24 марта 2024 года Конституционный суд Российской Федерации вынес определение по делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 1224 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки А.Э.Стаценко.

Суть дела

Гражданка А.Э.Стаценко оспаривает конституционность п. 1 ст. 1224 Гражданского кодекса Российской Федерации в той части, где указано, что отношения по наследованию определяются по праву страны, где наследодатель имел последнее место жительство, если иное не предусмотрено данной нормой; наследование недвижимого имущества определяется по праву страны, где находится это имущество, а наследование недвижимого имущества, внесенного в государственный реестр в Российской Федерации, – по российскому праву.

Отец гражданки А.Э.Стаценко, Э.Надолинский, в начале 2021 г. умер в г. Нюрнберг, ФРГ, проживал на момент смерти в указанном городе и был снят с регистрационного учета по месту жительства в России. После смерти отца А.Э.Стаценко осталось движимое и недвижимое имущество на территории Российской Федерации.

А.Э.Стаценко обратилась к нотариусу, который разъяснил, сославшись на п. 1 ст. 1224 Гражданского кодекса Российской Федерации, что оформление прав в отношении движимого имущества умершего входит в компетенцию уполномоченных органов по последнему месту проживания наследодателя по праву страны проживания. При этом права на недвижимое имущество, квартиру, были оформлены в соответствии с положениями российского законодательства, по праву места нахождения недвижимого имущества.

Нотариус рекомендовала гражданке А.Э.Стаценко для оформления прав на движимое имущество обратиться в суд с исковым заявлением о признании права собственности на выявленное движимое имущество наследодателя.

«08» июля 2022 г. Новошахтинский районный суд Ростовской области вынес определение о возвращении искового заявления А.Э.Стаценко, указав, что дело ему не подсудно. Данный вывод суда поддержал в апелляционном определении Ростовский областной суд от 29.08.2022 и Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в определении от 30.01.2023 г., также сославшись на то, что гражданин Э.Надолинский на момент смерти проживал в другом государстве, а, следовательно, оформление прав на движимое имущество наследодателя входит в компетенцию соответствующих органов данного государства.

Верховный суд Российской Федерации своим определением отказал А.Э.Стаценко в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Гражданка А.Э.Стаценко обратилась в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобой, суть которой заключается в том, что оспариваемые ей положения Гражданского Кодекса Российской Федерации противоречат ч. 4 ст. 35 и статьям 45, 46 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Заявительница считает, что отсутствие возможности применения закона по аналогии в исключительных случаях в отношениях по наследованию движимого имущества, в частности, с учетом неблагоприятной международной обстановки ведет к нарушению принципов равенства и верховенства закона.

Конституционный Суд Российской Федерации посчитал, что оспариваемое положение является предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации по данному делу. Судом также было указано, что вопрос применения п. 1 ст. 1224 Гражданского Кодекса Российской Федерации по настоящему делу подлежит отдельному детальному рассмотрению ввиду того, что оформление прав на недвижимое имущество наследником невозможно или существенно затруднено ввиду сложившейся международной обстановки.

Позиция Конституционного Суда

В своем определении по настоящему делу Конституционный Суд Российской Федерации указал, что органы публичной власти, принимая решения в рамках своей компетенции должны руководствоваться не только буквальным толкованием закона, но и осуществлять свою деятельность таким образом, чтобы права и свободы граждан были «не иллюзорными, а подлинно действующими и эффективными». Ранее такой вывод Конституционного Суда Российской Федерации уже был озвучен в актах суда, к примеру, в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2012 г. №19-П, от 11 июля 2017 г. №20-П и других.

При этом Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что само по себе закреплённое в Конституции Российской Федерации право наследования не является основанием для возникновения у гражданина субъективного права в отношении конкретного наследственного имущества, так как эти права возникают исключительно в силу завещания, наследственного договора или Гражданского Кодекса Российской Федерации. Таким образом, Конституция лишь гарантирует, что действующее законодательство закрепит права наследника и основания их возникновения, а также посредством деятельности компетентных органов эти права будут реализованы.

Конституционным Судом Российской Федерации было указано, что последовательное соблюдение принципа универсального правопреемства, установленного п. 1 ст. 1110 и п. 2 ст. 1152 Гражданского Кодекса Российской Федерации, в наибольшей степени способствует применение единого подхода в материально-правовом регулировании и централизация деятельности, связанной с ведением наследственных дел. Именно такой подход исключил бы или свел бы к минимуму риски оформления наследственных прав в отношении одного и того же имущества разных наследников, в разных долях или без учета пассивов наследственной массы. При этом Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что в настоящее время это является особенно затруднительным в отношениях с иностранным элементом.

Движимое имущество, в большей степени чем недвижимое, связано с личностью правообладателя, именно это и предопределяет его особенность правового режима, указанного, в том числе в п. 1 ст. 1224 ГК Российской Федерации.

Отдельно Конституционным Судом Российской Федерации была сделана ссылка на утвержденные решением Правления Федеральной нотариальной палаты Методические рекомендации от 25 марта 2019 г., в частности, п. 13.4, в котором изложен пример, реализованный в деле А.Э.Стаценко. Таким образом, действующая правовая система содержит толкование нормативного правового акта, оспариваемого заявителем в рамках конкретного дела.

Так же Конституционный Суд Российской Федерации указал на положения п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», где также имеется разъяснение порядка определения места открытия наследства в случаях, когда последнее место жительства наследодателя неизвестно или находится за пределами Российской Федерации. Так, Верховный Суд Российской Федерации в определении указал, что в данном случае местом открытия наследства будет являться место нахождения на территории Российской Федерации «недвижимого имущества, входящего в состав наследственного имущества, находящегося в разных местах, или его наиболее ценной части, а при отсутствии недвижимого имущества – движимого имущества или его наиболее ценной части».

Значимость определения места открытия наследства представлена тем, что от этого зависит выбор компетентного лица для выдачи свидетельства о праве на наследство. На сегодняшний день консульские должностные лица правом выдачи свидетельства о праве на наследство не наделены, компетенция их ограничена исключительно охраной наследственного имущества.

Конституционный Суд Российской Федерации определил порядок применения положений п. 1 ст. 1224 и ст. 1115 Гражданского Кодекса Российской Федерации, указав, что по общему правилу подлежит применению норма установленная в разделе V Гражданского Кодекса Российской Федерации, так как устанавливает общие положения, а п. 1 ст. 1224 Гражданского Кодекса Российской Федерации определяет правовое регулирования в специальных случаях, когда наследственное дело осложнено иностранным элементом.

Таким образом, по мнению Конституционного Суда Российской Федерации, само по себе наличие положений п. 1 ст. 1224 Гражданского Кодекса Российской Федерации в действующем законодательстве не нарушает конституционных прав и свобод граждан, а лишь призвано урегулировать правоотношения с иностранным элементом и данную норму стоит применять при выявлении движимого имущества в составе наследственной массы за пределами Российской Федерации, в частности, по последнему месту жительства наследодателя.

Конституционным Судом Российской Федерации в данном определении представлено толкование п. 1 ст. 1224 Гражданского Кодекса Российской Федерации, которое, как указал суд, заключается в том, что законодатель установил правила касающиеся гражданско-правовых отношений с участием иностранных лиц либо осложненных иностранным элементом. При этом, как отмечает Конституционный Суд Российской Федерации, наследственные правоотношения могут затрагивать интересы не только наследодателя и его наследников, но и иных лиц, к примеру, кредиторов наследодателя, отказополучателя, душеприказчика и др. Таким образом, установление нормы п. 1 ст. 1224 Гражданского Кодекса Российской Федерации призвано обеспечить баланс прав и законных интересов всех заинтересованных лиц, в том числе находящихся за пределами Российской Федерации, по месту последнего жительства умершего. В связи с этим, применяемые в рамках дела А.Э.Стаценко нормы гражданского законодательства не могут быть рассмотрены как нарушающие права и законные интересы заявителя как противоречащие Конституции Российской Федерации.

Также Конституционный Суд Российской Федерации сделал важный вывод о том, что положения ст. 1115 Гражданского Кодекса Российской Федерации содержат в себе элементы как частноправового так и публично-правового характера. Судом также было отмечено, что в настоящее время существуют правовые инструменты, способные разрешить спор, возникший в деле заявительницы и, как следствие, Конституционный Суд Российской Федерации «не предопределяет универсальный вывод о наличии коллизии между ст. ст. 1115 и 1224 Гражданского Кодекса Российской Федерации», но при этом  и не устанавливает в рамках настоящего определения «возможный способ разрешения проблемы во всех схожих ситуациях, обременённых иностранным элементом».

Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что в силу особого статуса органа публичной власти,  конституционные требования об обязательном соблюдении принципов верховенства закона, равенства, справедливости, права на судебную защиту и иных неотъемлемых прав и свобод гражданина должны учитываться и неукоснительно соблюдаться всеми органами, в том числе нотариусами.

Наиболее важным в рамках настоящего дела стоит отметить вывод Конституционного Суда Российской Федерации о том, что случае, если между Российской Федерацией и страной последнего места жительства отсутствует международный договор, содержащий положения, позволяющие разрешить вопрос о выборе компетентного органа, а также в случаях, когда сложившиеся обстоятельства объективно препятствуют взаимодействию с компетентным органом иностранного государства и оформлению наследственных прав или существенно затрудняют такое взаимодействие, российский компетентный орган либо исполняющее публичные функции лицо обязаны оценить в совокупности все обстоятельства дела и принять решение, которое в наибольшей степени способствовало бы обеспечению защиты наследственных прав. В частности, руководствуясь исключительно ст. 1115 Гражданского Кодекса Российской Федерации определить место открытия наследства на территории России и оформить права на наследуемое имущества российским компетентным органом.

Конституционный Суд Российской Федерации также определил, в каком случае допускается оформление прав на наследуемое имущество российским компетентным органом. К таким случаем, в частности, относятся «значительное ухудшение всего спектра отношений с отдельными государствами», из чего следует, что реализация «прав и свобод невозможна или существенно затруднена, например, в силу возникающей у заинтересованного лица необходимости нести дополнительные финансовые и иные затраты, несоразмерные и избыточно обременительные в сравнении с их изначально предполагаемым уровнем».

В дополнение к вышеуказанному выводу Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что в случае, если российским уполномоченным нотариусам и судам доступна информация о содержании наследуемого имущества, то предпочтительным способом является оформление наследственных прав именно отечественными компетентными органами.

В заключении Конституционный Суд подытожил, что сам по себе п. 1 ст. 1224 Гражданского Кодекса Российской Федерации не противоречит Конституции Российской Федерации, однако, его применение в дальнейшей правоприменительной практике должно осуществляться с учетом изложенных позиций Конституционного Суда Российской Федерации в данном определении, иное толкование положений п. 1 ст. 1224 Гражданского Кодекса Российской Федерации исключено.

Конституционный Суд Российской Федерации  определил дело А.Э.Стаценко направить на новое рассмотрение с учетом изложенного в настоящем определении.

Мнение эксперта

Предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации явилась жалоба гражданки А.Э.Стаценко, которая оспаривала конституционность положений п. 1 ст. 1224 ГК Российской Федерации, поскольку на основании данной нормы ей было отказано в оформлении наследственных прав на движимое имущество, находящееся на территории Российской Федерации и оставшееся после смерти ее отца, проживавшего в г. Нюрнберге, ФРГ.

Конституционным Судом Российской Федерации неоднократно отмечалась значимость института права собственности как основополагающего условия для осуществления предпринимательской и иной не запрещенной законом деятельности, а также указывалось на то, что право собственности – это «важный элемент конституционного статуса личности» (к примеру, в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 14 мая 2012 г. №11-П и других).

Выводы, указанные в рассматриваемом определении, фактически устанавливают правоприменительную практику в отношении применения положений п. 1 ст. 1224 ГК Российской Федерации в наследственных отношениях, осложненных иностранным элементом. Так, Конституционный Суд Российской Федерации установил порядок, при котором отечественные компетентные государственные органы, в том числе нотариусы, при наличии у них информации о движимом имуществе наследодателя, обязаны совершить действия, направленные на установление наследственных прав даже в том случае, если последнее место жительства гражданина было за пределами Российской Федерации. Таким образом, Конституционный Суд Российской Федерации указал, что в определенных случаях, а также учитывая сложности, возникшие ввиду ухудшения международной обстановки, применять необходимо исключительно общие правила о наследовании, установленные ст. 1115 ГК Российской Федерации. Тем самым Конституционный Суд Российской Федерации фактически определил новый виток развития отечественной правоприменительной практики в наследственных правоотношениях, осложненных иностранным элементом. Безусловно, данный вывод суда благоприятно скажется на правоприменительной практике поскольку в настоящее время взаимодействие с компетентными должностными лицами иностранных государств, равно как и получение сведений от них, является особенно затруднительно ввиду сложившейся международной обстановки. Однако, Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что случаи, когда не подлежат учету положения п. 1 ст. 1224 ГК Российской Федерации строго определены взаимоотношениями России и той страны, по праву которой должно быть открыто наследство, а также учитывая те расходы, которые заинтересованное в оформлении наследственных прав лицо произвело или должно будет произвести для такого оформления прав.

Конституционный Суд Российской Федерации также отметил, что возникающие коллизии правового регулирования наследственных правоотношений, осложненных иностранным элементом, могут быть урегулированы путем заключения консульских соглашений, которые уже используются в отечественном правовом регулировании.

Стоит согласиться с мнением Конституционного Суда Российской Федерации о том, что в настоящее время существует достаточно разъяснений о порядке применения положений ст. 1115 ГК Российской Федерации, в том числе, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», таким образом применение данной нормы к схожим делам не вызовет дополнительных споров и неопределенности в правоприменительной практике.

первый заместитель декана Юридического факультета Финансового университета при Правительстве РФ – Наталья Ивановна Беседкина

Указанная позиция Конституционного суда Российской Федерации несомненно окажет положительное влияние на практику разрешения споров, возникающих из наследственных правоотношений, осложнённых иностранным элементом, а также позволит нотариусам, как компетентным лицам, наделенным полномочиями органа публичной власти производить оформление наследственных прав и на движимое имущество, даже если последнее место жительства наследодателя было за пределами Российской Федерации.

первый заместитель декана Юридического факультета Финансового университета при Правительстве РФ – Наталья Ивановна Беседкина.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *