Верховный Суд РФ: согласие на ремонт по КАСКО исключает требование о выплате страхового возмещения

Определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 21 октября 2025 г. по делу № 18-КГ25-311-К4 оставлены без изменения судебные акты, отказавшие страхователю в выплате страхового возмещения по КАСКО за конструктивную гибель транспортного средства, в связи с тем, что автомобиль отправлен на ремонт. Верховный Суд РФ указал на недопустимость противоречивого поведения (эстоппель), когда страхователь сначала соглашается на восстановительный ремонт, а затем требует полную страховую выплату.

Суть дела

Гражданин К. обратился в суд с иском к страховой компании С. о взыскании страхового возмещения по договору КАСКО в размере полной страховой суммы (2,2 млн руб.), полагая, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля после ДТП превысила 75% его стоимости, что свидетельствует о конструктивной гибели транспортного средства.

В ходе судебного разбирательства установлено, что в мае 2023 года страхователь лично просил страховщика направить автомобиль на ремонт к официальному дилеру, что и было исполнено. Требование о выплате полной суммы взамен ремонта заявлено им лишь в конце июня 2023 года.

Суд первой инстанции частично удовлетворил иск, поскольку по делу была проведена судебная экспертиза, согласно которой стоимость восстановительного ремонта составила 1 704 244 руб., она оценена как превышающая 75%, на основании чего суд пришёл к выводу о конструктивной гибели автомобиля.

Апелляционная инстанция отменила решение первой инстанции и отказала в иске, сделав вывод о том, что полная гибель автомобиля не наступила, стоимость ремонта не превысила 75% стоимости автомобиля. К моменту рассмотрения дела в апелляции автомобиль был полностью отремонтирован на станции, выбранной по направлению страховщика, а стоимость ремонта в размере 1 463 199 руб. 88 коп. была оплачена страховой компанией.

Кассационная инстанция согласилась с решением апелляции. Далее истец обратился в Верховный Суд РФ

Позиция ВС РФ

Верховный Суд РФ подтвердил выводы апелляции и кассации и отметил следующее.

1. Изначально истец не возражал против ремонта автомобиля и просил направить автомобиль на ремонт к официальному дилеру. ВС РФ указал, что эти действия расценены как явное и однозначное согласие страхователя на реализацию именно той формы страхового возмещения, которая предусмотрена договором — восстановительного ремонта. Таким образом, у страховщика возникли обоснованные ожидания, что обязательство будет исполнено в данном порядке, и он приступил к его реализации, неся соответствующие расходы.
2. Требование о выплате страхового возмещения в связи с полной гибелью транспортного средства заявлено истцом спустя более месяца после выдачи направления на ремонт. ВС РФ квалифицировал этот промежуток времени как значительный, в течение которого страховщик, действуя добросовестно, успел организовать и начать финансирование ремонтных работ. Заявление нового требования в такой момент было расценено как изменение ранее занятой позиции, создающее неравное положение для исполнившей свои обязательства стороны.
3. На момент рассмотрения спора автомобиль полностью отремонтирован, передан собственнику, претензий по качеству ремонта не заявлено. Фактическое принятие результата ремонта без возражений ВС РФ расценил как окончательное подтверждение согласия истца с данным способом исполнения договора. Это обстоятельство свидетельствовало о том, что первоначальная цель страхования — восстановление повреждённого имущества — была достигнута, и оснований для дополнительной денежной компенсации не возникло.
4. Вопрос о превышении либо непревышении стоимости ремонта 75 % стоимости самого автомобиля в данном деле не являлся очевидным и по-разному разрешался в различных оценках. Коллегия ВС РФ поддержала вывод апелляционного суда о том, что при наличии противоречивых расчётов и экспертных мнений суд вправе оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на их совокупности. При этом ключевое значение имел не математический расчёт, а реальная возможность и фактическое осуществление качественного восстановления транспортного средства. Отдельно ВС РФ обратил внимание на судебную экспертизу, проведённую по определению суда первой инстанции, согласно которой стоимость восстановительного ремонта составила 1 704 244 руб. и оценена как превышающая 75%. Однако ВС РФ согласился с позицией апелляции, которая, оценивая всю совокупность доказательств (включая фактически понесённые и документально подтверждённые расходы на ремонт в размере 1 463 199,88 руб.), пришла к выводу, что данный порог не превышен. Таким образом, ВС РФ подтвердил, что вывод о конструктивной гибели не может основываться исключительно на одной экспертной оценке, если ей противоречат другие доказательства по делу, в том числе фактические действия сторон.

ВС РФ подчеркнул, что гражданским законодательством установлен запрет на противоречивое, недобросовестное поведение стороны в договорных отношениях (эстоппель). В данном случае противоречие выражалось в том, что одной стороной были совершены действия, породившие у другой стороны разумную уверенность в определённом порядке исполнения договора, после чего первая сторона попыталась изменить свою позицию в ущерб интересам второй. Применяя данный принцип, ВС РФ указал, что истец, давший страховщику основание полагаться на ремонт как форму возмещения, не может впоследствии требовать выплаты денежной суммы, так как это нарушает баланс интересов.

Мнение эксперта

Данное определение Верховного Суда РФ от 21 октября 2025 г. по делу № 18-КГ25-311-К4 имеет важное значение для договорных отношений в сфере страхования автомобилей по КАСКО. Требование о выплате полной страховой суммы в связи с конструктивной гибелью является альтернативой ремонту и должно быть заявлено до его начала. Если же страхователь соглашается на ремонт и принимает его результат, он утрачивает право на изменение формы возмещения. Нарушение сроков или ненадлежащее качество ремонта дают право на предъявление отдельного требования, но не на пересмотр первоначального выбора в пользу денежной выплаты. Важно отметить, что данная правовая позиция полностью согласуется с принципом добросовестности (ст. 1 ГК РФ) и недопустимости злоупотребления правом (ст. 10 ГК РФ) в договорных отношениях.

Ксения Толмачева, член Союза юристов-блогеров при МГЮА и АЮР, преподаватель, практикующий юрист

Суды увидели во взаимоотношениях страхователя со страховой компанией противоречивое поведение самого страхователя (истца). Оно выражалось в том, что сначала им заявлено требование отремонтировать автомобиль, а позднее — выплатить страховое возмещение. Между первым и вторым требованиями прошло более месяца, что позволило страховой компании уже начать исполнять свою обязанность по договору. Этот промежуток времени расценен судами как разумный срок, в течение которого страхователь мог осознать последствия своего выбора. Стоимость ремонта автомобиля составила значительную сумму, которая была выплачена автосервису страховщиком. Если бы иск был удовлетворен, то страховая компания дважды понесла убытки в виде оплаты ремонта и выплаты стоимости автомобиля.

В данном деле страхователю следовало изначально определиться с одной формой возмещения (ремонт или выплата), а в случае проведения некачественного ремонта автомобиля или неполной выплаты страхового возмещения обратиться за защитой в суд.

Если есть основания полагать, что ремонт экономически нецелесообразен (стоимость превышает 75% или близка к этому), страхователям необходимо до подписания каких-либо документов о согласии на ремонт направить страховщику письменное требование о признании конструктивной гибели с приложением расчётов или заключения независимого эксперта. В случае отказа следует незамедлительно обращаться в суд, не допуская начала ремонтных работ.

Таким образом, для эффективной защиты своих прав страхователям необходимо с самого начала страхового случая занимать четкую и последовательную позицию, документально фиксируя свои требования к страховщику.