Верховный Суд РФ в Определении Верховного Суда РФ от 16.02.2026 № 30-КГ25-4-К5 фактически сформировал новый судебный подход к толкованию категории «экстренного порядка прибытия» на территорию России, указав, что транзит через несколько государств противоречит условию «экстренного порядка» прибытия для получения сертификата.
Суть дела
Предметом рассмотрения Верховного Суда РФ стал спор между гражданином, покинувшим территорию Херсонской области, и Министерством экономического развития Карачаево-Черкесской Республики, отказавшим ему в предоставлении государственного жилищного сертификата, подтверждающего право гражданина на социальную выплату.
Гражданин С., являвшийся жителем г. Берислава Херсонской области, был вынужден покинуть место своего постоянного проживания, прибыл на территорию Российской Федерации, получил российское гражданство и, поскольку ранее не реализовывал право на получение жилищных мер социальной поддержки, обратился за предоставлением государственного жилищного сертификата в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 21 октября 2022 г. № 1876 «О реализации мероприятий по переселению жителей г. Херсона и части Херсонской области, покинувших место постоянного проживания и прибывших в экстренном порядке на иные территории Российской Федерации».
Министерство экономического развития Карачаево-Черкесской Республики отказало ему в выдаче сертификата, мотивируя решение тем, что заявитель покинул территорию Херсонской области не непосредственно в Российскую Федерацию, а следовал транзитом через третьи страны (Молдову, Румынию, Болгарию, Турцию, Грузию), что исключает возможность признания прибытия «экстренным».
Суды первой, апелляционной и кассационной инстанций первоначально удовлетворили требования истца. Они исходили из того, что истцом выполнены основные условия получения жилищного сертификата: истец покинул место постоянного проживания в г. Бериславе Херсонской области и прибыл на территорию Российской Федерации, получил гражданство Российской Федерации, ранее не реализовал право на обеспечение жилым помещением или улучшение жилищных условий с использованием социальной выплаты или субсидии или право на получение мер социальной поддержки. Суды также обращали внимание на гуманитарную направленность законодательства и необходимость защиты прав вынужденных переселенцев.
Однако Верховный Суд РФ в Определении Верховного Суда РФ от 16.02.2026 № 30-КГ25-4-К5не согласился с такими выводами, отменил ранее принятые судебные акты и направив дело на новое рассмотрение.
Позиция Верховного Суда РФ
Ключевым моментом, на который обратил внимание Верховный Суд РФ, стало существенное нарушение судами норм права: Верховный Суд РФ указал, что жилищный сертификат может быть предоставлен в случае «прибытия в экстренном порядке», которое предполагает вынужденность переезда, безотлагательный и непосредственный въезд на территорию Российской Федерации из Херсонской области на постоянное место жительства; транзит же через несколько иностранных государств свидетельствует о несоответствии условиям предоставления государственной меры поддержки.
Верховный Суд РФ подчеркнул, что нормы Постановления Правительства РФ № 1876 при решении вопроса о предоставлении адресной меры социальной поддержки за счет бюджетных средств должны толковаться буквально. Следовательно, право на получение сертификата возникает только при наличии всех предусмотренных законом условий.
Если же гражданин имел возможность выбирать маршрут, временно проживал в иных странах либо не въехал в Россию непосредственно после выезда с территории конфликта, то основания для получения сертификата могут отсутствовать.
Мнение эксперта
С правовой точки зрения Определение Верховного Суда РФ от 16.02.2026 № 30-КГ25-4-К5 представляет особый интерес, поскольку демонстрирует тенденцию к ужесточению подхода при предоставлении социальных гарантий вынужденным переселенцам, предотвращению случаев злоупотребления мерами социальной поддержки.
Анна Станиславовна Стафиевская, юрист по защите бизнеса, сопровождению миграционных вопросов, член Союза юристов-блогеров при Ассоциации юристов России
С одной стороны, позиция Верховного Суда РФ иллюстрирует необходимость буквального толкования судом административных норм, при котором суд не вправе подменять собой законодателя и произвольно расширять круг лиц, имеющих право на меры социальной поддержки.
В то же время, даже при таком внимательном отношении само понятие «экстренный порядок» остается без четкого нормативного определения комплекса условий, которые могут иметь значение, например:
- допустимая длительность транзита;
- перечень допустимых маршрутов;
- критерии «непосредственности» въезда;
- допустимость временного пребывания в третьих государствах и их количество и т.п.
Позиция Верховного Суда РФ недостаточно учитывает, что на практике граждане могут объективно не иметь возможности напрямую попасть в Россию, будучи зависимы от угроз безопасности и гуманитарной ситуации, работы пунктов пропуска, транспортной доступности, наличия документов, устойчивости и иных индивидуальных особенностей человека.
Следует отметить, что схожая проблема оценки обстоятельств переезда в Российскую Федерацию существует и в иных ситуациях, например, при оценке оснований для предоставления временного убежища.
Представляется, что предоставление права на социальную поддержку не должно ставиться в зависимость только от выполнения формальных условий утраты жилья или вынужденности переселения, а должно осуществляться с учетом целого комплекса фактических индивидуальных обстоятельств.
