольку Б. активно способствовал раскрытию и расследованию преступлений, добровольно обратился в правоохранительные органы с явкой с повинной.
В удовлетворении указанного ходатайства судом отказано постановлением от 6 сентября 2024 года как в преждевременно заявленном, поскольку на данной стадии процесса без фактического исследования доказательств по делу и их оценки суд лишен возможности установить наличие добровольности сообщения о совершенном преступлении и активного способствования раскрытию и расследованию преступлений.
Из протокола судебного заседания следует, что в ходе судебного следствия суд так и не обсудил это ходатайство защитника. Приговор также не содержит выводов о том, подлежит ли прекращению уголовное дело в отношении Б. на основании примечания к ст. 291 УК РФ.
Пересматривая обвинительный приговор в апелляционном порядке, суд апелляционной инстанции, признавая необоснованным доводы стороны защиты о наличии оснований для освобождения осужденного от уголовной ответственности на основании примечания к ст. 291 УК РФ, пришел к выводу об отсутствии добровольности сообщения Б. о совершенных преступлениях, с чем согласился суд кассационной инстанции.
В своем решении суд апелляционной инстанции указал, что явка с повинной Б. написана 9 июля 2024 года с 11 час. 48 мин. до 13 час. 40 мин., т.е. после проведения обыска по месту его жительства.
Также совершенные Б. преступления выявлены не в связи с его обращением с соответствующим заявлением в правоохранительные органы, а вследствие полученных в ходе процессуальной проверки и содержащихся в результатах оперативно-розыскной деятельности достаточных данных, указывающих на наличие в действиях Б. признаков преступления.
На основании изложенного суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что явка с повинной не может быть признана добровольным сообщением о преступлении, т.к. правоохранительному органу было известно о его преступной деятельности и оперативными сотрудниками проводились соответствующие мероприятия по получению и закреплению данных сведений.
Кроме того, суд апелляционной инстанции отметил, что возбуждение двух уголовных дел в отношении Б. после подачи им явки с повинной не влечет применение примечания к ст. 291 УК РФ, поскольку добровольность сделанного лицом сообщения о преступлении закон не ставит в зависимость от периода, когда в отношении этого лица было возбуждено уголовное дело.
С решением суда второй инстанции согласился и Четвертый кассационный суд общей юрисдикции, указав, что до возбуждения уголовного дела в отношении Г. какие-либо сведения о даче ей взятки Б. компетентным органам не сообщал, в связи с чем его явку с повинной невозможно расценивать как добровольное сообщение.
С учетом приведенных обстоятельств, суд кассационной инстанции также не нашел оснований для прекращения дела по примечанию к ст. 291 УК РФ.
Вместе с тем, вывод суда апелляционной инстанции об отсутствии одного из условий, необходимых для освобождения лица от уголовной ответственности на основании примечания к ст. 291 УК РФ, о добровольности сообщения о совершенном преступлении, вызывает сомнение.
Согласно примечанию к ст. 291 УК РФ лицо, давшее взятку, освобождается от уголовной ответственности, если оно активно способствовало раскрытию и (или) расследованию преступления либо в отношении него имело место вымогательство взятки со стороны должностного лица, либо лицо после совершения преступления добровольно сообщило в орган, имеющий право возбудить уголовного дело, о даче взятки.
В соответствии с ч. 1 ст. 142 УПК РФ под явкой с повинной следует понимать добровольное сообщение лица о совершенном им преступлении.
Из материалов дела следует, что в отношении должностного лица Г. по подозрению в получении взяток оперативными сотрудниками был проведен комплекс оперативно-розыскных мероприятий, в том числе «исследование предметов и документов» от 25 июня 2024 года, в ходе которых зафиксирована электронная переписка Г. с Б. и перечисление денежных средств на банковскую карту Г. со стороны Б.
В связи с этим 1 июля 2024 года правоохранительные органы обратились в суд с ходатайством о проведении обыска в жилище Б.
9 июля 2024 года в период с 11 час. 48 мин. до 13 час. 40 мин. Б. обратился в орган полиции с заявлением о преступлениях, в которых сообщил о том, что 23 ноября 2023 года и 16 февраля 2024 года он переводил на банковскую карту по номеру телефона дочери Г. в качестве взяток за оказание с ее стороны содействия по ускорению процедуры тестирования счетчиков электроэнергии деньги в сумме 130 000 руб. и 31 000 руб.
Уголовное дело по факту передачи Б. взятки в размере 130 000 руб. возбуждено 9 июля 2024 года в 14 час. 45 мин. Поводом для его возбуждения послужил протокол явки с повинной Б.
Уголовное дело по факту передачи Б. взятки в размере 31 000 руб. возбуждено 22 июля 2024 года в 20 час. 30 мин. Поводом для его возбуждения послужил рапорт следователя об обнаружении признаков преступления, зарегистрированный в КРСП того же следственного отдела 22 июля 2024 года, т.е. после обращения Б. 9 июля 2024 года с явкой с повинной.
Указанным данным, свидетельствующим о том, что информация о событиях преступлений, предмете взятки, причинах и условиях передачи Б. денежных средств Г. стала известна сотрудникам правоохранительных органов именно от Б., а не из иных источников, судом, с учетом требований закона и разъяснений, содержащихся в п. 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 июля 2013 года N 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» о критериях добровольности сообщения о преступлении, надлежащая оценка не дана.
С учетом изложенного, Судебная коллегия определила:
апелляционное постановление, кассационное постановление отменить, уголовное дело передать на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.
Мнение эксперта
ВС РФ поднимает вопрос о применении положений примечания к ст. 291 УК РФ, где предусматривается специальный вид освобождения от уголовной ответственности при наличии определенных условий. Уголовное дело не подвергается сомнению в части фактических обстоятельств передачи денежных средств должностному лицу, однако правовая квалификация данных действий и применение уголовно-правовых норм об освобождении от ответственности вызвали коллизию в правоприменении.
Суды первой, апелляционной и кассационной инстанций заняли единообразную, но, по мнению Верховного Суда РФ, ошибочную позицию, отказав в освобождении лица от уголовной ответственности на основании примечания к ст. 291 УК РФ.
Суд апелляционной инстанции, с чем согласился кассационный суд, указал, что явка с повинной лица от 9 июля 2024 года не является добровольной, поскольку на момент ее подачи правоохранительные органы уже располагали оперативно-розыскной информацией о его причастности к преступной деятельности (электронная переписка, данные о переводах), а также провели обыск в его жилище. Суды исходили из того, что активное способствование расследованию, будучи признанным смягчающим обстоятельством, не может служить безусловным основанием для освобождения от ответственности без установления добровольности сообщения о преступлении, что видится верным на основании ПП ВС РФ «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях». Однако, данные обстоятельства не соответствуют принципу справедливости и полноты оценки доказательств.
Добровольность должна рассматриваться как волевой акт, а не информационная презумпция. Добровольность сообщения о преступлении не может определяется только осведомленностью органов предварительного расследования о факте преступления или о личности преступника. Решающее значение имеет субъективный фактор, т.е. осознание лица, что органы власти располагают информацией о его причастности к преступлению. Если лицо не было информировано о наличии у следствия достаточных доказательств, его обращение с заявлением о преступлении должно признаваться добровольным, вне зависимости от внутренних мотивов (раскаяние, страх, стечение обстоятельств).
Главный аргумент в отношении сужденного и его добровольности о сообщении преступления состоит в том, что уголовные дела были возбуждены после его явки с повинной (в первом случае поводом послужила именно явка, во втором — рапорт следователя, но также после обращения). Таким образом, информация о событии преступления была впервые процессуально зафиксирована именно от самого Б., что свидетельствует о его активной роли в инициировании уголовного преследования. Не факт, что уголовное дело было бы возбуждено без личного заявления о преступлении!
Для применения примечания к ст. 291 УК РФ достаточно наличия одного из трех условий: активное способствование раскрытию, вымогательство взятки или добровольное сообщение. В данном случае добровольное сообщение, имело место, и суды обязаны были дать этому обстоятельству надлежащую оценку в совокупности с другими доказательствами, в том числе с признанием вины и активным способствованием расследованию (на что прямо указано в приговоре как на смягчающее обстоятельство).
Освобождение от уголовной ответственности за коррупционные преступления является исключительным, но необходимым инструментом уголовной политики, направленным на стимулирование позитивного посткриминального поведения лица. Лишение лица, добровольно раскрывшего информацию о преступлении, права на освобождение от ответственности формально, на основании того, что оперативные сотрудники имели «подозрения» или «информацию», подрывает доверие к правовым институтам. Это превращает норму примечания к ст. 291 УК РФ в недействующую, что противоречит ее социальной функции — минимизации последствий коррупционных отношений, облегчению доказывания и как следствие высокой латентности коррупционных преступлений – их не раскрываемость.
ВС РФ определил критерий «добровольности» применительно к освобождению от ответственности по коррупционным преступлениям, отделив его от осведомленности органов следствия. Отмена судебных актов и направление дела на новое апелляционное рассмотрение является обоснованным и правомерным решением, направленным на обеспечение полной, всесторонней и объективной проверки всех доводов стороны защиты, что видится верным.
Красненкова Елена Валерьевна, доцент, к.ю.н., доцент Кафедры международного и публичного права ФГОБУ ВО «Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации», доцент Кафедры публичного права и правового обеспечения управления ФГБОУ ВО «Государственный университет управления»
