06 октября 2025 г. Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда РФ вынесено Определение № 80-КГ25-3-К6, которым установлено, что даже не лишённый в своё время родительских прав отец, уклонявшийся от исполнения родительских обязанностей, в будущем теряет право на получение социальных выплат в связи с гибелью сына – военнослужащего при исполнении им служебных обязанностей.
Суть дела
Л.М.А., с 06.10.1990 г. по 03.07.2024 г. состоявшая в зарегистрированном браке с Л.Ю.А., в котором были рождены двое общих детей, сын и дочь, 04 июня 2024 г. обратилась в суд с требованием лишить на тот момент ещё её супруга единовременной денежной выплаты, страховой суммы, ежемесячной денежной компенсации, пенсии по случаю потери кормильца и иных выплат и мер социальной поддержки в связи с гибелью их общего сына, участника специальной военной операции, военнослужащего Л.А.Ю., который погиб06 июня 2023 г. при выполнении задач специальной военной операции на территории населенного пункта Клещеевка Донецкой Народной Республики.
Положения ФЗ от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации», ФЗ от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», Указа Президента РФ от 5 марта 2022 г. № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей», регионального законодательства (Указа Губернатора Ульяновской области от 5 апреля 2022 г. № 33 «О единовременной денежной выплате гражданам, являющимся членами семей военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, погибших (умерших) в связи с исполнением обязанностей военной службы (службы) в ходе проведения специальной военной операции на территориях Украины, Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики», пенсионного законодательства предусматривают, что в случае гибели военнослужащего в период прохождения военной службы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, родители военнослужащего как члены семьи погибшего имеют право в равных долях на получение соответствующих выплат и иных мер социальной поддержки, предусмотренных указанными нормативными актами.
Л.М.А. уверена, что Л.Ю.А. (отец погибшего военнослужащего) должен быть лишен права на получение выплат и иных мер социальной поддержки, предусмотренных названными выше нормативными актами, поскольку он злостно уклонялся от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию сына Л.А.Ю., у него отсутствовал интерес к сыну при его жизни, от него не было материальной поддержки, у него не было общения и встреч с сыном. Ответчик Л.Ю.А. с 2007 г. имел с Л.М.А. раздельный бюджет, все траты на содержание детей (сына Л.А.Ю. и дочери Л.С.Ю.) несла Л. М.А. (истец), материальной помощи детям Л.Ю.А. не оказывал, он также злоупотреблял спиртными напитками, плохо относился к сыну. Во время обучения сына в школе его учебой не интересовался, родительские собрания не посещал, в школе никогда никто из учителей его не видел.
В 2012 г. Л.Ю.А. ушел из семьи и прекратил общение с сыном, не принимал участия в его воспитании, моральной, физической и духовной поддержки не оказывал. Ввиду тяжелого материального положения Л.М.А. (истец), несмотря на установление инвалидности, работала и самостоятельно обеспечивала сына всем необходимым, в том числе благодаря помощи администрации школы, соседей, родственников и неравнодушных людей. Каких-либо мер для надлежащего выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию сына ответчик не предпринимал.
Ответчик Л.Ю.А. в суде исковые требования Л.М.А. не признал. Решением Майнского районного суда Ульяновской области от 23 июля 2024 г. исковые требования Л.М.А. удовлетворены. Таким образом, суд первой инстанции лишил Л.Ю.А. права на назначение и получение выплат, причитающихся ему в связи с гибелью сына, а также права на получение удостоверения члена семьи погибшего ветерана боевых действий.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ульяновского областного суда от 22 октября 2024 г. решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение, которым в удовлетворении исковых требований Л.М.А. отказано.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 16 января 2025 г. апелляционное определение суда апелляционной инстанции оставлено без изменения.
В поданной в Верховный Суд РФ кассационной жалобе Л.М.А. ставится вопрос о передаче жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ для отмены состоявшихся по делу судебных постановлений судов апелляционной и кассационной инстанций, как незаконных.
Позиция Верховного Суда РФ
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ находит жалобу подлежащей удовлетворению в связи с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (ст. 390.14 ГПК РФ).
Судом установлено и следует из материалов дела, что сын Л.М.А. и Л.Ю.А., Л.А.Ю. погиб 06 июня 2023 г. при выполнении задач специальной военной операции в районе населенного пункта Клещеевка Донецкой Народной Республики. Согласно характеристике Л.А.Ю., выданной средней общеобразовательной школой № 2, которую он окончил в 2014 г., будучи ребёнком он воспитывался в полной семье, но отец с семьей не проживал в последние годы его школьной жизни, за годы обучения (с 5 по 11 классы) классный руководитель ни разу отца на видела, родительские собрания отец не посещал, учебой сына не интересовался. Воспитанием занималась мама, Л.М.А., которая осуществляла надлежащий контроль за сыном, посещала все родительские собрания, следила за учебой. В связи с чем этим учебным заведением ей выдано благодарственное письмо за хорошее воспитание сына.
В ходе рассмотрения дела в судебных заседаниях суда первой инстанции (05 и 23 июля 2024 г.) были допрошены многочисленные свидетели, из их показаний следует, что с 2007 г. у истца и ответчика был раздельный бюджет, Л.М.А. самостоятельно покупала детям (сыну и дочери) подарки, оплачивала услуги репетиторов, с 2010 г. отец не принимал участия в жизни сына, злоупотреблял спиртными напитками, оставлял сына одного дома без присмотра, а в 2012 г. Л.Ю.А. окончательно ушел из семьи и материально детей не обеспечивал. Истец Л.М.А. одна содержала и воспитывала детей (сына и дочь). Близкие (родственные) отношения между отцом и сыном отсутствовали как в период школьной жизни, так и позже, отец не интересовался судьбой сына, в том числе военной службой. Разрешая спор, суд первой инстанции с учетом установленных по делу обстоятельств руководствовался нормами специального законодательства о социальном обеспечении военнослужащих и членов их семей, а также статьями 1, 61, 63, 66, 69 и 71 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) и пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований Л.М.А. о лишении Л.Ю.А. права на получение выплат и иных мер социальной поддержки, предусмотренных действующим законодательством для членов семей погибших военнослужащих.
Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и отказывая матери погибшего военнослужащего в иске, не согласился с выводами суда первой инстанции об удовлетворении исковых требований Л.М.А., указав на недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, а также на несоответствие выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела. Суд апелляционной инстанции признал вывод суда первой инстанции о том, что Л.Ю.А. с 2010 г. ненадлежащим образом исполнял родительские обязанности, сделанным фактически лишь на основе показаний свидетелей, сославшись на то, что других достаточных допустимых и относимых доказательств в материалы дела не представлено. Более того, суд апелляционной инстанции доводы истца Л.М.А. о том, что ответчик Л.Ю.А. ненадлежащим образом исполнял родительские обязанности с 2007 г., злоупотреблял алкогольными напитками, материально семью не обеспечивал, счел голословными, т.к. Л.М.А. проживала совместно с Л.Ю.А. до 2012 г., не принимала мер ни к взысканию с него алиментов, ни к расторжению брака до 2024 г.
Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции, оставляя без изменения судебное постановление суда апелляционной инстанции, не установила нарушения либо неправильного применения судом апелляционной инстанции норм материального или процессуального права.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ находит выводы судов апелляционной и кассационной инстанций неправомерными. При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание. Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.
Гарантии родителям военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, в виде названных выплат имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества — защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. № 22-П, от 19 июля 2016 г. № 16-П). Права родителя на получение различных государственных пособий и выплат, основанные на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.
Суд апелляционной инстанции, принимая отличное от суда первой инстанции решение, не располагал иными доказательствами, кроме представленных истцом, касающихся вопроса участия ответчика в воспитании сына до его совершеннолетия, его материальном обеспечении, в связи с чем вывод суда апелляционной инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований Л.М.А. не соответствует требованиям законодательства.
Вместе с тем суд первой инстанции установил все юридически значимые обстоятельства по делу и пришел к выводу об удовлетворении исковых требований Л.М.А. о лишении Л.Ю.А. права на получение денежных средств и иных выплат и мер социальной поддержки в связи с гибелью сына — военнослужащего Л.А.Ю. Кассационный суд общей юрисдикции, проверяя по кассационной жалобе Л.М.А. законность судебного постановления суда апелляционной инстанции, допущенные им нарушения норм материального и процессуального права не выявил и не устранил, тем самым не выполнил требования ст. 379.6 и п. 1 – 3 ст. 379.7 ГПК РФ. При таких обстоятельствах апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ульяновского областного суда от 22 октября 2024 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 16 января 2025 г. нельзя признать законными, они приняты с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов Л.М.А. В связи с чем Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ установила необходимость отменить названные определения, а решение Майнского районного суда Ульяновской области от 23 июля 2024 г. по указанному делу оставить в силе.
Мнение эксперта
В соответствии со ст. 61 СК РФ родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей, они не только имеют право воспитывать своих детей, а надлежащее воспитание детей является их непосредственной обязанностью (ст. 63 СК РФ).
В исследуемом деле ещё на стадии его рассмотрения в суде первой инстанции представлены веские доказательства уклонения отца как от воспитания своих детей, так и от их содержания (в п. 1 ст. 80 СК РФ прописана обязанность родителей содержать своих детей), отсутствия заботы о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей. Уклонение от выполнения родительских обязанностей – это одно из легально установленных оснований для лишения их родительских прав.
При этом в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14.11.2017 № 44 «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав» разъясняется, что уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении, что и представлено в материалах дела посредством показаний истца и свидетелей. Аргументы судов последующих инстанций о том, что истец могла ещё до наступления совершеннолетия их общих с ответчиком детей взыскать с него алименты на их содержание, лишить его родительских прав в связи с неисполнением им родительских обязанностей, а также расторгнуть с ним брак являются несостоятельными, поскольку возможно таким образом она до последнего боролась за сохранение полной семьи, давая шанс своему супругу «повернуться лицом» к детям, участвовать в их воспитании, а детей не разлучать с родным отцом.
В п. 5 ст. 87 СК РФ законодателем сделано справедливое уточнение о том, что дети могут быть освобождены от обязанности по содержанию своих нетрудоспособных нуждающихся в помощи родителей, если судом будет установлено, что родители уклонялись от выполнения обязанностей родителей. Также дети освобождаются от уплаты алиментов родителям, лишенным родительских прав. Используя эти положения по аналогии, следует утверждать, что не принимавшие участие в воспитании и содержании своих детей, становлении их личности, в будущем такие родители как члены семьи теряют право на получение социальных выплат, в том числе предусмотренных законодательством в связи с гибелью военнослужащего при исполнении им воинского долга.
Матвеева Наталья Алексеевна, доцент, к.ю.н., доцент Кафедры правового регулирования экономической деятельности Юридического факультета Финансового университета при Правительстве РФ
