Определением от 25.11.2025 № 38-КГ25-5-К1 по делу N 88-28618/2024 Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила судебные акты по делу о перезахоронении и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Суть дела
Поводом для обращения в Верховный Суд РФ стало несогласие истицы А. с отказами нижестоящих судов в удовлетворении ее иска о возложении обязанности перезахоронить гражданку Г. на другое место, так как ее захоронение на семейном участке было, по мнению истицы, незаконным.
О.А. обратилась в суд с иском к специализированной службе (МКУ) и родственнику (М.В.) с требованием осуществить перезахоронение И.А., умершей в 2021 году и похороненной на одном огороженном земельном участке кладбища, где ранее (с 1983 г.) были захоронены члены семьи истицы, включая ее бабушку. Истица полагала данное захоронение самовольным и незаконным, указывая на отсутствие разрешения. Суды трех инстанций отказали в иске, сославшись на близкое родство всех захороненных лиц и отсутствие оснований для перезахоронения, противоречащего нравственным принципам.
Позиция ВС РФ
Позиция Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ, изложенная в определении, носит принципиальный характер и содержит детальную критику выводов нижестоящих судов, которую можно структурировать по нескольким ключевым направлениям:
1. Критика процессуальных нарушений: формальный и неполный подход к установлению обстоятельств. Верховный Суд указал, что суды трех инстанций не выполнили свою основную обязанность по всестороннему, полному и объективному выяснению всех обстоятельств, имеющих значение для дела (ст. 196 ГПК РФ). Вместо этого они ограничились установлением лишь одного факта — наличия родственных связей между захороненными лицами. Суды не исследовали и не установили целый комплекс юридически значимых фактов:
- Происхождение и правовой статус земельного участка: Кем, когда, на каком правовом основании (собственность, постоянное (бессрочное) пользование) и в каких границах был выделен исходный участок для первого.
- Технические параметры и заполненность участка: Фактический размер участка, его кадастровые характеристики, точное расположение и количество уже имеющихся захоронений, наличие или отсутствие свободного места для новых погребений с учетом обязательных санитарных разрывов.
- Законность оспариваемого захоронения: Было ли получено ранее официальное разрешение на захоронение от уполномоченного органа (специализированной службы) и соответствует ли место захоронения И.А. выданному разрешению и проектной документации кладбища.
- Проверка волеизъявления умершей: Хотя суды приняли во внимание волю И.А. быть похороненной рядом с матерью, они не проверили правовое условие реализации этой воли. Согласно п. 2 ст. 7 ФЗ «О погребении…», такая гарантия действует только при наличии свободного места на участке или в могиле близкого родственника. Данное критическое условие судами проигнорировано.
2. Критика нарушения норм материального права: подмена правового анализа моральной оценкой. ВС РФ подчеркнул, что нижестоящие суды допустили фундаментальную ошибку в квалификации правоотношений. Они разрешили спор, основываясь преимущественно на нравственных и этических соображениях (недопустимость перезахоронения как неуважение к умершей), полностью отодвинув на второй план проверку соблюдения конкретных норм материального права:
- Федерального закона «О погребении и похоронном деле» (требования к порядку захоронения, гарантиям, волеизъявлению).
- Земельного законодательства (режим использования земельного участка).
- Санитарных правил и норм (СанПиН), регулирующих устройство и содержание кладбищ (минимальные расстояния между могилами, глубина захоронения и пр.).
- Локальных нормативных актов муниципального образования (Положения о погребении), которые детализируют порядок выделения мест и проведения захоронений на конкретной территории.
3. Указание на необходимость определения процессуальной правоспособности истца. Отдельно ВС РФ отметил существенное упущение суда первой инстанции на стадии подготовки дела. Суд не выполнил требование ст. 148 ГПК РФ и не определил, какое конкретное субъективное материальное право О.А. было нарушено оспариваемым захоронением. Является ли она правообладателем (например, ответственным за захоронение) всего родового участка? Нарушены ли ее права как родственницы на достойное отношение к могилам предков? Без установления этого основания для иска и его правовой природы спор теряет конкретный предмет, а у суда нет критериев для оценки доводов сторон.
4. Доктринальное указание на стандарт доказывания и новую роль суда.
Фактически Верховный Суд сформулировал новый стандарт разрешения подобных категориальных споров. Суд первой инстанции должен действовать не как пассивный арбитр, констатирующий представленные сторонами факты родства, а как активный субъект, обязанный:
- По собственной инициативе или по ходатайству сторон истребовать все необходимые документы (архивные справки о выделении земли, планы кладбища, разрешительную документацию).
- Рассмотреть вопрос о назначении судебных экспертиз (землеустроительной, санитарно-эпидемиологической) для получения ответов на специальные вопросы о возможности подзахоронения.
- Привлекать к участию в деле органы местного самоуправления, ответственные за соблюдение правил благоустройства кладбищ и выдачу разрешений.
Мнение эксперта
Рассмотренное определение Верховного Суда РФ от 25.11.2025 № 38-КГ25-5-К1 по делу N 88-28618/2024 формирует прецедент в правоприменительной практике, касающейся конфликтов о захоронениях. Высшая судебная инстанция акцентирует, что разрешение таких споров, неизбежно связано с нравственными аспектами, должно основываться не на общих соображениях, а на детальном и всестороннем исследовании всех юридически значимых обстоятельств.
Ключевой вывод ВС РФ заключается в том, что факт родственных связей важен, но не является самодостаточным и исчерпывающим основанием для отклонения требований. Центральным вопросом, требующим доказывания, становится правомерность самого акта нового захоронения в конкретной точке земельного участка с точки зрения соблюдения градостроительных, санитарно-эпидемиологических норм и локальных правил содержания кладбищ.
Из данной правовой позиции вытекает чёткий алгоритм действий в суде. Для убедительной аргументации необходимо ходатайствовать о приобщении и изучении всей документации, связанной с предоставлением земельного участка и разрешением на захоронение, а также о назначении соответствующих экспертиз. Их задачей станет установление технической возможности размещения дополнительного погребения на ограждённом участке без нарушения обязательных нормативных правил. Верховный Суд указал на упущение суда первой инстанции, который не определил и не проверил процессуальную правоспособность истца, то есть наличие у него конкретного субъективного права, которое было бы нарушено оспариваемым захоронением.
Таким образом, данное определение выполняет роль методического указания для судов, предписывая им перейти от поверхностной оценки к детальной проверке фактического и юридического соответствия спорного захоронения действующему законодательству, отводя этическим соображениям важное, но не доминирующее место в мотивировочной части решения.
Никитина Алёна Александровна, член Союза юристов-блогеров на базе МГЮА им. О. Е. Кутафина при поддержке Ассоциации юристов России, частно практикующий юрист
