Конституционный Суд РФ в Определении от 25 декабря 2025 года № 3342-О в очередной раз подчеркнул право судов на свободу усмотрения при применении правовых норм
Суть дела
ООО «Фабрика оренбургских пуховых платков» подало иск к индивидуальным предпринимателям о взыскании компенсации за незаконное использование наименования места происхождения товара (НМПТ) «Оренбургский пуховой платок» в размере 935 000 рублей (с учётом доли истца на рынке — 93,5 %). Фабрика является правообладателем НМПТ «Оренбургский пуховый платок». Правовая охрана распространяется на товары: тонкий ажурный (паутинка), тёплая шаль, палантин. Место происхождения товара — Оренбургская область.
Истец указывал, что предприниматели предлагали к продаже пуховые изделия с использованием НМПТ или сходных обозначений в магазине и на маркетплейсе, приобретенные у мастериц народных художественных промыслов, используемых ручные технологии, без разрешения правообладателя. Арбитражные суды первой, апелляционной и кассационной инстанции отказали в удовлетворении иска, ссылаясь на то, что использование слов, входящих в НМПТ, не обязательно означает нарушение исключительного права — они могут использоваться для описания свойств товара, а сведения в описании товаров, в свою очередь, необходимы для информирования потребителей в соответствии с Законом «О защите прав потребителей». По мнению судов, ответчики не использовали НМПТ для индивидуализации товаров, а лишь описывали их свойства: «Платок пуховый ажурный ручной работы мастеров фирмы „Оренгарн“ из Оренбуржья», «Изделия из козьего пуха ручной работы», а это свидетельствует о том, что отдельные слова и их сочетания (например, «Оренбург», «пух») являются общедоступными и могут свободно использоваться другими участниками оборота. Кроме того, указание на место производства («из Оренбуржья») не образует сходства до степени смешения с НМПТ.
Не согласившись с решениями судов, ООО «Фабрика Оренбургских пуховых платков» подало жалобу в Конституционный Суд РФ. Компания оспаривала конституционность ряда положений Гражданского кодекса РФ, охраняющих результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, и пунктов 2–3 статьи 10 Закона РФ «О защите прав потребителей».
По мнению заявителя, оспариваемые нормы позволяют суду оценивать НМПТ с точки зрения его общеупотребительности и признают незаконным использование НМПТ только при его полном размещении в наименовании или описании товара, на этикетке, упаковке, чеке, вывеске или в названии сайта — без учёта взаимодействия этих вариантов размещения. Как итог, нормы, позволяющие лицам без исключительного права продавать аналогичные товары в Оренбургской области или произведённые там, противоречат Конституции РФ.
Позиция Конституционного Суда РФ
Конституционный Суд не нашёл оснований для принятия жалобы к рассмотрению. В своём определении он указал следующее:
Применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, судья принимает решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения, что не может рассматриваться как нарушение каких-либо конституционных прав и свобод граждан (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20 ноября 2003 года N 404-О, от 29 мая 2019 года N 1319-О и др.). Соответственно, сами по себе оспариваемые положения не могут расцениваться в качестве нарушающих конституционные права заявителя, перечисленные в жалобе.
Кроме того, доводы, приведенные в обоснование обращения, свидетельствуют, что нарушение своих конституционных прав ООО «Фабрика Оренбургских пуховых платков» связывает не с содержанием оспариваемых норм, а с выводом судов об отсутствии нарушения ответчиком исключительного права на наименование места происхождения товара, с которым заявитель, по существу, выражает несогласие. Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, оценка доказательств, послуживших основанием для применения в нем судами тех или иных норм права, не входят в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, закрепленную в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».
Мнение эксперта
Конституционный Суд РФ отказал в принятии жалобы ООО «Фабрика Оренбургских пуховых платков» к рассмотрению, поскольку она не отвечает требованиям допустимости, установленным Федеральным конституционным законом «О Конституционном Суде Российской Федерации». Казалось бы, в «деле оренбургских пуховниц» поставлена точка. Однако это не так. Ни один суд не усомнился в праве фабрики на монополию использования названия на весь мир известного изделия. По сути, используя старинные ручные технологии, передаваемые из поколения в поколение, мастерицы не имеют права продавать «Оренбургский пуховый платок» и вынуждены использовать в названии синонимы и речевые обороты.
По моему мнению, конфликт вокруг использования наименования места происхождения товара «Оренбургский пуховый платок» затрагивает несколько аспектов, которые могут противоречить целям и принципам Федерального закона от 08.08.2024 №330-ФЗ «О развитии креативных (творческих) индустрий в Российской Федерации». Цель этого закона — создание условий для самореализации граждан на основе использования творческого и интеллектуального потенциала, повышение уровня занятости в сфере креативных индустрий. Однако в случае с оренбургскими пуховницами действия правообладателя НМПТ приводят к обратному результату. Правообладатель НМПТ использует свои полномочия для подавления малого бизнеса и самозанятых, что противоречит идее стимулирования предпринимательской деятельности в сфере креативных индустрий, снижает занятость в традиционном промысле.
Тропина Дарья Владимировна, доцент кафедры правового регулирования экономической деятельности Юридического факультета Финансового университета при Правительстве РФ, к.ю.н., доцент
Доступ к рынку для многих мастеров обусловлен необходимостью получения дорогостоящего свидетельства на НМПТ (около 150 тысяч рублей) и сложностью соблюдения всех требований. Стоит также отметить, что оренбургское пуховязание — объект нематериального культурного наследия России. Закон о креативных индустриях предполагает поддержку таких традиций, но действия фабрики, на мой взгляд, ведут к утрате промысла. Есть сомнения в том, что продукция фабрики соответствует критериям оренбургского пухового платка. Критики указывают на использование импортного сырья и машинной вязки, что противоречит традиционным методам производства. Если это подтвердится, возникает вопрос о законности сохранения исключительного права на НМПТ за фабрикой. Возможным путем решения может стать пересмотр критериев соответствия продукции НМПТ. Необходимо строго контролировать, чтобы продукция всех правообладателей соответствовала традиционным стандартам (ручная работа, использование местного сырья). Также стоит рассмотреть возможность упрощения доступа к НМПТ для малых производителей, снижение стоимости и сроков получения свидетельства, а также чёткое регулирование правил использования наименования.
Таким образом, текущая ситуация, сложившаяся вокруг «дела оренбургских пуховниц» демонстрирует противоречие между защитой географического указания и целями развития креативных индустрий, поддержки малого бизнеса и сохранения нематериального культурного наследия, и требует тщательной проработки законодателем.
