Определение Верховного Суда РФ от 07.03.2024 № 301-ЭС23-23499 содержит вывод о недопустимости расширительного толкования оснований для отказа в применении моратория к должнику.

Суть дела

Между ООО “Энергоконтроль” (заимодавец) и ООО “Гарант Энерго” (заемщик) заключен договор процентного займа от 07.03.2013 № 1 (в редакции дополнительных соглашений от 01.04.2013, 27.12.2013, 13.11.2014, 30.12.2014, 31.12.2015, 31.12.2016, 29.12.2017, 03.12.2018), по условиям которого заимодавец обязался передать заемщику денежные средства в сумме 200 000 000 руб., а заемщик – вернуть сумму займа и уплатить проценты в указанные договором сроки.

Согласно пункту 2.1 договора заем предоставляется на срок до 31.12.2013 с момента списания суммы займа либо его части с расчетного счета.

В соответствии с пунктом 2.2 договора в день истечения указанного срока сумма займа, указанная в пункте 1.1 договора, должна быть возвращена заемщиком заимодавцу, а также уплачены проценты, начисленные на сумму займа в соответствии с процентной ставкой, указанной в пункте 3.1 договора.

В пункте 3.1 договора займа стороны согласовали условие об уплате процентов за пользование займом. Согласно пункту 3.2 договора проценты по займу начисляются со дня, следующего за днем списания суммы займа с расчетного счета заимодавца по день его зачисления на расчетный счет заимодавца.

Выплата процентов за предоставленный заем осуществляется заемщиком одновременно с погашением суммы займа (пункт 3.3 договора).

На основании пункта 4.1 договора в случае несвоевременного возврата займа и процентов, начисленных на сумму займа, заемщик уплачивает заимодавцу неустойку в размере 0,1 процента от суммы невозвращенных в срок денежных средств за каждый день просрочки исполнения обязательства.

Во исполнение договора ООО “Энергоконтроль” перечислило на расчетный счет ООО “Гарант Энерго” денежные средства в сумме 200 000 000 руб.

ООО “Гарант Энерго” возвратило заем в полном объеме путем перечисления денежных средств на расчетный счет истца (платежные поручения от 05.08.2014 и 29.06.2015, соглашение о зачете взаимных требований от 30.11.2015).

Платежными поручениями от 26.06.2015 и 01.12.2016 ответчик выплатил 19 000 000 руб. процентов за пользование займом.

Соглашением сторон о зачете взаимных требований от 30.11.2015 прекращено обязательство ответчика по уплате 6 958 095,86 руб. процентов.

Ссылаясь на то, что ООО “Гарант Энерго” не исполнило обязательство по уплате 24 194 900,09 руб. процентов за пользование займом за период с 12.03.2013 по 30.11.2015, указывая на наличие правовых оснований для взыскания 1 475 888,91 руб. неустойки за период с 01.01.2021 по 02.03.2021 и по день фактической уплаты задолженности, а также 171 850,08 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 01.01.2021 по 02.03.2021 и по день фактической уплаты задолженности, ООО “Энергоконтроль” обратилось с иском о взыскании указанных сумм в арбитражный суд.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, иск удовлетворен частично: с ООО “Гарант Энерго” в пользу ООО “Энергоконтроль” взыскано 2 266 143,90 руб. неустойки, а также 11 219 руб. расходов по оплате государственной пошлины; в остальной части в удовлетворении иска отказано.

Удовлетворяя заявленные требования в части, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 309, 310, 329, 330, 810, 811 ГК РФ, Постановлением Правительства от 28.03.2022 № 497 и исходил из отсутствия правовых оснований для начисления неустойки в период с 01.04.2022 по 09.09.2022 по возврату процентов за пользование займом ввиду введения моратория, включающего спорный период.

Постановление суда кассационной инстанции принятые по делу судебные акты в части отказа во взыскании неустойки за период с 01.04.2022 по 09.09.2022 отменены, дело в данной части направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Отменяя принятые по делу судебные акты в части отказа во взыскании неустойки за период с 01.04.2022 по 09.09.2022 и направляя дело в данной части на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал, что суды не исследовали все обстоятельства дела и не дали надлежащей правовой оценки доводам, на которых стороны основывали свои позиции по вопросу применения абзаца 2 пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020 № 44 “О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ “О несостоятельности (банкротстве)” (далее – постановление Пленума № 44), согласно которому если при рассмотрении спора о взыскании неустойки или иных финансовых санкций, начисленных за период действия моратория, будет доказано, что ответчик, на которого распространяется мораторий, в действительности не пострадал от обстоятельств, послуживших основанием для его введения, и ссылки данного ответчика на указанные обстоятельства являются проявлением заведомо недобросовестного поведения, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий поведения ответчика может удовлетворить иск полностью или частично, не применив возражения о наличии моратория (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Суд указал, что истец заявил доводы и представил соответствующие доказательства о том, что ответчик действительно не пострадал от обстоятельств, послуживших основанием для введения моратория, и действия ответчика, направленные на уклонение от уплаты задолженности, являются недобросовестными. Ответчик также представил доказательства и привел доводы о применении к требованию о взыскании неустойки моратория. Однако данные доводы и доказательства сторон оставлены судами без внимания и должной оценки.

Не согласившись с постановлением суда кассационной инстанции, ответчик обратился с кассационной жалобой в Верховный Суд РФ.

Позиция Верховного Суда

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, Верховный Суд РФ определил отменить постановление суда кассационной инстанции и оставить в силе судебные акты судов первой и апелляционной инстанции в связи со следующим.

Согласно статье 9.1 Закона о банкротстве для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации.

Определение видов экономической деятельности, а также отдельных категорий лиц и (или) перечня лиц, пострадавших в результате обстоятельств, послуживших основанием для введения моратория, на которых распространяется действие моратория, в соответствии с пунктом 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве отнесено к прерогативе Правительства Российской Федерации.

При этом по буквальному смыслу названной статьи на лицо, которое отвечает требованиям, установленным актом Правительства Российской Федерации о введении в действие моратория, распространяются правила о моратории независимо от того, обладает оно признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества либо нет (определение Конституционного Суда РФ от 27.12.2023 № 3425-О).

Постановлением Правительства от 28.03.2022 № 497 с 01.04.2022 на территории Российской Федерации сроком на 6 месяцев введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, за исключением лиц, указанных в пункте 2 данного Постановления.

В силу пункта 2 Постановления Правительства от 28.03.2022 № 497 мораторий не применяется в отношении должников:

а) являющихся застройщиками многоквартирных домов и (или) иных объектов недвижимости, включенных в соответствии со статьей 23.1 Федерального закона “Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации” в единый реестр проблемных объектов на дату вступления в силу настоящего постановления;

б) включенных по мотивированному предложению руководителя федерального органа исполнительной власти, обеспечивающего реализацию единой государственной политики в отрасли экономики, в которой осуществляет деятельность соответствующее лицо, или высшего должностного лица субъекта Российской Федерации, в котором зарегистрировано или на территории которого осуществляет деятельность соответствующее лицо, в утвержденный Правительством Российской Федерации перечень лиц, на которых не распространяется действие моратория, деятельность которых регулируется Федеральным законом «О деятельности иностранных лиц в информационно-телекоммуникационной сети “Интернет” на территории Российской Федерации” и (или) Федеральным законом “О мерах воздействия на лиц, причастных к нарушениям основополагающих прав и свобод человека, прав и свобод граждан Российской Федерации”, а также положениями, предусмотренными Федеральным законом “О некоммерческих организациях” и (или) Законом Российской Федерации “О средствах массовой информации”, касающимися лиц, выполняющих функции иностранных агентов, либо которые являются аффилированными лицами указанных лиц (в редакции постановления Правительства Российской Федерации от 13.07.2022 № 1240).

Данный мораторий, как инструмент государственного регулирования экономики антикризисной направленности, был введен в целях обеспечения развития российской экономики в условиях внешнего санкционного давления и направлен на минимизацию последствий и повышение устойчивости российской экономики в условиях санкционного режима в 2022 году.

В пункте 2 постановления Пленума № 44 разъяснено, что в соответствии с пунктом 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве на лицо, которое отвечает требованиям, установленным актом Правительства Российской Федерации о введении в действие моратория, распространяются правила о моратории независимо от того, обладает оно признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества либо нет.

Таким образом, из приведенных положений правовых актов и разъяснений следует, что мораторий на начисление неустойки применяется ко всем категориям лиц, за исключением указанных в пункте 2 Постановления № 497, и независимо от того, обладают ли данные лица признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

Данная правовая позиция ранее была изложена в определениях Верховного Суда РФ от 06.02.2024 по делу №А55-23485/2021 и от 08.02.2024 по делу № А40-181975/2022.

Вместе с тем положения статьи 9.1 Закона о банкротстве, преследующие цель обеспечения стабильности экономики путем оказания поддержки отдельным хозяйствующим субъектам, не исключают возможности применения положений статьи 10 ГК РФ о запрете злоупотребления правом и последствиях его нарушения.

В частности, не исключается признание недобросовестным поведения должника, ссылающегося на мораторий, при доказанности того, что он в действительности не пострадал от обстоятельств, послуживших основанием для его введения, на что указано в абзаце втором пункта 7 постановления Пленума № 44.

Суд в зависимости от обстоятельств дела с учетом характера и последствий поведения ответчика, может удовлетворить иск полностью или частично, не применив возражения о наличии моратория.

При этом доводы взыскателя о том, что должник не пострадал от обстоятельств, послуживших основанием для введения моратория, при непредставлении данных доказательств, а также доказательств, позволяющих сделать вывод об осуществлении должником гражданских прав исключительно с намерением причинить вред взыскателю, об ином заведомо недобросовестном осуществлении гражданских прав (злоупотреблении правом), равно как и сам по себе факт подтверждения платежеспособности должника, не могут служить основанием для принятия к последнему мер, предусмотренных статьей 10 ГК РФ.

С учетом вышеуказанного нормативного регулирования лица, на которые распространяется мораторий, не обязаны доказывать свое тяжелое материальное положение для освобождения от ответственности за нарушение обязательств в период действия моратория.

Опровержение презумпции освобождения от ответственности в силу действия моратория возможно лишь в исключительных случаях и при исчерпывающей доказанности соответствующих обстоятельств.

Согласно пунктам 3, 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны. По общему правилу, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Возражая против применения моратория к ответчику, истец сослался на большое количество у ООО “Гарант Энерго” активов, а также на получение им прибыли.

Между тем согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2022), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 01.06.2022, по смыслу статьи 10 ГК РФ для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Следовательно, сами по себе доказательства, свидетельствующие о наличии у ответчика активов, факт его платежеспособности, а также деятельность должника, являющегося коммерческой организацией, направленная на систематическое получение прибыли, не могут служить основанием для отказа в применении моратория.

Поскольку вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ истец не представил доказательств, свидетельствующих о том, что осуществление ответчиком своих гражданских прав в спорный период было направлено исключительно на причинение ему вреда, или им допущено иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом), суды первой и апелляционной инстанций признав ООО “Гарант Энерго” лицом, на которое распространяется действие моратория, пришли к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для отказа в иске в части взыскания с ответчика процентов, начисленных за период действия моратория с 01.04.2022 по 09.09.2022.

Мнение эксперта

Верховный Суд РФ неоднократно отмечал, что введение моратория носит превентивную функцию (сохранение нормальной деятельности) и направлено на преодоление негативных последствий экстраординарной, независящей от должника, кризисной ситуации.

Главная цель введения моратория на банкротство заключается в создании предпосылок для финансового оздоровления хозяйствующих субъектов, положение которых ухудшилось по объективным, непредвиденным и экстраординарным обстоятельствам, возникшим вследствие сложившейся экономической ситуации. В силу указанных обстоятельств хозяйствующие субъекты не имеют возможности исполнять ранее возникшие обязательства в прежнем режиме. С целью недопущения кризисной ситуации в отношении хозяйствующих субъектов вводится мораторий на применение мер ответственности за просрочку исполнения ранее возникших обязательств. При этом предполагается воздействие экстраординарных обстоятельств на деятельность каждого должника, не подпадающего под предусмотренные законом исключения. Исходя из указанной цели моратория, Закон о банкротстве устанавливает исключения, наличие которых свидетельствует о том, что использование моратория не будет способствовать преодолению кризисной ситуации:

1) мораторий не применяется к лицам, в отношении которых на дату его введения уже возбуждено производство по делу о банкротстве;

2) не распространяется на требования, которые возникли после введения моратория;

3) недобросовестное поведение должника, ссылающегося на мораторий, при доказанности того, что он в действительности не пострадал от обстоятельств, в связи с которыми введен мораторий и использует режим моратория исключительно для того, чтобы избежать исполнения обязательств (Определение Верховного Суда РФ от 29.03.2024 № 306-ЭС23-23393, от 08.02.2024 № 305-ЭС23-17253, от 30.01.2024 № 305-ЭС23-12576).

Однако, поскольку предполагается воздействие экстраординарных обстоятельств, послуживших причиной введения моратория, именно на кредитора возложена обязанность доказать отрицательный факт (должник не пострадал от причин введения моратория).

управляющий партнер юридической компании ЮКО Юлия Иванова

Сами по себе факты стабильного финансового положения должника, продолжение деятельности и наличие активов не могут служить бесспорным подтверждением отсутствия влияния причин моратория на деятельность должника. Одновременно, само по себе неисполнение обязательства, подпадающего под мораторий, при наличии предположения кредитора о возможности его исполнения, не могут свидетельствовать об умышленном вредоносном поведении должника.


управляющий партнер юридической компании ЮКО Юлия Иванова.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *