Определение Верховного Суда РФ от 25.03.2024 № 308-ЭС23-19832 указывает на недопустимость ограничения пересмотра судебного акта с целью устранения судебной ошибки, причиной которой явилось злоупотребление правом стороны спора.

Суть дела

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 03.12.2018 удовлетворено заявление Кисляк О.В. (далее – заявитель): Кисляк С.С. (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации его имущества, требования заявителя в сумме 557 039, 48 рублей включены в третью очередь реестра.

Должник подал заявление о пересмотре решения от 03.12.2018 по вновь открывшимся обстоятельствам.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 26.01.2023 заявление удовлетворено: решение от 03.12.2018 о признании Кисляка С.С. несостоятельным (банкротом) отменено, назначено судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявления о признании должника банкротом.

Постановлением суда апелляционной инстанции, оставленным без изменения судом кассационной инстанции, решение суда первой инстанции от 26.01.2023 отменено, в удовлетворении заявления о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам отказано.

Не согласившись с судебными актами судов апелляционной и кассационной инстанций, должник обратился с кассационной жалобой в Верховный Суд РФ.

Позиция Верховного Суда

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, Верховный Суд РФ определил отменить судебные акты судов апелляционной и кассационной инстанций и оставить в силе решение суда первой инстанции от 26.01.2023 в связи со следующим.

Основную часть долга (440 000 рублей), позволившую заявителю инициировать процедуру банкротства, составила взысканная с должника в пользу заявителя решением суда общей юрисдикции сумма компенсации в связи с разделом совместно нажитого в браке имущества.

В свою очередь согласно утвержденному определением мирового судьи от 29.11.2013 мировому соглашению заявитель обязана оплатить 250 000 рублей должнику в срок до 28.07.2014 за 1/2 домовладения и земельного участка, после полного расчета за которые прекращается право общей долевой собственности на домовладение и земельный участок и право собственности на долю должника переходит к заявителю.

По предъявленному должником в отдел судебных приставов-исполнителей для исполнения мирового соглашения исполнительному листу взыскания не произведено из-за отсутствия у заявителя имущества, вследствие чего исполнительное производство окончено, исполнительный лист возвращен должнику.

По истечении срока на принудительное исполнение мирового соглашения заявитель, создав формальные условия для зачета посредством оформления заявления от 29.02.2016, зарегистрировал в единоличную собственность домовладение и земельный участок.

Последствием осуществления надлежащего зачета стало бы уменьшение долга должника до размера, не создающего признаков банкротства.

Между тем, получив права на имущество без выплаты присужденной за него суммы и сложив в себя долг, заявитель, заведомо действуя во вред должнику, подал заявление о его банкротстве.

Должник изначально заявил возражения против заявления о признании его банкротом, в отзыве указывал на отсутствие признаков банкротства, сославшись на наличие у заявителя перед ним встречного неисполненного обязательства и недобросовестность заявителя.

Эти обстоятельства остались неисследованными при принятии решения от 03.12.2018.

Учитывая их существенность и поданное должником рассматриваемое заявление, суд первой инстанции правомерно решил вернуться к обсуждению обоснованности заявления о признании должника банкротом.

Сосредоточившись на процессуально-правовой оценке заявления должника, суды апелляционной инстанции и округа не учли следующего.

Независимо от процессуально-правовой оценки уведомления о зачете от 29.02.2016, названного должником в качестве основания для пересмотра решения от 03.12.2018, обстоятельства поведения заявителя очевидно указывают на злоупотребление правом.

Злоупотребление правом само по себе в силу статьи 10 ГК РФ влечет отказ в предоставлении защиты.

Кроме того, при выявленном отсутствии у должника иных кредиторов дело о банкротстве превращается в спор бывших супругов о взаимных имущественных претензиях.

Применение в подобной ситуации публичной дорогостоящей длительной процедуры банкротства не отвечает ее законному предназначению и не способствует достигаемому посредством банкротства результату.

Мнение эксперта

В первую очередь, необходимо отметить, что Верховный Суд РФ подтвердил, что в любом случае злоупотребление правом (статья 10 ГК РФ) должно влечь отказ в судебной защите недобросовестного лица, независимо от того, на какой стадии судопроизводства были выявлены соответствующие обстоятельства. При этом процессуально-правовая оценка соответствующих действий сторон процесса должна в первую очередь исходить из необходимости защиты прав и законных интересов добросовестной стороны, а не создавать препятствия для этого. В том случае, если вследствие злоупотребления правом стороной судебного спора допущена судебная ошибка, повлекшая нарушение прав добросовестной стороны, суд должен использовать имеющиеся процессуальные механизмы для устранения такой ошибки и ее негативных последствий, а не толковать процессуальные нормы в аспекте ограничений для пересмотра судебного акта. Поэтому Верховный Суд РФ по существу воспроизвел в рассматриваемом определении ранее высказанную позицию о том, что сокрытие стороной от суда и участников дела обстоятельств, которые могут иметь существенное значение для дела, является формой злоупотребления правом и выступает основанием для пересмотра судебных актов, вынесенных без учета таких обстоятельств (Определение Верховного Суда РФ от 19.12.2023 № 310-ЭС23-17852,Определение Верховного Суда РФ от 23.01.2015 № 305-ЭС14-2332). 

Кирилл Харитонов, арбитражный управляющий, Саморегулируемая организация "Ассоциация арбитражных управляющих "Паритет"

Другой вывод рассматриваемого определения касательно недопустимости превращения дела о банкротстве в спор касательно правомерности имущественных претензий супругов (бывших супругов) при отсутствии иных кредиторов, может подвигнуть суды к ограничению прав одного супруга (бывшего супруга) к инициированию и продолжению дела о банкротстве другого супруга, если требования возникли из семейных имущественных правоотношений.

Кирилл Харитонов, арбитражный управляющий, Саморегулируемая организация “Ассоциация арбитражных управляющих “Паритет”.

Цель процедуры банкротства — либо оздоровление (реабилитация) должника, либо пропорциональное погашение требований всех кредиторов за счет имущества должника в ситуации недостаточности его имущества для полного погашения требований всех кредиторов. В том случае, если единственным кредитором должника является его бывший супруг и требования возникли из семейных правоотношений в связи с разделом общего имущества — банкротство превращается в ординарную процедуру принудительного исполнения судебного акта по результатам раздела общего имущества супругов и реализации иных имущественных последствий расторжения брака.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *