Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 05.03.2026 N 18-УД25-58-А3 указало на то, что суд апелляционной инстанции ошибочно посчитал невозможным учет состояния беременности при решении вопроса об отсрочке отбывания наказания в порядке ст. 82 УК РФ. Верховный Суд РФ. устранил судебную ошибку, что позволило осужденной осуществлять уход за новорожденным ребенком до достижения им 14-летнего возраста.
Суть дела
Рассмотрено в судебном заседании уголовное дело в отношении Э. по кассационной жалобе адвоката на апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам.
Судебная коллегия, установила:
согласно приговору Э., несудимая, осуждена: за каждое из четырех преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 163 УК РФ к лишению свободы на 7 лет, по п. «а» ч. 3 ст. 126 УК РФ к лишению свободы на 6 лет, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, — 7 годам 6 месяцам лишения свободы.
На основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 4 года, в течение которого Э. должна своим поведением доказать свое исправление.
До вступления приговора в законную силу мера пресечения в виде домашнего ареста изменена на подписку о невыезде.
В срок отбывания наказания зачтено время нахождения под домашним арестом с 21 сентября 2023 года до 21 мая 2025 года из расчета два дня домашнего ареста за один день лишения свободы.
Этим же приговором осуждены еще трое человек.
Позиция ВС РФ
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам приговор в отношении Э. изменен: состояние беременности признано обстоятельством смягчающим наказание; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности перечисленных преступлений, назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 7 лет 4 месяца с отбыванием в исправительной колонии общего режима; мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена, Э. взята под стражу в зале суда; срок наказания исчислен с момента заключения ее под стражу, время нахождения под домашним арестом с 21 сентября 2023 года до 21 мая 2025 года зачтено в срок отбытия наказания из расчета два дня домашнего ареста за один день лишения свободы в исправительной колонии общего режима. В остальном приговор оставлен без изменений.
Э. осуждена за совершение в составе организованной группы четырех вымогательств под угрозой применения насилия и с применением насилия к потерпевшим, а также за похищение заведомо несовершеннолетнего из корыстных побуждений, с угрозой применения к нему насилия, опасного для жизни и здоровья.
В кассационной жалобе адвокат выражает несогласие с состоявшимся в отношении Э. апелляционным определением, полагая, что им безосновательно изменен приговор суда, которым наказание, назначенное подзащитной, постановлено считать условным. По мнению адвоката, судом 1 инстанции не было допущено нарушений закона, которые бы могли повлечь за собой отмену или изменение приговора, как и не имелось оснований для ухудшения положения Э., поскольку в отношении нее не установлено обстоятельств, отягчающих наказание, напротив, дополнительно было установлено еще одно смягчающее. Полагает, что принимая решение о реальном исполнении приговора, судебная коллегия не дала оценку неактивной, незначительной роли Э. в совершении преступлений, которая лишь выполняла функции водителя и своими действиями не причинила вреда потерпевшим.
Указывает, что суд апелляционной инстанции при назначении наказания необоснованно не признал смягчающим обстоятельством тот факт, что осужденная сразу в полном объеме признала свою вину в совершении преступлений, активно способствовала их расследованию, давая полные и последовательные признательные показания, чистосердечно раскаялась в содеянном. Э. не смогла принести извинения потерпевшим только по причине их отсутствия в зале суда при рассмотрении дела. Автор жалобы отмечает, что совокупность изложенных выше смягчающих наказание обстоятельств суд апелляционной инстанции не оценил на предмет исключительности с целью применения ст. 64 УК РФ, что считает нарушением требований уголовного закона.
В возражениях государственный обвинитель просит состоявшееся в отношении Э. апелляционное определение оставить без изменения, а кассационную жалобу адвоката — без удовлетворения.
Судебная коллегия соглашается с оценкой приговора, поскольку подлежащие доказыванию обстоятельства установлены на основании достаточной совокупности относимых, допустимых и достоверных доказательств, приведенных в приговоре.
Действия Э. квалифицированы правильно — в соответствии с установленными обстоятельствами преступлений.
С учетом заключения судебно-психиатрической экспертизы, не установившей у осужденной психических расстройств, ее поведения в ходе рассмотрения дела, суд правильно признал Э. вменяемой, подлежащей уголовной ответственности за содеянное.
Судом апелляционной инстанции беременность Э. признана дополнительным смягчающим обстоятельством, в результате чего итоговое наказание смягчено на 2 месяца.
Между тем, состоявшиеся в отношении Э. судебные решения подлежат изменению.
Так, учитывая количество и тяжесть совершенных преступлений, роль Э. в их совершении, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для применения в отношении Э. отсрочки отбывания наказания в порядке ст. 82 УК РФ, указав, что при решении данного вопроса не может быть учтено состояние беременности.
Между тем, данный вывод противоречит положениям ч. 1 ст. 82 УК РФ, согласно которой беременной женщине, женщине, имеющей ребенка в возрасте до 14 лет, мужчине, имеющему ребенка в возрасте до 14 лет и являющемуся единственным родителем, …, суд может отсрочить реальное отбывание наказания до достижения ребенком 14-летнего возраста.
Из приговора следует, что Э. осуждена за преступления, с которыми уголовный закон не связывает запрет на применение отсрочки отбывания наказания в соответствии с ч. 1 ст. 82 УК РФ.
Отбывая наказание в исправительной колонии общего режима, осужденная 31 января 2026 года родила дочь.
В п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О практике применения судами законодательства об отсрочке отбывания наказания» разъясняется, что она возможна лишь при условии положительного поведения лица, его добросовестного отношения к исполнению обязанностей по воспитанию ребенка, исключающих оказание какого-либо отрицательного воздействия на ребенка. С учетом этого, разрешая при постановлении приговора или на стадии его исполнения, а также при проверке приговора (постановления суда) в апелляционном, кассационном порядке вопрос об отсрочке отбывания наказания указанным в ч. 1 ст. 82 УК РФ лицам, суд принимает во внимание сведения о личности, поведении, в том числе в период отбывания наказания, об условиях жизни лица и его семьи, о наличии у него жилья и необходимых условий для проживания с ребенком и другие.
Из материалов уголовного дела следует, что в период до заключения под стражу Э. проживала в полной семье, характеризующейся положительно, обучалась в медицинском учебном заведении, к уголовной ответственности не привлекалась.
В период предварительного следствия она признала вину и раскаялась в содеянном. Об осознании осужденной опасности содеянного и искреннем раскаянии свидетельствуют ее активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, выявление и устранение причин, способствовавших совершению преступлений, а именно, прохождение курса лечения и реабилитации от наркотической зависимости.
В настоящее время, отбывая наказание, осужденная осуществляет за дочерью круглосуточный уход, находясь при этом в доме ребенка ФКУЗ МСЧ<…> ФСИН России.
С учетом положений ч. 1 ст. 82 УК РФ и разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ, приведенные выше обстоятельства дают возможность применения в отношении Э. отсрочки отбывания наказания.
Поскольку нарушения положений уголовного закона допущены при рассмотрении уголовного дела в отношении Э., судебная коллегия считает необходимым состоявшиеся в отношении нее судебные решения изменить и в соответствии с ч. 1 ст. 82 УК РФ отсрочить отбывание наказания в виде лишения свободы сроком на 7 лет 4 месяца до достижения ее ребенком <…> 31 января 2026 года рождения, 14-летнего возраста.
Мнение эксперта
Объектом обжалования являлось апелляционное определение, которым приговор был изменен на существенно ухудшающих для осужденной условиях, а именно отмена условного осуждения и реальное лишение свободы.
Было установлено, что при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции допущено существенное нарушение уголовного закона, повлиявшее на исход дела, которое выразилось в неправильном применении положений ч. 1 ст. 82 УК РФ — отсрочка отбывания наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей. Суд апелляционной инстанции ошибочно указал, что состояние беременности осужденной не может быть учтено при решении вопроса об отсрочке. Верховный Суд РФ справедливо квалифицировал решение апелляции как противоречащий прямому указанию закона. Беременность и наличие малолетнего ребенка являются юридически значимыми обстоятельствами, прямо предусмотренными ст. 82 УК РФ в качестве основания для отсрочки, при отсутствии установленных законом запретов.
Коллегия констатировала, что вывод суда апелляционной инстанции об отсутствии оснований для применения ст. 82 УК РФ ввиду невозможности учета беременности является несостоятельным и прямо противоречит диспозиции ч. 1 ст. 82 УК РФ. В законе отсутствует запрет на применение отсрочки к лицам, осужденным за преступления, инкриминированные: вымогательство, похищение человека в составе организованной группы осужденной, и данные составы не входят в перечень исключений, приведенный в ч. 1 ст. 82 УК РФ.
Допущенное нарушение судом апелляционной инстанции, который по формальным основаниям проигнорировал императивную возможность применения отсрочки, гарантированной ст. 82 УК РФ и необоснованно ужесточил приговор, не рассмотрев должным образом вопрос об отсрочке.
Принятое решение Верховный Суд РФ освобождает осужденную из-под стражи и позволяет ей осуществлять уход за новорожденным ребенком, что соответствует как интересам семьи, так и целям уголовного наказания — восстановление социальной справедливости и исправление осужденной посредством социализации в период отсрочки. Решение, принятое Верховным Судом РФ, видится верным.
Красненкова Елена Валерьевна, доцент, к.ю.н., доцент Кафедры международного и публичного права ФГОБУ ВО «Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации»
