Решением Верховного Суда РФ от 05.03.2026 № АКПИ26-10 Об отказе в удовлетворении заявления о признании недействующим пункта 3.3 Приказа Генпрокуратуры России от 30.06.2021 № 376 «Об участии прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства» было разъяснено, что оспариваемый гражданином пункт 3.3. приказа Генеральной прокуратуры РФ регулирует внутриведомственные вопросы и не ограничивает процессуальные полномочия государственного обвинителя. Мнение административного истца о том, что оспариваемое положение ограничивает процессуальную самостоятельность государственного обвинителя, является необоснованным.
Суть дела
В открытом судебном заседании Верховный Суд Российский Федерации рассмотрел административное дело по исковому заявлению гражданина О. о признании недействующим пункта 3.3 приказа Генеральной прокуратуры Российской Федерации от 30 июня 2021 г. № 376 «Об участии прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства».
30 июня 2021 г. Генеральным прокурором РФ издан приказ № 376 «Об участии прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства». Пунктом 3.3 Приказа установлено, что государственному обвинителю, при расхождении его позиции с позицией, выраженной в обвинительном заключении, необходимо докладывать об этом прокурору, поручившему поддерживать государственное обвинение. При наличии оснований для отказа от обвинения или для его изменения в соответствии с ч. 7 и 8 ст. 246 Уголовно-процессуального кодекса РФ, прокурор, поручивший поддерживать обвинение, уведомляет об этом прокурора, утвердившего обвинительное заключение. В случае принципиального несогласия с этой позицией прокурор, утвердивший обвинительное заключение, вправе лично поддержать обвинение либо поручить это работникам курируемого им подразделения.
Гражданин О. обратился в Верховный Суд с административным исковым заявлением о признании недействующим пункта 3.3 Приказа, ссылаясь на то, что он противоречит ч. 2 ст. 1, ч. 5, 7 и 8 ст. 246 УПК РФ, ограничивая полномочия государственного обвинителя в уголовном деле при выявлении оснований для полного либо частичного отказа от обвинения, в том числе его изменения в сторону смягчения. Указывает, что оспариваемый приказ является нормативным правовым актом, однако не был официально опубликован для всеобщего сведения. По мнению истца, оспариваемое положение нивелирует процессуальную самостоятельность государственного обвинителя, не позволяя изменить отношение к изначальному обвинению и предопределяя его позицию, изложенную в обвинительном заключении, в том числе по результатам исследования доказательств в ходе судебного разбирательства по уголовному делу, что нарушает его права и законные интересы как адвоката и защитника по уголовному делу.
Представитель Генпрокуратуры указал, что Приказ соответствует нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, не нарушает прав и законных интересов административного истца и его подзащитной.
Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, проверив оспариваемое положение на соответствие нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, Верховный Суд не находит оснований для удовлетворения искового заявления.
Согласно п. 1 ст. 17 Федерального закона от 17 января 1992 г. № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» Генеральный прокурор руководит системой прокуратуры РФ, издаёт обязательные для исполнения всеми работниками органов и организаций прокуратуры приказы, указания, распоряжения, положения и инструкции, регулирующие вопросы организации деятельности системы прокуратуры России и порядок реализации мер материального и социального обеспечения указанных работников.
Согласно п. 1 приказа Генерального прокурора от 3 апреля 2018 г. № 189 «О порядке официального опубликования организационно-распорядительных документов Генеральной прокуратуры Российской Федерации, носящих нормативно-правовой характер» нормативные акты Генерального прокурора, заместителя Генерального прокурора – Главного военного прокурора, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, кроме актов, содержащих сведения, составляющие охраняемую законом тайну, а также документов для служебного пользования, подлежат официальному опубликованию в журнале «Законность».
Оспариваемый Приказ носит ведомственный характер, не содержит правовых норм, затрагивающих права, свободы и обязанности человека и гражданина, поэтому официальному опубликованию не подлежал. Его текст размещён на официальном сайте Генеральной прокуратуры и в справочно-информационных системах правового характера.
Приказ издан Генпрокурором в пределах полномочий, предоставленных ему федеральным законом, процедура его принятия соблюдена.
Доводы административного истца о противоречии п. 3.3 Приказа положениям ст. 246 УПК РФ являются несостоятельными. Оспариваемый пункт сформулирован с учётом особенностей правового регулирования участия прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства, осуществляемого в строгом соответствии с Федеральным законом «О прокуратуре Российской Федерации» и УПК РФ на основе принципов независимости, процессуальной самостоятельности, недопустимости любого давления и не ограничивает процессуальные полномочия государственных обвинителей.
Механизм отказа прокурора от обвинения или его изменения в сторону смягчения закреплён в ч. 4 ст. 37, ч. 7 и 8 ст. 246 УПК РФ и предусматривает возможность его реализации государственным обвинителем на любой стадии судебного разбирательства вплоть до удаления суда в совещательную комнату для вынесения итогового решения по делу.
Доводы административного истца о том, что оспариваемое положение исключает самостоятельность государственного обвинителя в ходе судебного разбирательства по уголовному делу, основаны на неправильном толковании норм права. Прокурор является должностным лицом, действующим в соответствии с ч. 1 ст. 37 УПК РФ.
Выступая стороной в уголовном процессе, государственный обвинитель отстаивает в суде публичные интересы, поддерживает обвинение от имени государства, руководствуясь при этом зафиксированной в обвинительном заключении правовой позицией прокуратуры в целом, которая формируется при участии уполномоченных должностных лиц. В соответствии со ст. 6 УПК РФ, поддерживая государственное обвинение, прокурор в равной степени обязан как обеспечить назначение виновным справедливого наказания, так и отказаться от уголовного преследования невиновных, принять меры к освобождению их от наказания и реабилитации каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию. Поэтому обязанность прокурора в ходе судебного производства – поддерживать лишь законное и обоснованное обвинение – будет нарушена не только тогда, когда он принимает решение об отказе от обвинения при наличии подтверждающих его доказательств, но и в случае, когда он поддерживает обвинение при отсутствии доказательств виновности подсудимого.
Оспариваемое положение Приказа регулирует внутриведомственные вопросы организации работы и взаимодействия органов прокуратуры и не влечёт нарушения прав административного истца.
В случае несогласия с действиями (бездействием) должностных лиц прокуратуры административный истец не лишён возможности обжаловать их в установленном законом порядке.
Поскольку пункт 3.3 Приказа не противоречит нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, не нарушает прав и законных интересов административного истца в указанных им аспектах, административное исковое заявление не подлежит удовлетворению согласно п. 2 ч. 2 ст. 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.
Руководствуясь ст. 175-180 и ст. 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Верховный Суд Российской Федерации решил отказать в удовлетворении административного искового заявления гражданина О. о признании недействующим пункта 3.3 приказа Генеральной прокуратуры Российской Федерации от 30 июня 2021 г. № 376 «Об участии прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства».
Позиция Верховного Суда РФ
Верховный Суд РФ указал, что оспариваемый административным истцом пункт 3.3. приказа Генеральной прокуратуры РФ издан в пределах полномочий, предоставленных Федеральным законом «О прокуратуре Российской Федерации», и не противоречит нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, не нарушает прав и законных интересов административного истца в указанных им аспектах. Процедура принятия приказа была соблюдена. Решение Верховного Суда в отказе удовлетворения исковых требований гражданина О. согласно п. 2 ч. 2 ст. 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации видится верным. Однако в случае несогласия с решением истец имеет право подать апелляционную жалобу в установленный законом срок – в течение месяца с момента его принятия в окончательном виде.
В соответствии с действующими нормами законодательства Российской Федерации обязательной публикации подлежат нормативно-правовые акты органов исполнительной власти, в то время как прокуратура имеет особый статус. В соответствии с Конституцией России и Федеральным законом от 19.01.1992 N 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» органы прокуратуры не принадлежат ни к одной из ветвей. Этот принцип имеет несколько аспектов.
Прокуратура представляет собой единую федеральную централизованную систему органов, осуществляющих надзор за соблюдением Конституции РФ и исполнением законов, надзор за соблюдением прав и свобод человека и гражданина, уголовное преследование в соответствии со своими полномочиями. Систему иерархического подчинения нижестоящих прокуроров вышестоящим и Генеральному прокурору РФ обеспечивает централизованное управление и координацию деятельности органов прокуратуры.
Ключевым принципом деятельности прокуратуры является ее независимость, что обеспечивает объективность и беспристрастность прокурорского надзора, защиту прав граждан и верховенство закона.
Прокурор не является физическим лицом. Это должностное лицо, уполномоченное в пределах компетенции нормами Уголовно-процессуального кодекса РФ, осуществлять от имени государства уголовное преследование в ходе уголовного судопроизводства, а также надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия.
Мнение эксперта
В целях установления правил поведения и норм служебной этики прокурорского работника в профессиональной и во внеслужебной деятельности, прокуроры подчиняются также положениям Кодекса этики прокурорского работника Российской Федерации, который исходит из того, что признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина определяют основной смысл и содержание его профессиональной служебной деятельности.
Выступая стороной в уголовном процессе, государственный обвинитель отстаивает в суде не частные, а публичные интересы, поддерживает обвинение от имени государства, руководствуясь при этом не личным мнением, которое может быть субъективным, а зафиксированной в обвинительном заключении правовой позицией прокуратуры в целом, которая формируется при участии уполномоченных должностных лиц.
Приказ является организационно‑распорядительным актом Генпрокуратуры и регулирует внутриведомственные вопросы организации работы прокуроров, также в нем не содержатся правовые нормы, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина.
Нормативные акты Генерального прокурора РФ, заместителя Генерального прокурора РФ – Главного военного прокурора, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина (нормативные акты Генеральной прокуратуры Российской Федерации), кроме актов, содержащих сведения, составляющие государственную или иную специально охраняемую законом тайну, а также документов для служебного пользования, подлежат официальному опубликованию в журнале «Законность».
Абрамова Надежда Владимировна, к.ю.н., старший преподаватель Кафедры международного и публичного прав, Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации.
