31 марта 2026 года Роспатент удовлетворил возражение ООО «Союзмультфильм» и признал недействительной предоставление правовой охраны на «Фонд Юрия Норштейна» шести изображений из мультфильма «Ежик в тумане»[1].

Суть дела

В 2003 году с приоритетом от 04 декабря 2002 года  Региональный общественный фонд поддержки и содействия развитию авторской анимации «Фонд Юрия Норштейна» зарегистрировал несколько товарных знаков, являющихся изображениями персонажей «Ежик» (три варианта), «Медвежонок», «Собака» и «Филин» из мультфильма «Ежик в тумане» в отношении товаров большого количества классов МКТУ. Все товарные знаки созданы на основе персонажей мультипликационного фильма, созданного на киностудии «Союзмультфильм» в 1975 году. Так, по мнению киностудии, поддержанному Роспатентом, товарный знак по свидетельству № 244749 является изобразительным обозначением и представляет собой изображение персонажа «Медвежонок» из мультфильма «Ежик в тумане» на фоне тумана.

В 2025 году по сути киностудия обратила внимание на существующие права Фонда Норштейна на целый список товарных знаков – персонажей и обратилась в Роспатент с возражением против регистрации со ссылкой на п. 9 ст. 1483 ГК РФ. В том числе киностудия указала на то, что оспаривать регистрацию в данном случае может заинтересованное лицо. Киностудия воспользовалась существующей судебной практикой[2] и отстояла свои исключительные права по использованию персонажей, затронутые регистрацией товарных знаков на Фонд.

Думается, что такой интерес к защите своих прав появился у киностудии после того, как в январе 2025 года художник-постановщик «Ежика в тумане» и жена Юрия Норштейна Франческа Ярбусова подала иск к Центробанку России. Она утверждала, что регулятор выпустил в обращение три вида монет «Ежик в тумане» без разрешения и указания ее авторства.  В суде истица требовала изъять из оборота монеты и выплаты компенсации более 50 млн. рублей в связи с нарушенными правами на изображение персонажа мультфильма «Ежик в тумане». Суд в удовлетворении иска отказал, согласившись с позицией ЦБ РФ: все права на тираж монет получены от киностудии «Союзмультфильм» легально[3].

Суть проблемы

Развернувшаяся борьба за права на известный мультипликационный фильм, его персонажей и основанные на них товарные знаки показывает, как власть обладателя исключительного права входит в противоречие с интересами государства и общества. Сегодня такие ситуации стали встречаться все чаще.

По данным СМИ, «в последние годы герои советских мультфильмов переживают вторую волну популярности — но уже не только в культуре, а в бизнесе. Чебурашка, Карлсон, Винни Пух и другие персонажи (а также их крылатые фразы) стали зарегистрированными товарными знаками, логотипами брендов и даже предметами судебных споров»[4]. Не лучше обстоят дела с литературой. Внук последней жены Михаила Булгакова, Сергей Шиловский, считает себя правообладателем произведений писателя, опубликованных после его смерти: «Собачье сердце», «Мастер и Маргарита», «Багровый остров», «Иван Васильевич», и запрещает ставить спектакли по мотивам всем известных произведений. Хотя основной состав произведений М.М.Булгакова находится в общественном достоянии  с 1955 года.

Громкий резонанс получил раздел наследства известного деятеля искусства и кино Бориса Грачевского. В 2021 году начался спор наследников, связанный с киножурналом «Ералаш», который вызвал дискуссию о законности приобретения товарных знаков «Ералаш» на ООО «Ералаш». Торговый знак ЕРАЛАШ с идентификационным номером 193377 зарегистрирована 30 августа 2000 г. с датой приоритета 26 января 1999 г.[5]. Первоначальным правообладателем было ООО «ЕРАЛАШ-ЛЭНД», которое в последующем было реорганизовано в ООО «Ералаш».Исключительное право на ЕРАЛАШ действует до 26 января 2029 г. Согласно открытым данным правообладателем ООО «Ералаш» зарегистрированы торговые марки, общее количество — 15, среди них, например, ЕРАЛАШ, ЕРАЛАШ ОСТРОВ ДЕТСТВА и другие[6]. В холдинге Б.Грачевского позже появилось ООО «Продюсерский центр Ералаш». А с 2014 года совладельцем Б.Грачевского в ООО «Ералаш» и ООО «Продюсерский центр Ералаш» стал А.Григорян с контрольными пакетами и позицией генерального директора[7]. Таким образом, сегодня знаменитый киножурнал и все сопутствующие обозначения, которые использованы для зарегистрированных средств индивидуализации в виде товарных знаков и фирменных наименований юридических лиц, оказался вне контроля государства.

Мнения экспертов

Созданные в советский период времени произведения были профинансированы государством и подлежали прямому регулированию. С согласно ст. 486 Гражданского Кодекса РСФСР, действовавшего в период производства названных произведений, авторское право на кинофильмы и иную кинопродукцию принадлежало киностудиям, как предприятиям, осуществлявшим съемку фильмов, и действовало бессрочно (ст. 498 ГК РСФСР). Объем авторского права киностудий определялся статьей 479 ГК РСФСР и включал в себя, в том числе, право на опубликование, воспроизведение и распространение своих произведений всеми дозволенными законом способами.

Харитонова Юлия Сергеевна, д.ю.н., профессор, руководитель НОЦ «Центр правовых исследований искусственного интеллекта и цифровой экономики», профессор кафедры предпринимательского права Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова

В то же время ст. 5 Федерального закона от 18 декабря 2006 г. № 231-Ф3 «О введении в действие части четвертой ГК РФ» указывает, что акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Системный анализ законодательства позволяет сделать вывод, что  авторское право киностудии, где издавался «Киножурнал «Ералаш» с 1974 года, было сохранено за ней и после введения в действие Закона Российской Федерации от 09.07.1993 № 5351-1 «Об авторском праве и смежных правах», однако, срок его действия был сокращен до 50 лет, а затем продлен до 70 лет. Ст. 6 Закона № 231-Ф3  прямо указывает, что авторское право юридических лиц, возникшее до 03.08.1993 г., то есть до вступления в силу об авторском праве и смежных правах прекращается по истечении семидесяти лет со дня правомерного обнародования произведения, а если оно не было обнародовано — со дня создания произведения, к соответствующим правоотношениям по аналогии применяются правила части 4 ГК РФ, а для целей их применения такие юридические лица.

Следовательно, потенциально, и в случае с обозначением «Ералаш», возникает вопрос о правомерности передачи прав частному коммерческому лицу.

Не умаляя заслуг авторов легендарных произведений, хотели бы подчеркнуть, что монополия автора не может быть абсолютной. Напротив, действовавшее законодательство вполне может быть базой для возвращения прав на известные «советские» культурные ценности, важные для всего общества. На наш взгляд, приобретение исключительных прав на обозначения и наименования, ставшие известными в связи с творчеством известных лиц в советское время, не должны становиться объектом «культурного шантажа» со стороны правообладателей.

В марте 2026 года глава Союза театральных деятелей Владимир Машков заявил, что некоторые наследники известных авторов, в том числе Булгакова, запрещают ставить спектакли по мотивам их произведений в российских театрах, и это ведет к «забвению самих авторов». В. Машков предложил рассмотреть возможность изменения законодательства, чтобы театры могли ставить спектакли без согласия наследников, если те не отвечают на запросы или выдвигают невыполнимые условия[8]. Необходимо установить баланс между авторским правом и использованием произведений в информационных, научных, учебных или культурных целях (ст. 1274 ГК РФ).

Если говорить безотносительно конкретных нарушений действовавшего законодательства, стоит подчеркнуть, что зарубежная практика правового регулирования в данной сфере применяет «систему сдержек и противовесов»: права производного правообладателя, в том числе наследника, могут быть ограничены в пользу общества путем установления правового режима культурного наследия в отношении отдельных или всех результатов интеллектуальной деятельности конкретных деятелей культуры и искусства. Соблюдение прав правообладателей обеспечивается за счет применения механизмов лицензирования в обмен на широкий набор ограничений авторского права, исключений и гарантий публичного доступа к произведениям.

Многие литературные произведения советских авторов, кинематографические и анимационные фильмы, широко известные персонажи, «советские бренды», полюбившиеся с детства являются культурным достоянием российского народа.

Рахматулина Римма Шамильевна, к.ю.н., доцент кафедры Правового регулирования экономической деятельности Финансового университета при Правительстве Российской Федерации

          Но в силу наследования исключительного права на произведения, тем более, если наследниками являются иностранные граждане, как живущие в недружественных странах, так и в бывших республиках Советского Союза, могут запретить использовать объект культурного наследия великого автора или потребовать баснословные отчисления. Как запрещает использовать произведения М. Булгакова его наследник или, как наследница Б. Пастернака запросила высокий гонорар за использование фирмой «Мелодия» произведений Шекспира, переведённых в своё время Пастернаком.  И, конечно же, стоит привести здесь спор наследников Б. Грачевского, связанный с известным киножурналом «Ералаш». Дочь А. Твардовского отреагировала на такие действия других наследников: «Действие интеллектуального права надо ограничить. Иначе из-за самодурства и склок наследников может оскудеть наша культура»[9]. Ссоры наследников Бориса Грачевского, да и любые ссоры или запреты на результаты интеллектуальной деятельности авторов известных произведений, ставят под удар наше культурное наследие, и, лишает зрителей культурного кода. По мнению сценариста и режиссёра В. Панжева, который тридцать лет трудился вместе с Б. Грачевским: «Ералаш» – «абсолютно жизнеспособная» структура, которая может существовать, поскольку к ней есть зрительский интерес и в России есть масса талантливых сценаристов, режиссёров, художников, актёров, которые могут способствовать возрождению «Ералаша»[10].

             В этой связи необходим баланс использования между обществом и наследниками.  В данном случае, проблему таких произведений решают многие зарубежные страны путём принятия нормативных актов, разрешающих в рамках культурного и национального наследия использовать спорные объекты. Так, например, после угроз наследника писателя Джеймса Джойса[11], парламент Ирландии принял закон о разрешениях организации публичных выставок в отношении литературных произведений.

         Объекты нашего наследия могут широко использоваться в креативных индустриях, стать их основой, что может популяризировать их и придать объекту новое признание. Всё чаще объекты культурного наследия передаются бизнесу. И в этом случае возникает другая проблема, когда оригинальное произведение становится основой создания  новых объектов, при этом культурное наследие может подвергаться не очень приятным трансформациям, превращаясь из культурного феномена в насмешку или осквернение. Как это произошло с популярным фильмом Леонида Гайдая «Иван Васильевич меняет профессию». Наверняка родственникам режиссёра и зрителям такой слабый «феномен», как «Иван Васильевич меняет всё» не понравился. Такой производный объект не обогащает наше наследие, а приводит к потере идентичности.

            Таким образом в целях использования культурного наследия необходимо установить баланс между авторским правом и распространением объектов в целях культуры, науки и образования. Такой баланс был установлен между частными и публичными интересами в связи с принятием Федерального закона от 28.12.2024г. №545-ФЗ «О внесении изменения в Федеральный закон «Об увековечении Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов»[12]. Так Законом разрешено свободно использовать и исполнять военные песни без согласия правообладателей в День Победы, День защитника Отечества, а также дни воинской славы.

[1] https://www1.fips.ru/pps/31_03_26/2025%D0%9200641.pdf (дата обращения 09 апреля 2026 г.).

[2] См. п. 79 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации».

[3] https://tass.ru/ekonomika/23362499 (дата обращения 09 апреля 2026 г.).

[4]https://onlinepatent.ru/journal/kak-personazhi-i-memi-iz-sovetskikh-multikov-stali-tovarnimi-znakami/?ysclid=mnruyg5hzd673720742 (дата обращения 09 апреля 2026 г.).

[5] https://www.fips.ru/registers-doc-view/fips_servlet (дата обращения 09 апреля 2026 г.).

[6] https://companies.rbc.ru/trademark/193377/eralash/?ysclid=mnrta8i6mi467473666 (дата обращения 09 апреля 2026 г.).

[7] По данным сервиса «Прозрачный бизнес»: https://pb.nalog.ru/company.html?token=ACB213C3C3F4E296E08CF42F63978E8B871451690BC0F97119DDC4A6689AE520A80AE37F6D5D56EDFC81228B162BB0FE (дата обращения 09 апреля 2026 г.).

[8] https://ura.news/news/1053080324 (дата обращения 09 апреля 2026 г.).

[9] Как потомки Окуджавы, Бродского, Шукшина и других классиков «отменяют» их наследие URL: https://www.5-tv.ru/news/421162/kak-potomki-okudzavy-brodskogo-suksina-idrugih-klassikov-otmenaut-ihnasledie/ (дата обращения 09.04.2026г.).

[10] «Ералаш» погряз в разборках: судьба киножурнала оказалась под угрозой URL: https://news.ru/culture/eralash-pogryaz-v-razborkah-sudba-kinozhurnala-okazalas-pod-ugrozoj (дата обращения 09.04.2026г.)

[11] URL: https://james-joyce.ru/news/20040608.htm (дата обращения 09.04.2026г.).

[12] http://www.kremlin.ru/acts/bank/51543 (дата обращения 09.04.2026г.).