Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2025 N 21-УДП25-7-К5 указало на нерассмотрение доводов прокурора о чрезмерной мягкости наказания и игнорировании факта назначения штрафа сверх предела, установленного санкцией ч. 3 ст. 159 УК РФ. Допущенные нарушения являются существенными, искажающими саму суть правосудия, что в силу ч. 1 ст. 401.6 УПК РФ является безусловным основанием для кассационного пересмотра с возможностью ухудшения положения осужденного.
Суть
К., несудимый, осужден по ч. 3 ст. 159 УК РФ к 3 годам лишения свободы со штрафом в размере 100 000 рублей. На основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года.
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 25 марта 2025 года приговор в отношении К. оставлен без изменения, апелляционное представление — без удовлетворения.
Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам приговор и апелляционное определение в отношении К. изменены: обстоятельством, смягчающим наказание, признано возмещение ущерба в соответствии с п. «к» ч. 2 ст. 61 УК РФ и смягчено наказание, назначенное по ч. 3 ст. 159 УК РФ до 2 лет 6 месяцев лишения свободы; исключено указание о конфискации в доход государства автомобиля. В остальной части судебные решения оставлены без изменения.
Судебная коллегия Верховного Суда РФ установила
по приговору суда К. признан виновным в мошенничестве, то есть хищении чужого имущества путем обмана, с использованием своего служебного положения, в крупном размере.
В кассационном представлении заместитель Генерального прокурора РФ просит отменить апелляционное и кассационное определения и направить уголовное дело в отношении К. на новое апелляционное рассмотрение.
Считает назначенное К. наказание несправедливым и чрезмерно мягким, приводит доводы о том, что судом не в полной мере учтены характер и степень общественной опасности совершенного им тяжкого преступления, которое «подрывает авторитет и репутацию органов судебной власти, деформирует правосознание граждан, создавая у них представление о возможности удовлетворения личных и коллективных интересов путем подкупа должностных лиц»; полагает, что суд кассационной инстанции в отсутствие предусмотренных законом оснований признал обстоятельством, смягчающим наказание, возмещение К. ущерба, выразившемся в добровольном возвращении М. денежных средств, и смягчил назначенное ему наказание в виде лишения свободы с 3 лет до 2 лет 6 месяцев.
Обращает внимание на допущенное судом нарушение закона при назначении К. дополнительного наказания в виде штрафа, поскольку суд первой инстанции назначил его в размере, превышающем установленный в санкции ч. 3 ст. 159 УК РФ предел для этого вида наказания.
Судебная коллегия приходит к следующим выводам.
Государственным обвинителем было принесено апелляционное представление на постановленный в отношении К. приговор по мотивам неправильной квалификации его действий, а также несправедливости назначенного наказания ввиду чрезмерной мягкости.
В апелляционном представлении указывалось на «несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильное применение уголовного закона, несправедливость назначенного наказания ввиду его чрезмерной мягкости…», в связи с чем ставился вопрос об отмене приговора.
Суд апелляционной инстанции не дал оценки приведенным выше доводам апелляционного представления о несоблюдении судом первой инстанции требований ст. 60 УК РФ в части учета при назначении наказания характера и степени общественной опасности преступления, не проанализировал конкретные обстоятельства совершенного преступления и их влияние на определение конкретного вида и размера наказания, ограничившись лишь изложением мнения о том, что назначенное наказание является достаточным со ссылкой на данные о личности осужденного К.
Кроме того, в соответствии со ст. 6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.
С учетом требований ч. 1 ст. 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, и с учетом положений его Общей части.
Согласно ч. 4 ст. 46 УК РФ штраф в качестве дополнительного вида наказания может назначаться только в случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК РФ.
Санкция ч. 3 ст. 159 УК РФ, по которой квалифицированы действия К., предусматривает возможность назначения наказания в виде лишения свободы на срок до шести лет со штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев либо без такового.
Признав необходимым назначить неработающему на момент рассмотрения дела К. дополнительное наказание в виде штрафа, исчисляемого определенной суммой, суд первой инстанции назначил его в размере 100 000 рублей, то есть в размере, превышающем установленный в санкции ч. 3 ст. 159 УК РФ предел для этого вида наказания.
Данное нарушение закона не получило оценки апелляционной инстанции. Апелляционное определение с учетом приведенных обстоятельств, не может быть признано соответствующим требованиям частей 3 и 4 ст. 389.28 УПК РФ.
Суд кассационной инстанции, отвергая доводы кассационного представления прокурора об отмене апелляционного определения, нарушения, допущенные судом апелляционной инстанции, указанные выше, оставил без внимания и, признав смягчающим обстоятельством добровольное возмещение ущерба, что повлекло смягчение наказания, надлежаще свои выводы со ссылкой на нормы уголовного закона и фактические обстоятельства дела, не мотивировал, вопреки требованиям закона.
При таких обстоятельствах Судебная коллегия находит доводы кассационного представления заместителя Генерального прокурора РФ о незаконности апелляционного и кассационного определений ввиду существенного нарушения требований уголовно-процессуального закона, которые повлияли на исход дела, и необходимости их отмены с направлением дела на новое апелляционное рассмотрение обоснованными.
Мнение эксперта
Предметом обжалования выступали промежуточные судебные акты — апелляционное определение суда субъекта РФ и кассационное определение кассационного суда общей юрисдикции, которыми был оставлен без изменения (с незначительной корректировкой) приговор суда первой инстанции в отношении осужденного за мошенничество с использованием служебного положения (ч. 3 ст. 159 УК РФ).
Красненкова Елена Валерьевна, доцент, к.ю.н., доцент Кафедры международного и публичного права ФГОБУ ВО «Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации»
Верховный Суд РФ рассматривал дело по кассационному представлению прокурора, что предполагает проверку законности судебных решений, вступивших в законную силу, но с возможностью ухудшения положения осужденного при наличии оснований, предусмотренных ч. 1 ст. 401.6 УПК РФ. Генпрокурор РФ указал на несправедливость наказания вследствие чрезмерной мягкости. Суд не учел характер и степень общественной опасности преступления. Осужденный имеет особый статус — мировой судья, что, по мнению прокурора, повышает общественную опасность деяния, поскольку оно «подрывает авторитет и репутацию органов судебной власти, деформирует правосознание граждан». Прокурор также указал на противоречие в приговоре между мотивировочной частью (невозможность назначения наказания, не связанного с реальным лишением свободы) и резолютивной частью (условное осуждение). И наконец, необоснованное признание смягчающего обстоятельства судом кассационной инстанции.
Налицо, нарушение правил назначения дополнительного наказания. Суд первой инстанции назначил штраф в размере 100 000 рублей, что превышает максимальный предел, установленный санкцией ч. 3 ст. 159 УК РФ (до 80 000 рублей). Суд кассационной инстанции признал смягчающим обстоятельством возмещение ущерба, однако не привел надлежащего обоснования со ссылкой на нормы уголовного закона и фактические обстоятельства дела.
Имеет место явное нарушение ч. 2 ст. 46 УК РФ, устанавливающей, что штраф исчисляется в величине, соответствующей определенной денежной сумме, в пределах, предусмотренных статьей Особенной части УК РФ. Превышение установленного санкцией предела является фундаментальным нарушением принципа законности наказания. Такое нарушение не может быть исправлено путем снижения размера штрафа судом вышестоящей инстанции, поскольку вопрос о необходимости назначения дополнительного наказания вообще и его размере относится к дискреции суда первой инстанции, а вышестоящий суд не вправе предрешать выводы о мере наказания при отмене приговора.
Подрыв авторитета судебной власти заслуживает внимания в контексте дифференциации уголовной ответственности специальных субъектов. Совершение преступления лицом, наделенным публично-правовым статусом (судья, прокурор, сотрудник правоохранительных органов), действительно может рассматриваться как обстоятельство, повышающее общественную опасность, поскольку нарушаются не только охраняемые уголовным законом отношения, но и доверие к судебной системе в целом. Деяние совершено лицом, которое в силу своего статуса призвано охранять правопорядок, а не нарушать его.
Однако уголовный закон не содержит прямого указания на то, что статус судьи автоматически отягчает ответственность (за исключением специальных составов — например, вынесение заведомо неправосудного решения). В данном случае речь идет о преступлении против собственности (мошенничество), где статус осужденного не является конструктивным или квалифицирующим признаком. Тем не менее, суд при назначении наказания обязан учитывать характер и степень общественной опасности преступления, включая все фактические обстоятельства, в том числе личность виновного и его социальный статус.
Суд апелляционной инстанции обязан заново рассмотреть уголовное дело по апелляционному представлению прокурора и дать оценку всем доводам апелляционного представления, включая вопрос о справедливости наказания, а также проверить законность назначения дополнительного наказания.
Уголовное дело направляется на новое апелляционное рассмотрение и не исключена возможность усиления наказания (вплоть до отмены условного осуждения и назначения реального лишения свободы); исключения смягчающего обстоятельства и изменения приговора в части дополнительного наказания. Однако следует учитывать, что запрет поворота к худшему в апелляции действует ограниченно, по представлению прокурора, оспаривающего мягкость наказания, апелляционная инстанция вправе усилить наказание или отменить условное осуждение (п. 2 ч. 1 ст. 389.26 УПК РФ).
ВС РФ квалифицировал допущенные нарушения как искажающие суть правосудия, что является наиболее строгим основанием оценки судебных ошибок в кассационном производстве. Данная квалификация имеет принципиальное значение, поскольку именно она позволяет отменить судебные акты с направлением дела на новое рассмотрение, несмотря на вступление их в законную силу и истечение значительного времени.
Кассационное определение Верховного Суда РФ от 17.12.2025 является законным и обоснованным судебным актом, которым устранены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные нижестоящими судебными инстанциями.