Верховный Суд РФ подтвердил, что преступление, направленное против интересов Российской Федерации, влечёт ответственность по УК РФ даже при совершении за рубежом

Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 1 апреля 2026 г. N 224-УД26-10-А6 указало, что подследственность и подсудность преступления (акта международного терроризма), совершенного иностранным гражданином за пределами Российской Федерации, но направленного против  интересов Российской Федерации либо гражданина Российской Федерации определяется исходя из требований ч. 3 ст. 12 УК РФ и взаимосвязанных положений ст. 151 и ст. 152 УПК РФ и соответственно исключает необходимость выдачи  уполномоченным органам иностранного государства такого лица.

Суть дела

Судом первой инстанции Р. осуждён за покушение на акт международного терроризма, то есть совершение вне пределов территории Российской Федерации взрыва, подвергающего опасности жизнь и здоровье граждан Российской Федерации, направленного против интересов Российской Федерации.

Апелляционный военный суд оставил решение суда первой инстанции в силе.

В кассационной жалобе адвокат заявил о различных процессуальных нарушениях, в том числе о нарушении территориальной подследственности уголовного дела, повлекшем его рассмотрение неподсудным судом, поскольку местом совершения преступления являлся г. Бердянск, по состоянию на 13 июля 2022 г. находившийся под юрисдикцией Украины.

Верховный Суд РФ оставил приговор суда первой инстанции и апелляционное определение по делу Р. без изменения.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ установила

Р., гражданин Украины, осуждён за покушение на акт международного терроризма, то есть совершение вне пределов территории Российской Федерации взрыва, подвергающего опасности жизнь и здоровье граждан Российской Федерации, направленного против интересов Российской Федерации по ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 361 УК РФ (в редакции Федерального закона от 6 июля 2016 г. № 375-ФЗ) к лишению свободы на срок 12 лет с отбыванием первых 3 лет в тюрьме, а оставшейся части срока наказания в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционным определением апелляционного военного суда от 5 ноября 2024 г. приговор в отношении Р. оставлен без изменения.

Преступление совершено 13 июля 2022 г. в г. Бердянске Запорожской области который по состоянию на 13 июля 2022 г. находился под юрисдикцией Украины, во время проведения массового мероприятия – молодёжного форума, в том числе с участием граждан Российской Федерации.            Осуждённые подтвердили наличие между ними предварительной договоренности и распределение ролей при подрыве автомобиля с помощью СВУ.

В кассационной жалобе адвокат заявил о нарушениях в территориальной подследственности уголовного дела, о необходимости квалификации совершенного Р. деяния по уголовному законодательству Украины и выдачи Р. уполномоченным органам названного государства в соответствии с ч. 2 ст. 13 УК РФ.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационной жалобы и поданных на неё возражений, заслушав стороны, Судебная коллегия пришла к выводу об отсутствии предусмотренных ч. 1 ст. 401¹⁵ УПК РФ оснований для отмены или изменения обжалуемых судебных решений в отношении Р.

Подследственность уголовного дела соблюдена, а предварительное следствие осуществлено уполномоченным на то должностным лицом, в пределах его компетенции. Так, в соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 151 УПК РФ предварительное следствие по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ст. 361 УК РФ, производится следователями органов федеральной службы безопасности. Согласно ч. 1 ст. 152 УПК РФ предварительное расследование производится по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления, за исключением случаев, предусмотренных настоящей статьёй, в том числе частью 4 названной статьи, в соответствии с которой предварительное расследование может производиться по месту нахождения обвиняемого или большинства свидетелей в целях обеспечения его полноты, объективности и соблюдения процессуальных сроков. Частью 4¹ этой же статьи УПК РФ предусмотрена возможность производства расследования уголовного дела о преступлении, совершённом вне пределов Российской Федерации, по месту пребывания обвиняемого в Российской Федерации, при условии, что преступление совершено иностранным гражданином, не проживающим постоянно в Российской Федерации, и направлено против интересов Российской Федерации, как это и было установлено по делу. В иных случаях место производства предварительного расследования определяет Председатель Следственного Комитета Российской Федерации, чего в данном конкретном деле, вопреки мнению защитника об обратном, не требовалось.

Материалами дела подтверждается, что Р. после его задержания 29 декабря 2022 г. в порядке ст. 91 УПК РФ был помещён в ИВС УМВД РФ по г. Симферополю, а на следующий день ему избрана мера пресечения в виде заключения под стражу с содержанием в ФКУ СИЗО УФСИН России по Республике Крым и г. Севастополю. Постановлением руководителя следственного органа — заместителя начальника Следственного управления ФСБ РФ от 2 января 2023 г. (а не 2 февраля, о чём ошибочно утверждает защитник) местом производства предварительного расследования по уголовному делу в порядке ч. 4 ст. 152 УПК РФ определена территория Республики Крым, где и находился Расторгуев. При принятии данного решения руководитель следственного органа принял во внимание и то, что в соответствии с Федеральным конституционным законом от 4 октября 2022 г. № 7-ФКЗ Запорожская область принята в Российскую Федерацию в качестве нового субъекта, на территории которой установлен переходный период, в течение которого урегулируются вопросы интеграции нового субъекта Российской Федерации в правовую систему Российской Федерации и систему органов государственной власти Российской Федерации.

Таким образом, подследственность и место производства предварительного расследования по настоящему уголовному делу определены с соблюдением положений ст. 151 и 152 УПК РФ, в связи с чем обвинительное заключение по настоящему уголовному делу согласовано с надлежащим и полномочным руководителем следственного органа и утверждено полномочным прокурором, а дело рассмотрено Южным окружным военным судом, которому оно в силу п. 2 ч. 6 ст. 31 УПК РФ и подсудно, в связи с чем довод адвоката об обратном не основан на законе и является надуманным.

Утверждения защитника о недопустимости привлечения Расторгуева к уголовной ответственности по УК РФ и необходимости его выдачи уполномоченным органам Украины не основаны на положениях ч. 3 ст. 12 УК РФ, согласно которым иностранные граждане и лица без гражданства, не проживающие постоянно в Российской Федерации, совершившие преступление вне пределов Российской Федерации, подлежат уголовной ответственности по УК РФ в случаях, если преступление направлено против интересов Российской Федерации либо гражданина Российской Федерации, что и было установлено по настоящему делу.

Мнение эксперта

Верховный Суд Российский Федерации подтвердил правильность применения уголовного закона согласно реальному принципу действия, а также правомерность действий органов предварительного следствия по определению территориальной подследственности, соблюдению процессуального порядка возбуждения уголовного дела, процедуры определения места предварительного расследования в отношении иностранного гражданина.

Террористический акт как метод достижения политических, военных, религиозных и иных целей не может быть оправдан. Теракт рассматривается в международном праве как преступление международного характера, посягая на основы безопасности в конкретном государстве, одновременно представляет угрозу для всего мирового сообщества. Любое государство должно осуществлять уголовное преследование террористов вне зависимости от места совершения преступления и их гражданства для того, чтобы избежать создания безопасных убежищ для таких преступников.

Международная конвенция о борьбе с бомбовым терроризмом (Заключена в г. Нью-Йорке 15.12.1997) гарантирует юрисдикцию государств в отношении любого преступления, если оно совершено против гражданина этого государства. Выдача фигуранта анализируемого дела Р. иностранному государству, в интересах которого было совершено преступление, означала бы фактическую безнаказанность для террориста, подложившего самодельное взрывное устройство под автомобиль гражданина России на массовом мероприятии.  

В этой связи доводы адвоката о необходимости выдачи Р. другому государству в корне противоречат принципам, заложенным в международных актах о борьбе с терроризмом.

Согласно реальному принципу действия уголовного закона, в соответствии с ч. 3 ст. 12 УК РФ, будучи гражданином иностранного государства, совершив преступление вне пределов Российской Федерации, Р. подлежит уголовной ответственности по УК РФ так как содеянное было направлено против интересов Российской Федерации либо гражданина Российской Федерации при том что он не был осужден в иностранном государстве и привлекается к уголовной ответственности на территории Российской Федерации.

Дальнейшие заявления адвоката о нарушениях порядка определения места производства предварительного расследования на территории России вступают противоречие с заявленной ранее позицией относительно невозможности квалификации действий Р. по уголовному закону Российской Федерации и привлечению его к ответственности на территории России. Данное заявление адвоката о нарушении порядка определения места производства предварительного расследования в порядке ч. 4¹ ст. 152 УПК РФ без решения Председателя Следственного комитета Российской Федерации признано Верховным Судом РФ необоснованным. Уполномоченное должностное лицо, обладающее процессуальным статусом руководителя следственного органа согласно ч. 5 ст. 39 УПК РФ – заместитель начальника Следственного управления ФСБ России, местом производства предварительного расследования по уголовному делу в порядке ч. 4 ст. 152 УПК РФ определил территорию Республики Крым, где иностранный гражданин Р. находился задержанным в ИВС, затем содержащимся в СИЗО.

Верховный Суд РФ подтвердил юрисдикцию компетентных органов России в отношении иностранных граждан, совершивших за рубежом преступление против интересов РФ и ее граждан, применения уголовного закона в соответствии с реальным принципом в конкретном случае. Кроме того, проверены правила определения территориальной подследственности уголовных дел в отношении иностранных граждан, совершивших преступления за пределами России против ее национальных интересов или граждан, что в дальнейшем укрепит единообразное применение положений ст. 152 УПК о порядке выбора места производства предварительного расследования.

Ермаков Сергей Вячеславович, доцент, к.ю.н., доцент Кафедры международного и публичного права, Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации