Определение Верховного Суда РФ от 16.06.2026 № 71-КГ26-1-КЗ раскрывает критерий разграничения ответственности арендодателя и арендатора при причинении вреда источником повышенной опасности в процессе эксплуатации арендованного транспортного средства.
Суть дела
Водитель К., управляя транспортным средством, принадлежащим на праве собственности Т., не учел высоту транспортного средства и совершил столкновение с дорожным сооружением, в результате которого был поврежден железнодорожный путепровод. Виновным в ДТП признан водитель К, который нарушил требования дорожных знаков 3.13 и 8.1.1. ПДД, не проверив высоту транспортного средства и продолжив движение под запрещающие знаки. Приговором мирового судьи К. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного статьей 168 УК РФ.
Гражданская ответственность Т., как владельца данного транспортного средства была застрахована в САО «Р». Гражданская ответственность К. застрахована не была.
Страховая организация, выплатив страховое возмещение в размере 2 075 630,68 руб. за повреждение путепровода и получив страхование возмещение от САО «Р» в размере 400 000 руб., обратилось в суд с иском к Т. и К. о солидарном взыскании в порядке суброгации ущерба в размере 1 052 941,48 руб.
Решением суда первой инстанции исковые требования удовлетворены частично: с К. в пользу истца взыскано в возмещение ущерба 755 699,02 руб., в удовлетворении исковых требований к Т. отказано. Суд исходил из того, что на момент ДТП владельцем источника повышенной опасности, в результате использования которого причинен ущерб, на основании договора аренды являлся К., и пришел к выводу о возложении обязанности по возмещению причиненного ущерба на данного ответчика. Ввиду отсутствия трудовых отношений между причинителем вреда и собственником транспортного средства оснований для возложения на Т. обязанности по возмещению причиненного ущерба не имеется.
Апелляционным определением суда апелляционной инстанции, оставленным без изменения судом кассационной инстанции, решение суда первой инстанции отменено и вынесено новое решение о взыскании с Т. суммы выплаченного страхового возмещения в размере 526 470,74 руб. и взыскании с К. суммы выплаченного страхового возмещения в размере 233 028,28 руб.
Т.. обратился в Верховный Суд РФ с кассационной жалобой на судебные акты судов апелляционной и кассационной инстанций.
Позиция Верховного Суда РФ
Рассмотрев доводы кассационной жалобы, Верховный Суд РФ отменил судебные акты судов кассационной и апелляционной инстанций и оставил в силе решение суда первой инстанции по следующим основаниям.
Пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т. п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т. п.).
В пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).
Таким образом, владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания. Следовательно, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности, имело его в своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда. Из изложенного следует, что на стороне владельца одного источника повышенной опасности не может быть множественности лиц, это всегда либо один гражданин, либо юридическое лицо. При этом по смыслу приведенных правовых норм ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником повышенной опасности было передано им иному лицу в установленном законом порядке.
В данном случае суды определили, что К. являлся законным владельцем источника повышенной опасности на момент ДТП и на него должна быть возложена ответственность за причиненный ущерб. Вместе с тем суд апелляционной инстанции возложил долевую ответственность за вред, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, одновременно и на собственника транспортного средства, мотивировав свое решение тем, что по его вине транспортное средство находилось под управлением лица, чья гражданская ответственность не была застрахована, и на лицо, управлявшее данным транспортным средством. Между тем, какая именно причинно-следственная связь существует между причинением вреда имуществу истца и незастрахованной гражданской ответственностью лица, управлявшего транспортным средством в момент ДТП, суд апелляционной инстанции не указал.
На момент ДТП автомобиль находился во владении и пользовании ответчика К. на основании заключенного с собственником автомобиля Т. договора аренды транспортного средства. Данный договор не расторгался, недействительным в установленном законом порядке не признавался.
Согласно пункту 1 статьи 642 ГК РФ по договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации. Статьей 648 названного кодекса предусмотрено, что ответственность за вред, причиненный третьим лицам транспортным средством, его механизмами, устройствами, оборудованием, несет арендатор в соответствии с правилами главы 59 данного кодекса. Таким образом, по смыслу статей 642 и 648 ГК РФ, если транспортное средство передано по договору аренды без предоставления услуг по управлению им и его технической эксплуатации, то причиненный вред подлежит возмещению арендатором. Приведенное законодательное регулирование носит императивный характер и не предполагает возможности его изменения по усмотрению сторон, заключающих договор аренды транспортного средства.
То обстоятельство, что собственник транспортного средства, передал его по договору аренды К. и не включил его в полис обязательного страхования гражданской ответственности, выданный на имя Т., не прекращает обязательства арендатора и арендодателя, вытекающие из договора аренды, в связи с чем не может являться основанием для возложения на Т. ответственности за причинение вреда, поскольку в силу требований закона к такой ответственности привлекается лицо, являющееся законным владельцем источника повышенной опасности, то есть арендатором данного транспортного средства.
Комментарий специалиста
Ключевым в настоящем определении является определение субъекта деликтной ответственности — владельца источника повышенной опасности.
Источником повышенной опасности признается любая деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами. Ключевым в понимании источника повышенной опасности является наличие у предмета, используемого в деятельности человека, особых свойств, которые создают повышенную опасность для окружающих и невозможность полного контроля человека за проявлением этих свойств (пункт 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).
Поскольку проявление опасных свойств предмета имеет место в деятельности конкретного субъекта, ключевыми признаками владельца источника повышенной опасности являются следующие:
- фактическое использование (эксплуатация) потенциально вредоносного объекта в момент причинения вреда;
- фактическое владение данным объектом;
- наличие определенного правового основания для владения и использования объекта.
Тем самым, статус владельца определяется наличием не только вещного, но и обязательственного права на объект, а также фактическим использованием в деятельности, в которой проявляют себя опасные свойства (пункт 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина).
Также, при определении конкретного лица, ответственного за возмещение вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо исходить из того, что такая ответственность хотя и имеет усеченный состав вследствие независимости от вины причинителя вреда, но тем не менее предполагает наличие всех других составляющих: противоправность поведение (нарушение нормативных предписаний, повлекшее проявление опасных свойств), причинение вреда и прямая непосредственная причинно-следственная связь между ними. Вследствие этого Верховный Суд РФ логично отмечает, что владелец источника повышенной опасности именно то лицо, кто используя его в своей деятельности, непосредственно совершил действие (бездействие), повлекшее причинение вреда.
Исходя из этого подхода (кто непосредственно использовал объект повышенной опасности) разграничивается ответственность арендодателя-собственника и арендатора транспортного средства. Если аренда предусматривает также и услуги экипажа арендодателя, что в свою очередь предполагает контроль арендодателя за действиями такого экипажа, то ответственность возлагается на арендодателя, поскольку эксплуатация осуществляется под его контролем. В случае, когда транспортное средство передается арендатору без услуг экипажа, оно фактически выбывает из-под контроля арендодателя. Лицом, непосредственно управляющим транспортным средством и эксплуатирующим его, является арендатор, а не арендодатель. Согласно статьей 644 ГК РФ арендатор в течение всего срока договора аренды транспортного средства без экипажа обязан поддерживать надлежащее состояние арендованного транспортного средства, включая осуществление текущего и капитального ремонта, а в статье 645 ГК РФ закреплено правило, что арендатор своими силами осуществляет управление арендованным транспортным средством и его эксплуатацию, как коммерческую, так и техническую. Соответственно, именно арендатор отвечает за вред, причиненный третьим лицам транспортным средством, его механизмами, устройствами и оборудованием, по правилам об ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности (статьи 642, 648 ГК РФ, пункт 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина).
Также надо отметить, что Верховный Суд РФ исходя из общих положений об основаниях ответственности за причинение вреда, ранее уже сформировал позицию, что несоблюдение арендатором или арендодателем императивных требований о страховании ответственности или объекта не является само по себе основанием для возложения обязанности возместить вред, причиненный таким объектом (Определения Верховного Суда РФ от 15.07.2025 № 16-КГ25-15-К4 и от 18.07.2023 № 32-КГ23-13-К1).
Тимофей Лазарев, партнер юридической компании IMPACT LEGAL
