ВС РФ признал неправомерным применение норм об ученическом договоре к отношениям, возникающим в сфере целевого обучения

Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации вынесено Определение от 11 августа 2025 г. № 14-КГ25-11-К1 об отмене судебных актов первой, апелляционной и кассационной инстанций и передаче дела о взыскании штрафа за неисполнение обязательств по договору о целевом обучении на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Суть дела

Между образовательной организацией, органом исполнительной власти субъекта в сфере здравоохранения (заказчиком целевого обучения), лечебным учреждением (работодателем) и потенциальным работником был заключен договор о целевом обучении по программе высшего образования. В соответствии с принятыми на себя сторонами обязательствами работник (ответчик) должен был после окончания обучения в ординатуре заключить трудовой договор с лечебным учреждением, срок осуществления ответчиком трудовой деятельности у работодателя устанавливался не менее 3 лет. Окончив обучение по образовательной программе, ответчик заключил трудовой договор с лечебным учреждением, но проработав менее 8 месяцев, принял решение об увольнении по собственному желанию. Образовательная организация (истец) направила требование о выплате штрафа в размере затраченных на обучение по целевому договору ответчика денежных средств, определенному пропорционально неотработанному времени. Требование об оплате штрафа работник не исполнил, после чего образовательная организация обратилась с иском в суд о взыскании штрафа.

Позиция суда первой инстанции

Решением суда первой инстанции исковые требования образовательной организации были оставлены без удовлетворения. Позиция стороны ответчика заключалась в необходимости рассматривать обязательственное отношение между лечебным учреждением и работником как ученическое, то есть, регулируемое трудовым законодательством, а не гражданско-правовое отношение по получению образовательных услуг в рамках целевого обучения. Суд согласился со стороной ответчика, сославшись на невозможность взыскания штрафа за отказ от продолжения трудовых отношений после ученичества, поскольку взыскание такого штрафа ТК РФ не предусматривает в качестве меры ответственности работника.

Позиция апелляционной инстанции

Суд апелляционной инстанции согласился с приведенными аргументами суда первой инстанции, указав, что доводы апелляционной жалобы относительно отсутствия трудовых отношений между истцом (образовательной организацией) и ответчиком являются несостоятельными по причине участия в договоре будущего работодателя. Судом также отмечено, что трудовое законодательство не предусматривает такого вида материальной ответственности работника, как штраф за неисполнение обязательств по ученическому договору, поэтому оснований для удовлетворения требований истца у суда первой инстанции не имелось.

Позиция кассационной инстанции

Согласившись с позицией суда первой и апелляционной инстанций, кассационный суд указал, что если одной из сторон отношения по целевому обучению является работодатель, а в договоре есть условие об исполнении работником обязательства по осуществлению трудовой деятельности у этого работодателя, спор разрешается в соответствии с ТК РФ, не содержащем норм о возможности взыскания штрафа в пользу истца (образовательной организации), в связи с чем выводы судебных инстанций об отсутствии правовых оснований для взыскания с ответчика штрафа соответствуют нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения. Суд кассационной инстанции также отверг доводы кассационной жалобы о гражданско-правовой природе договора, поскольку по смыслу ч. 1 ст. 198 ТК РФ является ученическим договором, заключаемым между работодателем и лицом, претендующим на осуществление трудовой функции у данного работодателя.

Мнение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда РФ

СК по гражданским делам ВС РФ пришла к выводу о неправильной оценке судами материальных норм и неверной квалификации отношений между истцом (образовательной организацией), ответчиком (работником), заказчиком (органом исполнительной власти субъекта РФ в сфере здравоохранения) и работодателем (лечебным учреждением). Судами первой и апелляционной инстанций при разрешении исковых требований образовательной организации о взыскании штрафа за неисполнение обязательств по договору о целевом обучении не было применено специальное правовое регулирование целевого обучения по квоте за счет бюджетных средств. 

Суд указал, что сторонами договора о целевом обучении в соответствии со ст. 56 ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» помимо гражданина и заказчика целевого обучения могут являться образовательная организация, а также организация, в которую будет трудоустроен гражданин в соответствии с договором о целевом обучении. Статьей 71.1 закона об образовании установлены особенности реализации прав граждан, заключивших договор о целевом обучении, осуществляющемся за счет бюджетных ассигнований, в том числе возможность взыскания штрафа за неисполнение гражданином принятых на себя обязанностей, вытекающих из договора о целевом обучении. К числу существенных условий договора о целевом обучении отнесены в том числе обязательства гражданина по осуществлению им трудовой деятельности в течение не менее трех лет в соответствии с полученной квалификацией. В случае неисполнения гражданином, принятым на целевое обучение по образовательным программам высшего образования за счет средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации или местного бюджета, обязательства по осуществлению трудовой деятельности в течение трех лет, такой гражданин выплачивает штраф в размере расходов соответствующих бюджетов, осуществленных на его обучение.

Таким образом, суд пришел к выводу, что целевое обучение по программам высшего образования за счет средств бюджетной системы Российской Федерации предусматривает наличие специального порядка приема на такое обучение по конкурсу в пределах установленной квоты и дополнительные условия реализации права на обучение по соответствующему договору, в том числе в части последствий несоблюдения гражданином условий договора о целевом обучении (обязательства по осуществлению трудовой деятельности в течение определенного срока), к которым относится выплата штрафа.

Штраф в размере расходов соответствующего бюджета, осуществленных на обучение гражданина, согласно нормативным положениям, действовавшим на дату заключения ответчиком договора о целевом обучении, а также на дату расторжения им трудового договора, выплачивался образовательной организации, где обучался гражданин (с 1 мая 2024 г. в соответствии с изменениями законодательства указанный штраф зачисляется в соответствующий бюджет бюджетной системы Российской Федерации).

Также СК по гражданским делам ВС РФ отмечено, что нормы главы 32 ТК РФ об ученическом договоре не могут быть применены к отношениям между истцом (образовательной организацией), ответчиком (работником) и третьими лицами (заказчик целевого обучения и работодатель), поскольку ученический договор заключается между работодателем и лицом, ищущим работу, с целью получения учеником образования и обеспечения потребности работодателя в кадрах. Обучение осуществляется за счет будущего работодателя, ученикам в период ученичества выплачивается стипендия из средств работодателя. Верховный суд посчитал, что нижестоящие судебные инстанции не дали оценки наименованию и содержанию договора о целевом обучении, заключенного между гражданином, заказчиком и образовательной организацией.

При таких обстоятельствах обжалуемые судебные постановления судов первой и апелляционной инстанций, кассационного суда общей юрисдикции Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации признала незаконными и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Мнение эксперта

Разграничение отношений, регулируемых гражданским и трудовым законодательством, зачастую вызывает затруднения у правоприменителя. Чаще предметом судебного спора становится ситуация, когда непосредственно трудовые отношения маскируются под гражданско-правовые, связанные с применением труда. В рассматриваемом кейсе произошла неправильная квалификация гражданско-правовых отношений в качестве непосредственно связанных с трудовыми отношений, входящих в предмет правового регулирования отрасли трудового права (отношения по профессиональному обучению). Позиции нижестоящих судов построены на трех основных доводах:

1) договор по целевому обучению заключен не только с образовательной организацией, а еще и с будущим работодателем, поэтому нельзя рассматривать данные отношения в качестве гражданско-правовых;

2) поскольку есть работник и работодатель, следовательно, отношения по обучению регулируются 32 главой ТК РФ «Ученический договор»;

3) неправомерность отказа от дальнейшей работы не ставится под сомнение, но выбранная истцом формулировка искового требования не может быть удовлетворена, поскольку штраф за отказ от работы после ученичества не предусмотрен Трудовым кодексом РФ в качестве основания материальной ответственности работника.

СК по гражданским делам ВС РФ, отменяя решения нижестоящих судов, руководствуется необходимостью квалифицировать отношения, сложившиеся между образовательной организацией и работником, в качестве гражданско-правовых, осложненных административным элементом. Подробно рассматривая положения законодательства об образовании, суд приходит к выводу, что при рассмотрении дела нижестоящими инстанциями не была дана оценка следующим имеющим значение юридическим фактам:

1. истцом является не работодатель, а образовательная организация;
2. образовательная организация в рассматриваемом деле оказывает услуги по целевому обучению по квоте за счет бюджетных ассигнований, заказчиком является орган исполнительной власти субъекта в сфере здравоохранения;
3. нормативное регулирование целевого обучения по образовательным программам высшего образования на момент прекращения трудового отношения обучившегося работника предусматривало право образовательной организации взыскать штраф за отказ от работы после окончания целевого обучения.
4. обучение производилось не за счет работодателя, а из средств бюджетной системы.

Ошибочная позиция судов первой, апелляционной и кассационной инстанции обусловлена тем, что участники отношений по целевому обучению обладают определенными специфическими признаками, на которые суды не сочли нужным обратить внимание. Вероятно, по аналогии со ст. 19.1 ТК РФ, где устанавливается необходимость признания гражданско-правовых отношений трудовыми, когда работодатель намеренно вместо трудового договора заключает договор гражданско-правового характера,  суды пришли к выводу, что отношения, названные целевым обучением, схожи с отношениями по ученичеству, поэтому стоит признать их ученическими с вытекающими правовыми последствиями в виде отказа во взыскании штрафа. Такое толкование неверно, а аналогия невозможна, поскольку в ст. 19.1 ТК РФ речь идет именно о трудовых отношениях, а не об отношениях по подготовке и дополнительному профессиональному образованию, являющихся не трудовыми, а производными от них (ст. 1 ТК РФ). 

Регулирование ученического договора предусматривает получение образования за счет средств работодателя. В связи с тем, что работодатель – бюджетное учреждение, суды и этот аргумент не зачли в пользу позиции истца, поскольку работодатель сам является организацией, финансируемой из бюджета субъекта РФ. 

Подводя итог, можно сделать вывод о специфике данного конкретного дела, где сложный субъектный состав участников обуславливает трудности в определении правовой природы отношений по получению образования будущим работником. Не вызывает сомнений, что в ученическом договоре инициатива обучения будущего работника принадлежит работодателю. Но нельзя назвать инициатором целевого обучения лечебное учреждение, куда впоследствии поступит на работу врач. В этом случае заинтересованным лицом является государство, как обладатель публичного интереса в обеспечении граждан квалифицированной медицинской помощью в рамках системы обязательного медицинского страхования. В ученическом же правоотношении нет публичного интереса, поскольку необходимость в сотруднике определенной квалификации определяет работодатель самостоятельно в рамках дозволительного, а не предписательного установления.

Буслаева Оксана Борисовна, к.ю.н., ст. преподаватель Кафедры правового регулирования экономической деятельности Финансового университета при Правительстве Российской Федерации