Определение Верховного Суда РФ от 03.04.2025 № 305-ЭС24-21469 разъясняет суть объективного срока исковой давности и действие во времени норм, регламентирующих его применение.
Суть дела
В 2003 году была учреждена коллегия адвокатов в форме некоммерческой организации, директором и учредителем которой являлся Г.
В 2012 г. в деле о банкротстве Общества определением арбитражного суда с коллегии в качестве последствий недействительности сделок по оплате юридических услуг взыскано 250 млн. руб. Определение не исполнено.
В 2013 г. коллегия по решению общего собрания ее членов передала благотворительному фонду в качестве пожертвования четыре транспортных средства общей стоимостью 6 193 646,47 руб. и денежные средства в размере 387 000 руб.
В марте 2022 г. по заявлению правопреемника Общества возбуждено дело о банкротстве коллегии на основании неисполненного определения о взыскании 250 млн. руб.
В апреле 2023 г. коллегия признана банкротом, утвержден конкурсный управляющий, который 09.10.2023 г. обратился в суд с требованием о взыскании с Г. 7 019 744,65 руб. убытков, указав, что данная сумма является дарением, совершенным в апреле 2013 г., то есть во время наличия у коллегии долга в 250 млн. руб. перед кредитором.
Г. заявил о пропуске конкурсным управляющим десятилетнего срока исковой давности на предъявление спорного требования, установленного в пункте 2 статьи 196 ГК РФ.
Определением суда первой инстанции было отказано в удовлетворении заявления в связи с тем, что имущество коллегии формируется за счет безвозмездных взносов ее членов, поэтому пожертвования осуществлены за счет последних по принятым ими решениям, вследствие чего убытков должнику и его кредиторам не причинено. При этом суд отказал в применении десятилетнего срока исковой давности поскольку вменяемые нарушения совершены до введения в законодательство объективного срока исковой давности и пункт 2 статьи 196 ГК РФ к этим правоотношениям не применим. Трехлетний субъективный срок исковой давности исчислен судом с момента, когда о нарушениях стало известно конкурсному управляющему и не истек ко дню обращения в суд с заявлением.
Постановлением суда апелляционной инстанции, оставленным без изменения судом кассационной инстанции, определение суда первой инстанции отменено и заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Суд исходил из того, что решения о передаче пожертвований приняты с нарушением Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и пункта 2.1 Устава коллегии, поскольку передача пожертвований не входит в цели и задачи коллегии адвокатов. Коллегия распорядилась своими активами, имея значительный непогашенный долг, чем причинила убытки своим кредиторам. При этом суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции о соблюдении конкурсным управляющим срока исковой давности.
Г. обратился в Верховный Суд РФ с кассационной жалобой на судебные акты судов апелляционной и кассационной инстанций.
Позиция Верховного Суда
Рассмотрев доводы кассационной жалобы, Верховный Суд РФ определил отменить судебные акты судов апелляционной и кассационной инстанций и оставил в силе определение суда первой инстанции, по следующим основаниям.
Согласно статье 195 и пункту 2 статьи 199 ГК РФ, пункту 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее — постановление № 43), исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам без исследования иных обстоятельств дела.
Предметом рассмотрения по данному обособленному спору является разрешение вопроса о том, подлежит ли применению десятилетний срок исковой давности к требованию о взыскании убытков, возникшему до введения этого срока.
Статьей 196 ГК РФ в редакции, действовавшей до 01.09.2013 г., установлен трехлетний общий срок исковой давности. Данный срок для юридического лица по общему правилу исчисляется со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ, пункты 1, 3 постановления № 43).
С 01.09.2013 г. вступил в силу Закон № 100-ФЗ, которым в статью 196 ГК РФ внесен пункт 2 следующего содержания: «Срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен». Позднее Федеральным законом от 02.11.2013 г. № 302-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» добавлено исключение из этого правила для случаев, установленных Федеральным законом от 06.03.2006 года № 35-ФЗ «О противодействии терроризму».
Началом течения такого десятилетнего срока является день нарушения права (пункт 8 постановления № 43). Исключение составляют случаи, предусмотренные пунктом 1 статьи 181 и абзацем вторым пункта 2 статьи 200 ГК РФ. Применительно к требованию о взыскании убытков день нарушения права это, как правило, совершение причинителем вреда противоправного действия или его противоправное бездействие, повлекшие убытки.
Если иное прямо не предусмотрено законом, для целей исчисления десятилетнего срока не принимается во внимание день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. Таким образом, установленный пунктом 2 статьи 196 ГК РФ десятилетний срок исковой давности носит объективный характер и, в отличие от срока, установленного пунктом 1 этой же статьи, начало его течения не зависит от осведомленности истца (реальной или потенциальной) о нарушенном праве и надлежащем ответчике.
Как следует из пункта 9 статьи 3 Закона № 100-ФЗ и пункта 27 постановления № 43, положения ГК РФ о сроках исковой давности и правилах их исчисления в редакции Закона № 100 применяются в том числе и к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013. Десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196, пунктом 2 статьи 200 ГК РФ (в редакции Закона № 100-ФЗ), начинают течь не ранее 01.09. 2013 г. и применяться не ранее 01.09.2023 г.
В данном обособленном споре рассматривается требование о взыскании убытков, причиненных действиями ответчика, совершенными в апреле 2013 г. На момент совершения этих действий (передачи имущества) законодательством предусматривался общий трехлетний срок исковой давности (статья 196 ГК РФ). По состоянию на 01.09.2013 г. этот срок не истек. Следовательно, по требованию о взыскании убытков применим десятилетний срок исковой давности, он должен исчисляться с 01.09.2013 г. и истек к 01.09.2023 г. Заявление о взыскании убытков подано 09.10.2023 г., то есть за пределами указанного срока. Иных заявлений по тем же основаниям к Г. не предъявлялось. Действий, свидетельствующих о признании долга, ответчик не совершал. Не установлено каких-либо обстоятельств, лишающих Г. оснований рассчитывать на институт давности как средство защиты своих незаконных интересов. Г. не был лицом, подлежавшим контролю, и не препятствовал осуществлению этого контроля.
Таким образом, пропущен срок исковой давности по предъявленным требованиям и это является достаточным основанием для отказа в их удовлетворении.
Мнение эксперта
Исковая давность как способ защиты ответчика или третьего лица от притязаний и срок для защиты и принудительной реализации нарушенного права, преследует цели упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правоотношений, дисциплинировать их участников, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений путем побуждения последних к своевременному использованию судебной защиты. Отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав вело бы к ущемлению прав и охраняемых законом интересов ответчиков и третьих лиц, подрывало бы стабильность и устойчивость гражданского оборота.
управляющий партнер юридической компании ЮКО Юлия Иванова.
Рассматриваемое определение посвящено двум важным аспектам общего десятилетнего срока исковой давности.
Первый связан с определением даты начала исчисления такого срока. Будучи сроком для принудительной защиты нарушенного права, исковая давность по общему правилу начинает исчисляться с даты совпадения объективного (возникновение состояния нарушения права) и субъективного (осведомленность о нарушении права и наличие юридической возможности обращения за защитой) моментов. Однако, в пункте 2 статьи 196 ГК РФ устанавливается общий срок исковой давности для защиты любых нарушенных прав, кроме прямо поименованных в законе исключений, составляющий десять лет с момента самого нарушения защищаемого права. Для целей исчисления этого срока не принимается во внимание субъективный момент (дата, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права), и по общему правилу указанный срок не может быть восстановлен (пункт 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43). Такой срок исковой давности, как пресекательный юридический механизм, выступает неким окончательными пределом осуществления права, преследует цель стабильности сложившегося в течение достаточного времени правового положения (Определение Верховного Суда РФ от 14.06.2016 № 1-КГ16-6). Игнорирование законодателем субъективного момента при установлении такого срока исковой давности, на наш взгляд, обусловлено неопровержимым предположением, что до истечения столь длительного срока субъект в любом случае, действуя разумно, добросовестно и осмотрительно, имеет реальную возможность узнать о факте нарушения его права и субъекте, которому необходимо предъявить обусловленные таким нарушением исковые требования.
Определение также затрагивает другой важный аспект применения десятилетнего объективного срока исковой давности — действие во времени нормы части 2 статьи 196 ГК РФ. Исходя из пункта 1 статьи 4 ГК РФ и пункта 3 статьи 9 Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ, применение введенного с 01.09.2013 десятилетнего срока исковой давности возможно и к тем требованиям, которые возникли до указанной датой и в отношении которых на эту дату не истекли исчисляемые по прежним правилам сроки исковой давности. В отношении таких требований, по существу, установлен предельный срок их принудительной реализации — подача искового заявления без риска применения указанного срока возможна до 01.09.2023.
Необходимо также отметить, что Верховный Суд РФ формирует единообразную практику применения объективного срока исковой давности на примере споров, возникающих в рамках дел о банкротстве, в которых длительное время превалировала точка зрения, что в отношении требований арбитражного управляющего или кредиторов, направленных на защиту нарушенных прав (оспаривание сделок, взыскание убытков) срок исковой давности должен исчисляться с момента субъективной осведомленности указанных заинтересованных лиц. Тем самым, Верховный Суд РФ подчеркивает, что десятилетний срок исковой давности носит универсальный характер и распространяется на любые требования о защите нарушенного права, в отношении которых в законе нет специального исключения (Определение Верховного Суда РФ от 28.05.2025 № 307-ЭС14-7082(15), Определение Верховного Суда РФ от 06.03.2024 № 305-ЭС20-20127(20).
