Авторская колонка Марины Геннадьевны Мишиной, кандидата юридических наук, доцента Департамента правого регулирования экономической деятельности Юридического факультета Финансового университета при Правительстве Российской Федерации

Общие положения гражданского законодательства об обязательствах определяют критерии добросовестности гражданина, указывая, что каждый при исполнении гражданско-правовых обязательств должен исполнять их надлежащим образом, не допускать одностороннего отказа от исполнения обязательства, учитывать права и законные интересы другой стороны обязательств, оказывать необходимое содействие для достижения цели обязательства и т.п.
Как правило, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение. В то же время при определенных обстоятельствах гражданин, не способный удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, может быть признан банкротом по решению арбитражного суда или во внесудебном порядке.
Завершение расчетов с кредиторами в процедурах судебного банкротства или завершение процедуры внесудебного банкротства гражданина влекут освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов (так называемое «списание долгов»). Тем самым гражданин получает возможность выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации, вернуться к нормальной экономической жизни без долгов и фактически начать ее с чистого листа.
Однако, институт банкротства – это крайний (экстраординарный) способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов. Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой не позволяет ее использовать с противоправными целями. Исходя из задач арбитражного судопроизводства, целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.
Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов. В процедурах банкротства гражданин-должник обязан предоставить информацию о его финансовом положении, сведения об имуществе, об источниках доходов, о наличии банковских счетов и движении денежных средств по ним. Неисполнение данной обязанности не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед лицами, имеющими к нему требования. Подобное поведение неприемлемо для целей получения привилегий посредством банкротства, поэтому непредставление гражданином необходимых сведений (представление заведомо недостоверных сведений) является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абз. 3 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве).
Если должник при возникновении или исполнении своих обязательств, на которых кредитор основывал свое требование, действовал незаконно (принял на себя заведомо неисполнимые обязательства, пытался вывести активы, скрыл или умышленно уничтожил имущество и т.п.), то эти обстоятельства также лишают должника права на освобождение от долгов. По такому же основанию не допускается и освобождение гражданина от обязательств по завершении процедуры внесудебного банкротства гражданина.
Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами. Все предусмотренные Законом о банкротстве обстоятельства, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств, связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.


Одним из поворотных дел арбитражных судов округов за март 2022 года стало Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 28.03.2022 по делу № А07-34348/2018 об освобождении должника-гражданина от дальнейшего исполнения обязательств перед банком-кредитором.
Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 29.03.2019 гражданин признан банкротом, в отношении его имущества введена процедура реализации. От Газпромбанка в суд поступило заявление о неприменении в отношении должника правил об освобождении его от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами. Возражая против освобождения должника от обязательств, Газпромбанк ссылался на то, что должник наращивал объем кредиторских долгов, заключив 5 кредитных договоров и договоров займа за короткий промежуток времени.
Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 19.08.2021, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.10.2021, процедура реализации имущества гражданина завершена с неприменением в отношении должника правил об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов в части требований кредитора Газпромбанка. Должник не согласился с указанными судебными актами и направил кассационную жалобу в Арбитражный суд Уральского округа.
Арбитражный суд округа, удовлетворяя кассационную жалобу, руководствовался следующим. В абз. 4 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что освобождение гражданина от обязательств не допускается, в том числе, в случае, если гражданин предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита.

Последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, только в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации. В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, предоставленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве.
Должник в ходе процедуры банкротства раскрыл суду и управляющему всю информацию, источник доходов, за счет которых он намеревался исполнить кредитные обязательства, а также
обстоятельства, повлекшие невозможность их исполнения. При заключении кредитного договора с банком должник не указывал никаких недостоверных сведений, при том, что банки, как профессиональные участники кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок, проверки предоставленного для получения кредита пакета документов, а также запроса информации о кредитной истории обратившегося к ним лица.

Непринятие Банком таких мер не свидетельствует о недобросовестности должника, а свидетельствует о неосмотрительности кредитора или безразличном его отношении к формализованному, принятому в кредитных организациях документообороту и порядку (подтверждение официального дохода должника, получение сведений из Бюро кредитных историй об имеющихся кредитных обязательствах) или же о безразличном отношении к тому при условии доверия к финансовым ресурсам контрагента.

По смыслу п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве, принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов, поскольку свидетельствует о неразумности, а не о недобросовестности поведения физического лица. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Марина Геннадьевна Мишина


На основании вышеизложенного, судом округа было установлено неправильное применение нижестоящими судами п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве и необоснованный вывод о наличии оснований для неприменения в отношении должника правил Закона о банкротстве об освобождении от дальнейшего исполнения требований Газпромбанка. Постановлением Арбитражного суда Уральского округа должник был освобожден от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, судебные акты в части неприменения в отношении должника правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед Газпромбанком отменены.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.