Определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 28 октября 2025 г. № 5-КГ25-108-К2разъясняет, что вопрос о даче согласия на совершение сделки с жилым помещением, принадлежащим несовершеннолетнему, должен решаться с учетом правильного толкования запретительных норм и учетом интересов несовершеннолетнего.
Содержание дела
Т-я Н.А., действующая в интересах несовершеннолетнего А. и Т-я М.М., действующая в интересах несовершеннолетнего В. обратились в суд с иском о признании незаконными решений государственного бюджетного учреждения города Москвы «Многофункциональные центры предоставления государственных услуг города Москвы» (далее — ГБУ МФЦ г. Москвы) от 5 мая 2023 г. № 634 и № 635 об отказе в выдаче предварительного разрешения на совершение сделки с имуществом несовершеннолетних А. и В. возложении на ответчика обязанности по выдаче разрешения на заключение договора мены между несовершеннолетними А. и В. Заявленные требования мотивированы тем, что несовершеннолетний А. проживает в двухкомнатной квартире, расположенной по адресу: ул. М. с 2012 года (до 2014 года — вместе с матерью и отцом, после расторжения брака между родителями в 2014 году и вплоть до настоящего времени — вдвоем с матерью Т-й Н.А.; далее также — квартира по ул. М.). Право собственности на названную квартиру принадлежит несовершеннолетнему А. в размере 2/3 доли, Т-й М.М. и ее сыну В. — по 1/6 доли каждому. С 2016 года несовершеннолетний В. вместе с матерью Т-й М.М. проживает в двухкомнатной квартире, расположенной по адресу ул. Б. (далее также — квартира по ул. Б.). Право собственности на эту квартиру принадлежит несовершеннолетним А. и В., а также Т-й М.М. (по 1/3 доли каждому). После оформления договора мены двухкомнатная квартира по ул. М. перейдет в единоличную собственность несовершеннолетнего А, а несовершеннолетний В. и его мать Т-я М.М. становятся собственниками квартиры по ул. Б. в равных долях (по 1/2 доли). Таким образом, исходя из того, что после заключения договора жилищные условия несовершеннолетних А. и В. улучшатся, условия проживания станут более благоприятными, а размер принадлежащего им на праве собственности имущества увеличится, отказ ответчика в выдаче разрешения на заключение договора мены, по мнению истцов, является незаконным.
По результатам рассмотрения заявления и приложенных документов ответчиком приняты решения от 5 мая 2023 г. № 634 и № 635 об отказе в выдаче предварительного разрешения на совершение сделки с имуществом, принадлежащим несовершеннолетним, не достигшим возраста 14 лет, А. и В, которые мотивированы тем, что указанная сделка противоречит положениям пункта 3 статьи 37 Гражданского кодекса Российской Федерации, А. и В. являются близкими родственниками — неполнородными братьями, имеющими общего отца.
Решением Тверского районного суда г. Москвы от 6 декабря 2023 г. в удовлетворении исковых требований отказано. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 16 сентября 2024 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения. Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что решения ГБУ МФЦ г. Москвы от 5 мая 2023 года № 634 и № 635 об отказе в выдаче предварительного разрешения на совершение сделки с имуществом, принадлежащим несовершеннолетним А. и В. не противоречат действующему законодательству, являются мотивированными, обоснованными и направленными на защиту имущественных интересов несовершеннолетних. Исходя из того, что несовершеннолетние А. и В. являются близкими родственниками, заключение договора мены в отношении принадлежащего им имущества будет противоречить положениям пункта 3 статьи 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции согласилась с выводами судов первой и апелляционной инстанций и оставила их без изменения.
В кассационной жалобе Т-я Н.А., действующая в интересах несовершеннолетнего А. и Т-я М.М., действующая в интересах несовершеннолетнего В., ставят вопрос об отмене состоявшихся по делу судебных постановлений, как вынесенных с нарушением требований закона. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Москаленко Ю.П. от 30 сентября 2025 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
Позиция Верховного Суда Российской Федерации
Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит ее подлежащей удовлетворению поскольку При рассмотрении настоящего дела судами были допущены такого характера существенные нарушения норм материального и процессуального права.
Согласно пункту 3 статьи 60 Семейного кодекса Российской Федерации ребенок имеет право собственности на доходы, полученные им, имущество, полученное им в дар или в порядке наследования, а также на любое другое имущество, приобретенное на средства ребенка. Право ребенка на распоряжение принадлежащим ему на праве собственности имуществом определяется статьями 26 и 28 Гражданского кодекса Российской Федерации. При осуществлении родителями правомочий по управлению имуществом ребенка на них распространяются правила, установленные гражданским законодательством в отношении распоряжения имуществом подопечного (статья 37 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с пунктом 1 статьи 28 Гражданского кодекса Российской Федерации за несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет (малолетних), сделки, за исключением указанных в пункте 2 настоящей статьи, могут совершать от их имени только их родители, усыновители или опекуны. К сделкам законных представителей несовершеннолетнего с его имуществом применяются правила, предусмотренные пунктами 2 и 3 статьи 37 данного кодекса.
Опекун не вправе без предварительного разрешения органа опеки и попечительства совершать, а попечитель — давать согласие на совершение сделок по отчуждению, в том числе обмену или дарению имущества подопечного, сдаче его внаем (в аренду), в безвозмездное пользование или в залог, сделок, влекущих отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, а также любых других действий, влекущих уменьшение имущества подопечного (пункт 2 статьи 37 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Пунктом 3 статьи 37 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что опекун, попечитель, их супруги и близкие родственники не вправе совершать сделки с подопечным, за исключением передачи имущества подопечному в качестве дара или в безвозмездное пользование, а также представлять подопечного при заключении сделок или ведении судебных дел между подопечным и супругом опекуна или попечителя и их близкими родственниками.
Аналогичные нормы содержатся в Федеральном законе от 24 апреля 2008 г. № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве» (далее также — Федеральный закон «Об опеке и попечительстве»), относящем к задачам органов опеки и попечительства, в частности, защиту прав и законных интересов подопечных, обеспечение достойного уровня их жизни (статья 4), а также определяющем правовой режим имущества подопечных (глава 4). Выдача разрешений на совершение сделок с имуществом подопечных является полномочием органов опеки и попечительства (пункт 6 части 1 статьи 8, часть 2 статьи 19 Федерального закона «Об опеке и попечительстве»). В силу части 3 статьи 21 Федерального закона «Об опеке и попечительстве» отказ органа опеки и попечительства в выдаче такого разрешения должен быть мотивирован, он может быть оспорен в судебном порядке опекуном или попечителем, иными заинтересованными лицами, а также прокурором. На основании постановления Правительства Москвы от 30 марта 2023 г. № 508-ПП «О порядке предоставления отдельных государственных услуг в сфере опеки, попечительства и патронажа в городе Москве» организовано предоставление государственной услуги города Москвы в сфере опеки, попечительства и патронажа в виде выдачи предварительного разрешения на совершение сделок с имуществом, принадлежащим в том числе несовершеннолетнему (пункты 1, 1.1 названного постановления; далее также — постановление Правительства Москвы от 30 марта 2023 г. N 508-ПП).
Конституционный Суд Российской Федерации, анализируя положения абзаца второго пункта 1 статьи 28 и пунктов 2 и 3 статьи 37 Гражданского кодекса Российской Федерации, из содержания которых не вытекает право органов опеки и попечительства произвольно запрещать сделки по отчуждению имущества несовершеннолетних детей, совершаемые их родителями, обратил внимание, что при решении вопроса о законности отказа согласовать сделку в соответствии с общими принципами права и требованиями статей 2, 17 и 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации необходимо исходить из добросовестности родителей, выступающих в качестве законных представителей своих несовершеннолетних детей (определение от 6 марта 2003 г. № 119-О). В постановлении от 8 июня 2010 г. № 13-П Конституционный Суд Российской Федерации подчеркнул, что в случаях обжалования в судебном порядке отказа органа опеки и попечительства дать разрешение на отчуждение имущества несовершеннолетнего такое решение уполномоченного органа оценивается судом исходя из конкретных обстоятельств дела.
Принятые по делу судебные постановления приведенным нормативным положениям не соответствуют. Так, при рассмотрении настоящего дела судами первой и апелляционной инстанций допущено неправильное толкование и применение к спорным отношениям пункта 3 статьи 37 Гражданского кодекса Российской Федерации, повлекшее ошибочный вывод судов о том, что заключение договора мены между несовершеннолетними А. и В., противоречит закону.
По общему правилу названной нормой закона установлен запрет на совершение сделок опекунов, попечителей, их супругов и близких родственников с подопечными. Данный запрет направлен на предотвращение злоупотреблений со стороны указанных лиц, выражающихся в получении ими выгоды за счет имущества подопечного. При этом законом не запрещены сделки в интересах несовершеннолетнего между самим несовершеннолетним и его иными близкими родственниками, не являющимися его законными представителями, а также супругами или близкими родственниками законных представителей.
Из материалов дела следует, что договор мены, о получении разрешения на заключение которого истцы обратились в филиал ГБУ МФЦ г. Москвы — МФЦ окружного значения Юго-Западного АО г. Москвы, должен был быть заключен между неполнородными братьями, имеющими общего отца, — несовершеннолетними А. и В. Однако законные представители детей — их матери Т-я Н.А. и Т-я М.М. — в родстве друг с другом не состоят. Равно несовершеннолетний А. не является родственником законного представителя В. – Т-й М.М., а законный представитель А. – Т-я Н.А. не состоит в родстве с В. Таким образом, данный договор не подпадает под запрет, установленный пунктом 3 статьи 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Формально сославшись на нарушение части 3 статьи 37 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций вопреки требованиям части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации фактически не определили в качестве юридически значимого вопрос о том, будет ли заключение договора мены отвечать интересам несовершеннолетних А. и В., этот вопрос не являлся предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций.
В соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в мотивировочной части решения суда должны быть указаны выводы суда, вытекающие из установленных им обстоятельств дела, доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле.
Суд кассационной инстанции, проверяя по кассационной жалобе Т-й Н.А., действующей в интересах несовершеннолетнего А., Т-й М.М., действующей в интересах несовершеннолетнего В., законность решения суда первой инстанции и апелляционного определения суда апелляционной инстанции, допущенные ими нарушения норм материального и процессуального права не выявил и не устранил, тем самым не выполнил требования статьи 379.6 и частей 1 — 3 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
С учетом изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что допущенные судебными инстанциями нарушения норм материального и процессуального права являются существенными, они повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов Т-й Н.А., действующей в интересах несовершеннолетнего А., Т-й М.М., действующей в интересах несовершеннолетнего В., в связи с чем решение Тверского районного суда г. Москвы от 6 декабря 2023 г., апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 16 сентября 2024 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от 13 февраля 2025 г. нельзя признать законными, они подлежат отмене, а дело — направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Мнение эксперта
Рассматриваемое дело — это спор между истицами — законными представителями несовершеннолетних детей, являющихся единокровными братьями, и органом опеки и попечительства по вопросу о толковании содержания пункта 3 статьи 37 Гражданского кодекса Российской Федерации. Указанный пункт определяет, что опекун, попечитель, их супруги и близкие родственники не вправе совершать сделки с подопечным, за исключением передачи имущества подопечному в качестве дара или в безвозмездное пользование, а также представлять подопечного при заключении сделок или ведении судебных дел между подопечным и супругом опекуна или попечителя и их близкими родственниками. В части совершения сделок несовершеннолетним, не достигшим 14 лет, к их законным представителям действительно применяются нормы указанной статьи, касающиеся опекунов.
В Определении судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 28 октября 2025 г. № 5-КГ25-108-К2 было справедливо отмечено, что указанная сделка совершается совершается в интересах несовершеннолетних их законными представителями (мамами), которые не входят в перечень лиц, указанных в пункте 3 статьи Гражданского кодекса Российской Федерации. Отказ государственного бюджетного учреждения города Москвы «Многофункциональные центры предоставления государственных услуг города Москвы» в даче согласие на совершение сделки мены жилыми помещениями был связан с тем, что соответствующий специалист по охране прав детей органа опеки и попечительства, которому было передано дело для решения вопроса по существу, не разобрался в сложных хитросплетениях личных отношений заявительниц — законных представителей несовершеннолетних, далее ставших истицами. Также и суды трех инстанций встав на сторону бюджетного учреждения города Москвы «Многофункциональные центры предоставления государственных услуг города Москвы» (фактически органа опеки и попечительства) не сумели прийти к правильному выводу о том, что законом не запрещены сделки в интересах несовершеннолетнего между самим несовершеннолетним и его иными близкими родственниками, не являющимися его законными представителями, а также супругами или близкими родственниками законных представителей. Верховным судом было верно установлено, что законные представители детей — их матери Т-я Н.А. и Т-я М.М. — в родстве друг с другом не состоят, несовершеннолетний А. не является родственником законного представителя В. — Т-й М.М., законный представитель А. — Т-я Н.А. не состоит в родстве с В, из чего был сделан верный вывод о том, что договор мены, для которого испрашивалось согласие не подпадает под запрет, установленный пунктом 3 статьи 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Помимо этого, Верховный Суд также обратил внимание и на то, что одним из критериев дачи согласия на совершение подобной сделки должно являться соответствие цели ее заключения интересам ребенка (в данном случае обоих несовершеннолетних детей), что их законным представителям удалось доказать.
Таким образом, Определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 28 октября 2025 г. № 5-КГ25-108-К2, которым решения трех предыдущих инстанций были отменены, а дело направлено на повторное рассмотрение в первую инстанцию, создало прецедентную позицию для органов опеки и попечительства и нижестоящих судов, состоящую в недопустимости формального подхода при оценке интересов несовершеннолетних.
доцент Кафедры правового регулирования экономической деятельности Финансового Университета при Правительстве Российской Федерации, к.ю.н., доцент Матвеев Игорь Валентинович
