Определение Верховного Суда РФ от 09.09.2025 №5-КГ25-115-К2 разъясняет, что процессуальное правопреемство не ограничено исключительно судебными спорами из обязательственных правоотношений.
Суть дела
Решением суда удовлетворены исковые требования Государственной жилищной инспекции, на Ц.В.В. и Ф.Т.В. возложена обязанность исполнить предписание и привести принадлежащее им на праве долевой собственности нежилое помещение в соответствие с технической документацией.
Судебным приставом-исполнителем возбуждено исполнительное производство с предметом исполнения «обязать Ц.В.В. исполнить предписание, привести нежилое помещение в соответствие с технической документацией».
После вступления в законную силу решения суда и возбуждения исполнительного производства право собственности Ц.В.В. на 1/2 доли в указанном помещении прекращено ввиду отчуждения доли Ц.О.П.
Ц.О.П., Ц.В.В. обратились в суд с заявлением о процессуальном правопреемстве и просили произвести замену должника Ц.В.В. по исполнительному производству на Ц.О.П.
Определением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, отказано в процессуальном правопреемстве в виду того, что переход права собственности на недвижимое имущество не относится к установленным главой 24 ГК РФ случаям перемены лиц в обязательстве, о которых указано в части 1 статьи 44 ГПК РФ, при этом такая замена по существу влечет предъявление требований к новому должнику, в отношении которого судебное решение не принималось.
Ц.В.В. обратился в Верховный Суд РФ с кассационной жалобой на указанные судебные акты.
Позиция Верховного Суда РФ
Рассмотрев доводы кассационной жалобы, Верховный Суд РФ отменил судебные акты нижестоящих судов и направил заявление в суд первой инстанции для рассмотрения по существу, по следующим основаниям.
Выводы суда первой инстанции о том, что переход права собственности на недвижимое имущество не относится к установленным главой 24 ГК РФ случаям перемены лиц в обязательстве и необходимости предъявления того же требования к новому должнику основаны на неправильном толковании норм процессуального законодательства.
Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 16.11.2018 № 43-П указывал, что нормативное регулирование процессуального правопреемства не дает оснований для вывода о невозможности замены стороны правопреемником в случае отчуждения ею в период судебного разбирательства имущества, требование о защите от нарушений права собственности на которое рассматривается судом. Подобный подход позволяет предотвратить утрату собранных доказательств, а значит, необходимость собирать их заново, исключить неоправданные судебные расходы ради повторного достижения уже достигнутых результатов, а также сохранить баланс прав и законных интересов сторон гражданского судопроизводства, защитив права не только истца, для которого отчуждение имущества ответчиком не повлечет рассмотрение дела с самого начала, но и ответчика, для которого отчуждение имущества истцом не создаст угрозы быть привлеченным к делу по иску нового собственника, основанному на тех же обстоятельствах, в самостоятельном процессе.
Кроме того, суды не учли, что при наличии вступившего в законную силу решения, повторное обращение с тем же материально-правовым требованием в случае замены стороны (должника) в материальных правоотношения не допускается.
Применительно к спорной ситуации следовало учитывать, что новый собственник приобрел имущество с обременениями, связанными с исполнением вступившего в законную силу решением суда, о чем ему было известно при заключении договора купли-продажи.
Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 14 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 1, переход права собственности на недвижимое имущество в ходе исполнительного производства, возбужденного в отношении предыдущего собственника, на которого вступившим в законную силу решением суда возложена обязанность о приведении этого имущества в прежнее состояние, влечет переход данной обязанности на нового собственника.
Комментарий специалиста
Процессуальное правопреемство в гражданском или арбитражном процессе представляет собой замену лица, участвующего в процессе в качестве стороны или третьего лица (правопредшественника), другим лицом (правопреемником), при котором правопреемник продолжает в процессе участие правопредшественника. Процессуальное правопреемство всегда в своей основе имеет правопреемство в соответствующих спорных или установленных судебным актом материальных правоотношениях, замена лица в процессе обусловлена вступлением этого лица в соответствующее материальное правоотношение вместо первоначального истца, ответчика или третьего лица. Поэтому, неправильно сводить основания правопреемства только к случаям реорганизации, смерти гражданина и замены лица в обязательстве. Правопреемство в материальных правоотношениях возможно не только в обязательственных, но и любых других правоотношениях, в которых в принципе допустима замена одного лица на другое на стороне соответствующего субъекта правоотношений. Поэтому, невозможность процессуального правопреемства обусловлена невозможностью правопреемства в соответствующих материальных правоотношениях.
Замена лица в процессе обеспечивает реальную исполнимость судебного решения. В рассмотренном споре без замены первоначального собственника недвижимости, в отношении которого было вынесено решение, невозможно было бы реальное исполнение судебного акта, поскольку на нового собственника невозможно возложить обязанность совершить действия, предписанные судебным актом в отношении объекта недвижимости, а прежний собственник, оставаясь стороной исполнительного производства (должником), не имея правомочий собственника, физически не может выполнить предписанные судебным актом действия.
управляющий партнер юридической компании ЮКО Юлия Иванова.
