Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации (Апелляционное определение от 02.10.2025 N АПЛ25-255) оставила без удовлетворения апелляционную жалобу акционерного общества «Химико-фармацевтический комбинат «АКРИХИН» на решение Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2025 г. по делу N АКПИ25-261, отказавшего признать недействующим абзац восьмой письма Федеральной антимонопольной службы от 24 января 2025 г. N МШ/5676/25 «По вопросу рассмотрения заявок участников закупок, предложивших к поставке лекарственный препарат с использованием активного вещества Дапаглифлозин».
Суть дела
АО «АКРИХИН» оспаривало абзац восьмой информационного письма ФАС России, в котором служба, ссылаясь на свое ранее вынесенное решение по делу о нарушении антимонопольного законодательства, разъяснила следующее: предложение к поставке в рамках госзакупок лекарственного препарата «Фордиглиф» (МНН Дапаглифлозин), производимого АО «Фармацевтический завод «Польфарма», нарушает исключительные права патентообладателя. На этом основании ФАС России указала, что такие заявки участников закупок подлежат отклонению заказчиками по основанию, предусмотренному п. 8 ч. 12 ст. 48 Закона о контрактной системе (предоставление недостоверной информации).
АО «АКРИХИН» утверждало, что оспариваемое разъяснение:
- Наделено нормативными свойствами, то есть устанавливает общеобязательные правила для неопределенного круга лиц.
- Не соответствует действительному смыслу разъясняемых норм права.
- Нарушает часть 2 статьи 52 Закона «О защите конкуренции», так как основано на решении ФАС России, которое оспаривается в арбитражном суде, что, по мнению истца, приостанавливает его исполнение и любые связанные с ним правовые последствия.
Позиция Верховного Суда
Верховный Суд, проверяя доводы административного истца, руководствовался статьей 217.1 Кодекса административного судопроизводства (КАС РФ), устанавливающей критерии для оспаривания актов, обладающих нормативными свойствами.
Суд пришел к следующим ключевым выводам:
- Оспариваемое письмо не обладает нормативными свойствами.Суд установил, что документ носит исключительно информационный и разъяснительный характер. Он не устанавливает новых правил поведения, а лишь интерпретирует уже существующие нормы Закона о контрактной системе и Гражданского кодекса Российской Федерации применительно к конкретной ситуации. Указание касается конкретного лекарственного препарата, конкретного производителя и основано на конкретном решении ФАС России по конкретному делу, а не на абстрактной норме.
- Письмо издано в рамках полномочий ФАС России.Суд подтвердил, что в соответствии с законом «О защите конкуренции» и Положением о ФАС России, служба наделена полномочиями по обобщению практики, разработке рекомендаций и даче разъяснений по вопросам применения антимонопольного законодательства. Издание подобных информационных писем является реализацией этих законных полномочий.
- Оспаривание исходного решения ФАС России не лишает ее права на разъяснение.Верховный Суд отклонил довод истца о нарушении ч. 2 ст. 52 Закона «О защите конкуренции». Суд разъяснил, что приостановление исполнения предписания ФАС России на период его судебного оспаривания не означает приостановления всех полномочий органа, включая право информировать участников рынка о своей правовой позиции и давать рекомендации на основе действующего, хоть и оспариваемого, решения.
Мнение эксперта
Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации подтвердила правомерность решения суда первой инстанции, обоснованно указав на разъяснительный характер письма ФАС России. Письмо от 24.01.2025 № МШ/5676/25 правомерно квалифицировано как акт, носящий информационно-разъяснительный характер и не обладающий нормативными свойствами. Оно не устанавливает новых обязательных правил поведения, а содержит правовую позицию ФАС России, сформулированную в рамках ее полномочий по обобщению практики и даче разъяснений. Указание в письме носит конкретный характер, касается определенного лекарственного препарата и производителя, а также основано на решении по конкретному делу о нарушении антимонопольного законодательства. Суд верно установил, что оно не рассчитано на неоднократное применение к неопределенному кругу лиц. Также суд правомерно отклонил довод о нарушении законодательства, разъяснив, что оспаривание решения ФАС России в арбитражном суде не лишает антимонопольный орган права на формирование и доведение своей правовой позиции до участников рынка.
Таким образом, решение Апелляционной коллегии Верховного Суда Российской Федерации является юридически обоснованным и соответствует действующему законодательству.
Несмотря на формальную правоту Верховного Суда в оценке правовой природы акта, фактическое применение подобных писем ФАС России создает значительные системные риски для контрактной системы.
На практике письма ФАС России, даже будучи разъяснительными, воспринимаются заказчиками как обязательные к исполнению предписания. В условиях высокой персональной ответственности сотрудников контрактных служб заказчики предпочитают автоматически отклонять заявки, следуя позиции контрольного органа, даже при отсутствии прямого нормативного требования. Это приводит к ситуации, когда неправовой по своей природе акт начинает регулировать правоотношения.
По сути, сложившаяся практика позволяет добиваться изъятия дженериков из госзакупок в административном порядке, минуя сложную судебную процедуру по патентным спорам, предусмотренную Гражданским кодексом Российской Федерации. Заказчик, не обладая экспертизой и полномочиями для оценки патентной чистоты товара, вынужден выполнять несвойственную ему квазисудебную функцию.
Автоматическое отклонение заявок на основании писем ФАС России создает необоснованные барьеры для добросовестных участников, предлагающих зарегистрированные препараты. Это ограничивает конкуренцию, приводит к росту цен в государственных закупках и сужает ассортимент доступных лекарств, что в конечном итоге негативно сказывается на пациентах.
Заказчик оказывается в правовой ловушке: при отклонении заявки он получает жалобу от участника, предлагающего дженерик, а при принятии заявки — жалобу от участника, предлагающего оригинальный препарат, или от контролирующего органа. Это порождает лавину судебных и административных споров на каждом проведении закупки, дестабилизируя работу как заказчиков, так и участников.
В ситуации, когда препарат конкретного производителя исключается из оборота на основании письма ФАС России, а альтернативные поставщики отсутствуют или их заявки отклоняются, возникает прямой риск срыва обеспечения пациентов жизненно важными лекарствами и неисполнения государственного задания.
Вывод
Верховный Суд Российской Федерации, принимая решение по формальным критериям оценки акта, не разрешил ключевой проблемы, стоящей перед системой госзаказа: фактического возникновения обязательной юридической силы у неправовых актов.
Поддержка решения Апелляционной коллегии должна сопровождаться осознанием высоких системных рисков. Для их минимизации необходимы дальнейшие шаги на уровне правоприменения, направленные на четкое разграничение компетенций между судебным и административным порядком, а также выработку единой и предсказуемой практики, при которой заказчик не несет ответственности за оценку патентной чистоты товара при отсутствии вступившего в законную силу судебного акта.
Таким образом, хотя с формально-юридической точки зрения решение Верховного Суда Российской Федерации является корректным, оно оставляет неразрешенным конфликт между патентным правом и принципами конкуренции в сфере госзакупок, создавая значительные операционные и правовые риски для всех участников этого рынка.
Лапина Марина Афанасьевна, профессор, д.ю.н., профессор Кафедры международного и публичного права Юридического факультета Финансового университета при Правительстве Российской Федерации
