Определение Верховного Суда РФ от 27.01.2026 №20-КГ25-8-К5 разъясняет правила исчисления срока исковой давности по оспариванию супругом сделок другого супруга по распоряжению общим недвижимым имуществом.
Суть дела
Т. обратилась в суд с иском к Т.И. (своему супругу) и Банку о признании имущества совместно нажитым и его разделе, признании договора об ипотеке (залоге недвижимости) недействительным, применении последствий недействительности сделки в виде аннулирования в ЕГРН записи об ипотеке.
Иск мотивирован тем, что с 25.07.2009 она состоит с Т.И. в браке. В 2015 году супругами на имя Т.И. было приобретено недвижимое имущество – здание и земельный участок.
По утверждению истца, в ноябре 2023 года ей стало известно, что 15.04.2016 ее супругом без получения ее согласия заключен с Банком договор об ипотеке указанных объектов недвижимости, который нарушает ее права как собственника имущества.
Банком в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности при обращении в суд с настоящими требованиями.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, исковые требования удовлетворены частично, договор об ипотеке (залоге недвижимости) признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде аннулирования регистрационных записей в ЕГРН об ипотеке в отношении спорных объектов недвижимости. Разрешая заявленные требования о признании договора об ипотеке (залоге недвижимости) недействительным, применении последствий недействительности сделки, суды исходили из того, что нотариально удостоверенного согласия на заключение договора залога истец своему супругу не давала, ее права являются нарушенными. Срок исковой давности для обращения в суд с настоящими требованиями не пропущен, поскольку в результате длительного разрешения спора по иску ее супруга договор об ипотеке в период с 28.07.2020 по 20.09.2021 был признан судом незаключенным, а в период с 29.06.2022 по 02.05.2023 – недействительным. Соответственно, необходимости оспаривать несуществующую сделку у истца не имелось. Действительность договора об ипотеке впервые была установлена определением суда апелляционной инстанции от 12.05.2023, о вынесении которого Таиловой М.А. стало известно лишь в ноябре 2023 года. Предъявление одним из супругов иска о признании сделки недействительной направлено на защиту общего субъективного интереса супругов по защите права общей совместной собственности. В связи с этим суд первой инстанции посчитал, что судебная защита нарушенного права общей совместной собственности супругов по иску Т.И. исключала течение срока исковой давности по требованиям истца о признании сделки недействительной.
Банк обратился в Верховный Суд РФ с кассационной жалобой на указанные судебные акты.
Позиция Верховного Суда РФ
Рассмотрев доводы кассационной жалобы, Верховный Суд РФ отменил судебные акты нижестоящих судов и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.
Согласно абзацу второму пункта 3 статьи 35 СК РФ (в редакции, действовавшей на дату заключения договора ипотеки) супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.
В соответствии со статьями 195, 199 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
С учетом приведенных норм материального права и заявления истца о применении срока исковой давности, сделанного в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции, судам следовало установить, когда истец узнала или должна была узнать о заключении оспариваемого договора ипотеки.
Банк в своих возражениях на иск, заявляя о пропуске срока исковой давности для обращения в суд с настоящими исковыми требованиями, указывал на то, о заключении супругом договора ипотеки истцу было известно по крайней мере в 2019 году при рассмотрении другого гражданского дела по иску Т.И., к участию в котором истец по настоящему делу был привлечен в качестве третьего лица. Так, истец лично присутствовала в суде и давала пояснения по делу; в ходе рассмотрения этого дела у истца для проведения судебной почерковедческой экспертизы были отобраны образцы ее подписи для установления подлинности либо фальсификации ее подписи в нотариально удостоверенном согласии, выданном от ее имени для заключения договора ипотеки; в суде апелляционной инстанции 26.10.2022 истец прямо указывала на то, что ей известно о нахождении спорного здания в залоге у банка, однако своего согласия на залог она не давала.
Только обращение в суд самого истца могло прервать течение срока исковой давности, обращение в суд иного лица в другом деле не прерывает течение срока исковой давности.
Таким образом, выводы судов, что предъявление одним из супругов иска о признании сделки недействительной направлено на защиту общего субъективного интереса супругов по защите права общей совместной собственности, вследствие чего обращение супруга в суд с соответствующим иском исключает течение срока исковой давности по другому иску другого лица, законными признаны быть не могут.
Ни предъявление иска супругом, ни вынесение судебных актов по его делу правового не имеют значения для оценки истечения (прерывания) срока исковой давности по предъявленному истцом иску на основании положений пункта 1 статьи 204 ГК РФ.
Комментарий специалиста
Рассматриваемое определение посвящено важному вопросу об определении начала течения срока исковой давности по требования супруга о признании недействительными сделок по распоряжению общим имуществом супругов, совершенных одним супругом без обязательного нотариального согласия другого супруга (пункт 3 статьи 35 Семейного Кодекса РФ).
Тимофей Лазарев, партнер юридической компании IMPACT LEGAL
В силу статьи 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.
Владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов (пункт 1 статьи 35 СК РФ).
По общему правилу при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Исключение из данного правила содержится в пункте 3 статьи 35 СК РФ, согласно которому необходимость получения нотариально удостоверенного согласия другого супруга требуется для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке. Данная норма права направлена на определение правового режима распоряжения имуществом, приобретенным супругами в браке.
Перечисленные сделки, совершенные без нотариального согласия другого супруга, могут быть оспорены последним. По своей правовой природе данные сделки являются оспоримыми, что в свою очередь предполагает строго определенный круг лиц, которые могут их оспорить и за которыми признается наличие интереса в таком оспаривании (другой супруг и его правопреемники) и специальный сокращенный субъективный срок исковой давности: одни год с момента, когда другой супруг узнал или должен был узнать о совершении такой сделки (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, Определение Конституционного Суда РФ от 28.04.2022 № 1078-О, Определение Верховного Суда РФ от 12.05.2015 № 58-КГ15-4).
При исчислении указанного срока исковой давности значение имеет не только момент фактической осведомленности другого супруга о распоряжении общим имуществом без его согласия, но также своевременность и разумность предпринятых им мер по получению необходимой информации (Определение Верховного Суда РФ от 28.08.2023 № 305-ЭС23-8438).
Наличие между супругами лично-доверительных отношений по распоряжению общим имуществом одним из супругов не исключает в то же время проявление разумного интереса другого супруга к состоянию совместно нажитого имущества, обращаясь для этих целей прежде всего, к участнику их общей собственности – супругу, на имя которого соответствующие объекты зарегистрированы, а при необходимости — к публичным (открытым) источникам информации, содержащим сведения о состоянии такого имущества. Само по себе фактическое прекращение брачных отношений или начало процесса раздела общего имущества не влияют на наличие у нее реальной возможности получения информации об общем имуществе и определении момента осведомленности о сделках с ним, поскольку разрыв лично-доверительных отношений между супругами не создает трудностей для получения необходимых сведений из публичных (открытых) источников, требуя только проявления интереса к получению этой информации.
В судебной практике момент реальной или потенциальной осведомленности о распоряжении общим имуществом связывается со следующими обстоятельствами:
— нахождение в браке с лицом, совершившим отчуждение, ведение в ним общего хозяйства и наличие общего семейного бюджета, освобождение отчужденного имущества, использование полученных за отчужденное имущество денежных средств на нужды семьи, очевидное изменение материального положения семьи (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.05.2021 № 42-КГ21-1-К4 и от 26.03.2019 № 5-КГ18-330 );
— участие в судебных процессах, в предмет рассмотрения которых входила спорная сделка, например оспаривание сделки по иным основаниям, взыскание задолженности и обращение взыскания на имущество (Определение Верховного Суда РФ от 10.07.2018 № 18-КГ18-120);
— приобретатели имущества открыто владели и пользовались им с момента приобретения, несли соответствующие расходы, обусловленные бременем содержания такого имущества, в то время как супруги прекратили нести указанное бремя (Определение Верховного Суда РФ от 12.07.2016 № 18-КГ16-50);
— заключение или дача согласия на совершение сделок, условия которых содержат отсылку к условиям других сделок, предусматривающих распоряжение общим имуществом или прямо содержащих условия о распоряжении им (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 10.07.2018 № 18-КГ18-120, Определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 14.09.2021 по делу № 88-19285/2021);
— сведения о регистрации прав на недвижимое имущество имеются в открытом доступе в сети Интернет и могут быть получены независимо от места нахождения (Определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 11.08.2022 по делу № 88-15684/2022).
Рассматриваемое определение также закрепляет важный тезис, касающийся прекращения течения срока исковой давности. Поскольку закон признает только за определенным лицом материальный интерес в оспаривании сделки по указанному основанию, обращение в суд других лиц, в том числе другого супруга, не могут прерывать течение срока исковой давности.
