Определение Судебной коллегии по делам военнослужащих Верховного Суда РФ от 14.03.2024 № 226-КГ24-1-К10 устанавливает критерии разграничения ошибочного перечисления денежных средств, как разновидности неосновательного обогащения, и исполнения несуществующего обязательства.
Суть дела
Из материалов дела следует, по состоянию на 3 мая 2017 г. в одной войсковой части проходили военную службу по контракту рядовой Кужугет Б.О. (рядовой 1) и рядовой Кужугет Б.О. (рядовой 2), являющиеся полными тезками.
Рядовой 1 убыл в служебную командировку с 13 января 2022 г., и в соответствии с журналом учета убывающих военнослужащих фактически убыл из зоны проведения специальной военной операции 15 июня 2022 г.
Рядовой 2 убыл в служебную командировку с 17 марта 2022 г., 5 июня 2022 г. получил минно-взрывную травму (далее – травма), в связи с чем просил принять решение о выплате ему единовременной выплаты в связи с травмой, полученной в ходе специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, что подтверждается имеющимися в деле документами.
Из материалов дела следует, что сотрудник отдела кадров воинской части при поступлении рапорта о единовременной выплате рядовому 2 увидела, что его рапорт заполнен без указания банковских реквизитов, хотела уточнить банковские реквизиты, но не дозвонилась до него и получила выгрузку с базы данных "Алушта", из которой взяла банковские реквизиты, указала их в указанном рапорте и проекте приказа о единовременной выплате. При этом были заполнены банковские реквизиты рядового 1, который травм не получал.
Таким образом, в приказе командира войсковой части получателем единовременной выплаты был указан рядовой 2, получивший травму, а банковские реквизиты получателя единовременный выплаты были указаны рядового 1, который травму не получал.
Управление Финансового Обеспечения Министерства обороны РФ (УФО) платежным поручением перечислило 3 000 000 рублей в пользу рядового 1, с указанием в назначении платежа: «Единовременная денежная выплата по Указу Президента Российской Федерации № 98 согласно приказу № 151 от 3 августа 2022 г.»
В ходе проведения административного расследования и служебного разбирательства в отношении сотрудника отдела кадров воинской части было установлено, что ее умысла или заинтересованности иных лиц на указание банковских реквизитов другого лица в проекте приказа о единовременной выплате рядовому 2 не было, была допущена техническая ошибка, за которую ее привлекли к дисциплинарной ответственности.
В адрес рядового 1 было направлено требование о возврате перечисленных денежных средств, в котором указано, что на его лицевой счет были ошибочно перечислены денежные средства в размере 3 000 000 рублей и предложение в трехдневный срок с даты получения перечислить ошибочно переведенные денежные средства в размере 3 000 000 рублей по реквизитам УФО.
Рядовой 1 платежным поручением перечислил по реквизитам УФО 1 690 000 рублей. В назначении платежа было указано «Возврат средств. КБК <…>». Оставшиеся 1 310 000 рублей рядовой 1 перечислять отказался.
Рядовой 1 рапорт о единовременной выплате не подавал.
УФО обратилось в гарнизонный военный суд с иском о взыскании с рядового 1 неосновательного обогащения в размере 1 310 000 руб.
Решением гарнизонного военного суда в удовлетворении иска было отказано. Отказывая во взыскании денежных средств в размере 1 310 000 рублей, суд в решении указал, что, несмотря на необоснованное перечисление ответчику единовременной выплаты, выплаченные ему излишние денежные средства возврату не подлежат на основании пункта 4 статьи 1109 ГК РФ.
Апелляционным определением окружного военного суда решение суда первой инстанции отменено и по делу принято новое решение об удовлетворении искового заявления. С рядового 1 взысканы денежные средства в размере 1 310 000 рублей.
Отменяя решение суда первой инстанции, окружной военный суд исходил из того, что спорная выплата предназначалась конкретному военнослужащему, получившему травму, но в связи с неверным указанием банковских реквизитов, ошибочно перечислена ответчику, не имеющему права на ее получение.
Учитывая величину денежного довольствия ответчика по занимаемой им воинской должности, включающего наряду с окладом месячного денежного содержания ряд дополнительных выплат, в том числе и за участие в специальной военной операции, сумма излишней выплаты в размере 3 000 000 рублей составила значительную часть фактически получаемых им ежемесячно денежных средств, а их общая сумма очевидно превысила ту сумму, которая в действительности полагалась к выплате ответчику в качестве денежного довольствия.
Кроме того, суд апелляционной инстанции указал о том, что ответчик знал, что спорная выплата ему не принадлежит, о чем свидетельствуют и те факты, что после направления ответчику требования о возврате ошибочно перечисленной ему единовременной выплаты, последним в добровольном порядке возвращена часть денежных средств, а также им получены выплаты за участие в специальной военной операции.
Определением кассационного военного суда апелляционное определение отменено, оставлено в силе решение суда первой инстанции. Кассационный военный суд пришел к выводу, что сам факт неверного указания ответственными лицами в приказе командира воинской части недостоверных банковских реквизитов для перечисления выплаты не является достаточным основанием для взыскания данной суммы с ответчика и не свидетельствует о наличии счетной или арифметической ошибки, так как это связано не с математическими расчетами, а с действиями (бездействием) конкретных должностных лиц, отвечающих за составление проектов приказов.
Не согласившись с судебными актами военных судов первой и кассационной инстанций, УФО обратилось с кассационной жалобой в Верховный Суд РФ.
Позиция Верховного Суда
Рассмотрев доводы кассационной жалобы, Верховный Суд РФ определил отменить судебный акт суда кассационной инстанции и оставить в силе постановление суда апелляционной инстанции в связи со следующим.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1 ГК РФ одними из основных начал гражданского законодательства являются обеспечение восстановления нарушенных прав и их судебная защита.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 26.02.2018 № 10-П, содержащееся в главе 60 ГК РФ правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции РФ требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц; соответственно, данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям.
Согласно статье 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного Кодекса.
Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.
В силу пунктов 3 и 4 статьи 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки; денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.
Из приведенных выше норм материального права в их совокупности следует, что приобретенное либо сбереженное за счет другого лица без каких-либо на то оснований имущество является неосновательным обогащением и подлежит возврату, в том числе, когда такое обогащение является результатом поведения самого потерпевшего.
При этом в целях определения оснований для взыскания неосновательного обогащения необходимо установить не только сам факт приобретения или сбережения таким лицом имущества без установленных законом оснований, но и то, что именно ответчик является неосновательно обогатившимся за счет истца и при этом отсутствуют обстоятельства, исключающие возможность взыскания с него неосновательного обогащения.
Согласно подпункта «б» пункта 1 Указа Президента РФ от 05.03.2022 № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим военную службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и членам их семей» военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющим специальное звание полиции, принимающим участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, получившим ранение (контузию, травму, увечье) в ходе проведения специальной военной операции (при выполнении специальных задач), осуществляется единовременная выплата в размере 3 млн рублей. Указанная выплата производится в целях предоставления дополнительных мер социальной поддержки военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей.
Получение единовременной выплаты не учитывается при определении права на получение иных выплат и при предоставлении мер социальной поддержки, предусмотренных законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации (пункт 2 Указа Президента РФ от 05.03.2022 № 98).
Соответственно, установленная для данной категории военнослужащих единовременная выплата не является формой оплаты их труда и не может быть приравнена к заработной плате.
Материалами дела подтверждается, что ответчик получал ежемесячно денежное довольствие, которое в силу положений части 1 статьи 2 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» является основным средством его материального обеспечения и стимулирования исполнения обязанностей военной службы. Кроме того, ответчик получал выплаты за участие в специальной военной операции, что подтверждается расчетными листками о производстве выплат.
Единовременная выплата для ответчика в данном случае не является выплатой в возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью, поскольку он в отличие от рядового 2, вреда, причиненного жизни и здоровью в виде травмы, не получал, и право на выплаты в возмещение вреда, причиненного здоровью, у него не возникло.
Таким образом, требования пункта 3 статьи 1109 ГК РФ, при которых возврату в качестве неосновательного обогащения не подлежат заработная плата и приравненные к ней платежи, а также платежи в возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью, не подлежат применению к единовременной выплате, полученной ответчиком.
Пунктом 2 Порядка назначения и осуществления единовременных выплат, установленных Указом Президента РФ от 05.03.2022 № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей», в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны РФ от 22.04.2022 № 236, было предусмотрено, что единовременные выплаты осуществляются военнослужащим, принимающим участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, получившим ранение (контузию, травму, увечье) в ходе проведения специальной военной операции, — финансовым органом, в котором состоят на денежном довольствии органы военного управления, объединения, соединения, воинские части и организации Вооруженных Сил Российской Федерации, в которых указанные военнослужащие проходят военную службу.
Согласно пункта 4 указанного Порядка в период рассматриваемых правоотношений единовременная выплата назначалась приказом командира (начальника) воинской части, в которой военнослужащий проходит военную службу, на основании рапорта военнослужащего и выданной справки о ранении (контузии, травме, увечье).
Материалами дела не подтверждено, что УФО и командир воинской части, требующие возврата денежных средств в размере 1 310 000 рублей, при перечислении единовременной выплаты знали об отсутствии обязательства либо предоставили указанные денежные средства в целях благотворительности.
Таким образом, положения, содержащиеся в пункте 4 статьи 1109 ГК РФ, о невозможности возврата неосновательного обогащения к указанным правоотношениям применению не подлежат.
Мнение эксперта
Рассматриваемое определение несмотря на то, что в значительной степени посвящено анализу специфических правоотношений в связи с осуществлением выплат военнослужащим, участвующим в СВО, тем не менее затрагивает ряд важных моментов, касающихся института неосновательного обогащения.
управляющий партнер юридической компании ЮКО Юлия Иванова.
В первую очередь, Верховный Суд РФ на примере конкретных обстоятельств рассмотренного спора устанавливает критерии разграничения ошибочного перечисления денежных средств и исполнения несуществующего обязательства. Важность такого разграничения связана с тем, что ошибочное перечисление денежных средств в отсутствие у получателя каких-либо правовых оснований для их получения и удержания является одной из наиболее распространенных форм неосновательного обогащения получателя. В такой ситуации, независимо от вины потерпевшего и его осмотрительности, ошибочно перечисленные денежные средства подлежат возврату (статья 1102 ГК РФ). Как правило, ошибочное перечисление имеет место в виде переплаты ранее уже оплаченных товаров (работ, услуг), ошибочное перечисление в счет исполнения обязательства другого лица при отсутствии к тому правовых оснований, выплаты в счет исполнения обязательства, касательно наличия которого плательщик был введен в заблуждение (пункт 5 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении», пункт 16 «Обзор судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2020)», утв. Президиумом Верховного Суда РФ 10.06.2020, Определение Верховного Суда РФ от 25.02.2020 № 69-КГ19-18, Постановление Президиума ВАС РФ от 29.01.2013 № 11524/12, Постановление Президиума ВАС РФ от 11.10.2011 № 6568/11).
Одновременно, положения пункта 4 статьи 1109 ГК РФ исключают возврат переданного во исполнение несуществующего обязательства или в целях благотворительности.
Критерием разграничения этих ситуаций является воля потерпевшего (плательщика) в момент осуществления платежа: были ли его действия по перечислению денежных средств результатом ошибки (технической ошибки, ошибочного представления о наличии оснований для осуществления платежа) или плательщик сознавал отсутствие каких-либо обязательств перед получателем, добровольно и намеренно перечислял денежные средства получателю. В судебной практике выработаны критерии, по которым разграничиваются указанные ситуации:
- было ли перечисление однократным или имело место несколько последовательных регулярных перечислений;
- назначения платежа и иные обстоятельства совершения платежа;
- имел ли плательщик реальную возможность не допускать или устранить ошибку при совершении платежа;
- имели ли место какие-то отношения между плательщиком и получателем, их характер и могли ли они обусловить совершение платежа;
- наличие или отсутствие доказательств того, что между плательщиком и получателем имел место заключенный в установленной законом форме договор дарения (Определение Верховного Суда РФ от 27.04.2021 № 32-КГ21-2-К1, Определение Верховного Суда РФ от 19.03.2013 № 18-КГ13-6, Определение Первого кассационного суда общей юрисдикции от 10.04.2024 по делу № 88-10396/2024, Определение Первого кассационного суда общей юрисдикции от 27.03.2024 № 88-9260/2024, Определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 02.04.2024 № 88-7670/2024, Определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 20.02.2024 № 88-4046/2024, Определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 28.09.2023 N№ 88-24527/2023, Определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 20.02.2024 по делу № 88-4499/2024).
Также следует обратить внимание на важный вывод рассматриваемого определения о том, что гражданско-правовой институт неосновательного обогащения (глава 60 ГК РФ) носит межотраслевой характер, и применим как в частно-правовых, так и в публичных правоотношениях.
