Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 02 декабря 2025 г. вынесла определение по делу №19-КГ25-19-К5, которым обратила внимание на то, что бывший супруг – не собственник жилого помещения подлежит выселению из него по требованию собственника жилого помещения.
Суть дела
Д-ва обратилась в суд с иском к бывшему супругу Д-ву о выселении его из домовладения, действуя в своих интересах и в интересах их общей несовершеннолетней дочери. Указанное домовладение принадлежит матери и дочери в соотношении 1/3 доли и 2/3 доли соответственно. Ответчик злоупотребляет спиртными напитками, длительное время не работает, совместное проживание на одной жилой площади с ним невозможно ввиду его неправомерного поведения, он систематически устраивает скандалы, под страхом получения побоев истцы вынуждены уходить из дома. С недавних пор истцы проживают в арендуемом жилом помещении.
Решением районного суда, а также оставленными без изменения апелляционным определением в удовлетворении иска отказано. Определением судебной коллегии по гражданским делам кассационного суда общей юрисдикции решение суда первой инстанции и апелляционное определение оставлены без изменения. В кассационной жалобе заявителем ставится вопрос об отмене оспариваемых судебных постановлений ввиду существенных нарушений норм материального и процессуального права.
Позиция Верховного Суда РФ
До вступления в брак Д-в приобрел земельный участок с находящимся на нем объектом незавершенного строительства — жилым домом. В период брака за счет совместных средств супругов завершены строительство и отделка жилого дома, право собственности на который оформлено в период брака (правообладатель: Д-в). На основании соглашений об определении долей произведена государственная регистрация права общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, доли определены следующим образом: супруга — 1/3 доли, супруг — 2/3 доли. По двум договорам дарения право собственности на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и жилой дом перешло от отца к несовершеннолетней дочери. Стороны имеют регистрацию по месту жительства. Соглашения между сособственниками спорного жилого помещения и Д-вым о праве пользования данным имуществом не имеется. Сведения о правах Д-ва на наличие у него объектов недвижимости в Едином государственном реестре недвижимости отсутствуют. 20 января 2024 г. Д-ва передала Д-ву требование о выселении из спорного домовладения в срок до 20 февраля 2024 г. 29 января 2024 г. Д-вой заключен договор краткосрочного найма жилого помещения в отношении себя и несовершеннолетней дочери.
Разрешая спор, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований о выселении, поскольку ответчик, будучи родителем собственника спорного жилого помещения в силу ч. 1 ст. 31 Жилищного кодекса РФ (далее – ЖК РФ) является членом ее семьи, соответственно, имеет право пользования жилым помещением наравне с его собственниками. Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, указав, что истец, ответчик и их несовершеннолетняя дочь вселились в жилой дом и проживали в нем совместно в качестве членов семьи, ответчик является отцом несовершеннолетнего сособственника домовладения и его статус как члена ее семьи им не утрачен, позиция истцов обусловлена неприязненными отношениями между бывшими супругами. Суд кассационной инстанции оставил решение суда (с учетом дополнительного решения) и апелляционное определение без изменения.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ считает, что обжалуемые судебные постановления приняты с нарушениями норм права. Так, в ст. 304 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) предусмотрено, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения. Согласно п. 1 и 2 ст. 292 ГК РФ члены семьи собственника, проживающие в принадлежащем ему жилом помещении, имеют право пользования этим помещением на условиях, предусмотренных жилищным законодательством. Переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.
В ч. 1 ст. 35 ЖК РФ установлено, что в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение. Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.
При этом ст. 31 ЖК РФ урегулированы права и обязанности граждан, проживающих совместно с собственником в принадлежащем ему жилом помещении. К членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с ним в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи.
В силу ч. 4 ст. 31 ЖК РФ в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. Согласно пп. а п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 2 июля 2009 г. № 14 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» (далее — Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 14) для признания членами семьи собственника в отношении родителей и детей достаточно установления только факта их совместного проживания в этом жилом помещении и не требуется установление факта ведения ими общего хозяйства, оказания взаимной материальной и иной поддержки.
По смыслу ч. 1 и 4 ст. 31 ЖК РФ к бывшим членам семьи собственника жилого помещения относятся лица, с которыми у собственника прекращены семейные отношения. Под прекращением семейных отношений между супругами следует понимать расторжение брака в органах ЗАГСа, в суде, признание брака недействительным. Отказ от ведения общего хозяйства иных лиц с собственником жилого помещения, отсутствие у них с собственником общего бюджета, общих предметов быта, неоказание взаимной поддержки друг другу и т.п., а также выезд в другое место жительство могут свидетельствовать о прекращении семейных отношений с собственником жилого помещения, но должны оцениваться в совокупности с другими доказательствами, представленными сторонами (п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 14).
Истец ссылается на то, что она с дочерью выехали в арендованное жилье в связи с невозможностью совместного проживания с Д-вым по причине злоупотребления им спиртными напитками, а также его агрессивного поведения. Д-в фактически в воспитании и содержании ребенка не участвует. Дочь категорически отказывается проживать совместно с отцом (она достигла возраста десяти лет, следовательно, ее мнение надлежит обязательно учитывать). При данных обстоятельствах ссылка судов на п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 14 не может быть принята во внимание с учетом вышеуказанных исключительных обстоятельств, свидетельствующих о фактической утрате между отцом и дочерью детско-родительских (семейных) отношений. Вышеуказанные обстоятельства входят в предмет доказывания по настоящему делу, от их установления зависит правильное разрешение спора.
Ввиду изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ находит, что допущенные судами первой, апелляционной и кассационной инстанций нарушения норм процессуального права являются существенными, они повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, в связи с чем решение суда первой инстанции, апелляционное определение, а также определение судебной коллегии по гражданским делам кассационного суда подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Мнение эксперта
Бывшая супруга осуществляет попытку выселить из жилого помещения бывшего супруга, у которого нет иной жилой недвижимости (выше указано, что сведения о правах ответчика на наличие у него объектов недвижимости в Едином государственном реестре недвижимости отсутствуют). Более того, жилое помещение, из которого выселяют ответчика являлось его добрачным имуществом, в которое за счет общих средств в период брака были внесены значительные улучшения, что на основании ст. 37 Семейного кодекса РФ (далее – СК РФ) и послужило основанием для признания данного недвижимого имущества общим супружеским.
Матвеева Наталья Алексеевна, доцент, к.ю.н., доцент Кафедры правового регулирования экономической деятельности Юридического факультета Финансового университета при Правительстве РФ
Думается, следует выяснить самостоятельно ли сформировал ответчик волеизъявление для заключения последовательно двух договоров дарения, о передаче своей доли в праве собственности на жилое помещение несовершеннолетней дочери, имеются ли основания говорить о том, что он действовал под давлением на тот момент ещё супруги (второй договор дарения был заключен незадолго до расторжения их брака) или иных лиц. Также в деле отсутствует информация о лишении ответчика родительских прав в отношении несовершеннолетней дочери, поэтому его можно считать членом семьи собственника жилого помещения. У ответчика прекратились семейные отношения с бывшей супругой, с которой брак расторгнут, но не прекратились детско-родительские отношения, также являющиеся семейными, с его несовершеннолетней дочерью, которая благодаря ему стала сособственницей жилого помещения. Не ответчик вселён в жилое помещение, а его на тот момент еще супруга была вселена в спорное жилое помещение (скорее всего также имевшая на тот момент собственную жилую недвижимость), а также родившаяся у супругов дочь. На основании ст. 61 СК РФ родители имеют равные права и обязанности в отношении своих детей, поэтому отец наравне с матерью не только имеет право, но и обязан в том числе воспитывать своего ребенка. В исследуемом деле ответчик как любящий отец в ущерб своим имущественным интересам «передал» в своей части право собственности на жилое помещение несовершеннолетней дочери, что уже можно считать его внушительным вкладом в дело содержания ребенка, «инвестицией» в ее будущее. Поэтому справедливым было бы такое решение бывшей супруги, как реализация спорного имущества с целью приобретения объекта жилой недвижимости как бывшему супругу, так и им с дочерью, такой выход из создавшейся ситуации соответствовал бы «духу» закона.
