06.02.2024 Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации принято определение № 43-КГ23-8-К6, в рамках которого суд указал на недопустимость формального подхода к исследованию обстоятельств дела и проверке довода ответчика о наличии фактически трудовых отношений при заключении гражданско-правового договора.

Суть дела

Общество обратилось с иском к Попову Д.В. о взыскании денежных средств и убытков по агентскому договору, в обоснование которого указало на утрату ответчиком переданного ему по акту приема-передачи имущества.

В качестве возражений на иск Попов Д.В. ссылался на факт кражи из его автомобиля вверенного имущества истца, а также на то, что между ним и истцом фактически сложились трудовые отношения, то есть он являлся работником общества, а утрата имущества произошла во время исполнения им трудовых обязанностей, в связи с чем размер взыскиваемого ущерба должен был быть ограничен положениями Трудового кодекса РФ.

Судом первой инстанции, с выводами которого согласились суды апелляционной и кассационной инстанций, исковые требования были удовлетворены частично, в частности с Попова Д.В. в пользу общества был взыскан ущерб в размере стоимости утраченного имущества.

Позиция Верховного Суда

Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ, рассмотрев спор по кассационной жалобе Попова Д.В., с таким формальным подходом нижестоящих судов не согласилась, указав на следующие допущенные судами нарушения норм материального и процессуального права:

– судами не учтено, что статьей 11 Трудового кодекса РФ предусмотрено право суда признать трудовыми отношения, связанные с использованием личного труда, но возникшие на основании гражданско-правового договора, и применить в таком случае к спорным правоотношениям нормы трудового законодательства, что дополнительно раскрыто в п. 24 Постановления Пленума ВС РФ от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей – физических лиц и у работодателей – субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям»;

– в нарушение статей 11, 15, 16, 19.1 Трудового кодекса РФ и требований ст. 198 Гражданского процессуального кодекса РФ («Содержание решения суда») нижестоящими судами не были проверены юридически значимые обстоятельства для целей правильного рассмотрения дела, в частности характер возникших правоотношений между истцом и ответчиком с учётом подлежащих применению норм трудового и гражданского законодательства, которые могли быть установлены путем исследования и оценки условий заключённого агентского договора и его исполнения истцом и ответчиком;

– проверка указанных обстоятельств спора влияла на правильное установление предела ответственности ответчика перед истцом, которая предопределила бы необходимость применения ст. 241 Трудового кодекса РФ, согласно которой, по общему правилу за причинённый ущерб работник несёт материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка.

Допущенные судами нарушения, Судебная коллегия признала существенными и непреодолимыми, направив дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Мнение эксперта

Как следует из содержания определения ВС РФ, отмена судебных актов нижестоящих судов явилась следствием достаточно распространённого в судебной практике формализованного подхода судов к проверке доводов и возражений лиц, участвующих в деле, а в рассмотренном ВС РФ споре – полное игнорирование довода ответчика о наличии между ним и истцом трудовых отношений, от установления которых зависело не только верное применение норм материального права, в частности норм Трудового кодекса РФ, но и дальнейшие правовые последствия для истца в части необходимости дополнительного обеспечения ответчику прав и гарантий, предусмотренных трудовым законодательством.

С учётом заявленного ответчиком довода о наличии трудовых отношений, Судебная коллегия ВС РФ справедливо напомнила нижестоящим судам предусмотренный ст. 19.1 ТК РФ принцип толкования в пользу признания трудовых отношений всех неустранимых сомнений, возникших в ходе рассмотрения споров из отношений, основанных на гражданско-правовом договоре, а также характерные признаки таких отношений, которые достаточно подробно разъяснены в п. 17 постановления Пленума ВС РФ от 29.05.2018 № 15, и примерные, но не единственные, средства доказывания таких признаков (п. 18 постановления).

Гитинов Рашид Курбанович руководитель практики разрешения споров с государственными органами, споров в​ области интеллектуальной собственности​ и корпоративных прав МГКА «Бюро адвокатов «Де-юре»

В частности, от гражданско-правового договора трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определённые трудовые функции, входящие в обязанности физического лица – работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга.

Гитинов Рашид Курбанович, руководитель практики разрешения споров с государственными органами, споров в​ области интеллектуальной собственности​ и корпоративных прав МГКА «Бюро адвокатов «Де-юре».

В этой связи главным наглядным отличием гражданско-правового договора от трудового договора является то, что исполнитель по гражданскому договору вправе исполнить предмет договора в любое время в срок, предусмотренный договором, тогда как работник по трудовому договору выполняет трудовые функции в рабочее время в соответствии с графиком и режимом труда.

Представляется, что в случае установления судом первой инстанции при новом рассмотрении дела факта наличия трудовых отношений между истцом и ответчиком, то суду также надлежит проверить наличие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника в порядке ст. 239 Трудового кодекса РФ, например, в случае установления обстоятельств причинения ущерба вследствие неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *