В 1998 году между Ликероводочным заводом "Глазовским" и известным конструктором Михаилом Тимофеевичем Калашниковым было заключено соглашение, в соответствии с которым последний передал право на использование своей фамилии в обозначениях "КАЛАШНИКОВ" и "KALASHNIKOV" для индивидуализации товара - водочного изделия, выпускаемого заводом. 23 декабря 2013 г. Калашников М.Т. умер. В последующем преемникам конструктора были выданы свидетельства о праве на наследство - в соответствии с ними наследникам перешли и права требования по заключенному ранее соглашению. Межрегиональный фонд общественный фонд им. М.Т. Калашникова, который, вероятно, и получал средства за использование фамилии конструктора, впоследствии уступил права требования наследникам. Такие лица могли получать средства за использование фамилии конструктора - соглашение действует вплоть до 2028 года. 

Ликероводочный завод “Глазовский” с такой сделкой уступки права требования не согласился, поскольку согласие на такую уступку не давал, а использование имени (фамилии) конструктора не подразумевает преемства (не может переходить в порядке наследования), ввиду чего сделка является недействительной. Логику завода поддержали апелляционный, кассационный суды.

Позиция Верховного Суда РФ.

Однако, Верховный Суд РФ в Определении ВС РФ №43-КГ21-7-К6 от 22 марта 2022 пришел к иному выводу. Плата по возмездному договору за использование имени (как в настоящем случае) не подразумевает запрета на правопреемство. Также после смерти носителя имени защиту его имени может осуществлять заинтересованное лицо. Как отметил Верховный Суд РФ: из существа договора не следует, что предоставление права на использование имени за плату связано неразрывно с личностью М.Т. Калашникова. Более того, договор не содержит положения о том, что в случае смерти конструктора, договор перестает исполняться.

Комментарии экспертов

Верховный Суд РФ обратил внимание судов на существенное различие права на имя и получение платы за его использование.

Комментирует юрист в сфере защиты бизнеса и граждан, Ким Владислав Олегович.

Если первое – есть неотчуждаемое неимущественное право гражданина, которое не может наследоваться и переходить в порядке правопреемства никаким лицом (в соответствии с абз. 1 п. 4 ст. 19 ГК РФ: приобретение прав и обязанностей под именем другого лица не допускается), то согласно абз. 2 п. 4 ст. 19 ГК РФ: имя физического лица или его псевдоним могут быть использованы с согласия этого лица другими лицами в их творческой деятельности, предпринимательской или иной экономической деятельности способами, исключающими введение в заблуждение третьих лиц относительно тождества граждан, а также исключающими злоупотребление правом в других формах.

Верховный Суд РФ также подчеркнул весьма важное обстоятельство: по общему правилу уплата денежных средств во исполнение возмездного договора не связана с личностью кредитора, несмотря на то, что встречное предоставление с его стороны может быть произведено только этим лицом.

Ким Владислав Олегович

Кроме того, сам договор, заключенный ранее с Л.Т. Калашниковым, не содержал никаких оговорок о его прекращении ввиду смерти конструктора.

Думаю, что спор наследников оружейника Калашникова может создать прецедент в вопросе права на распоряжение собственным именем.

Считает юрист корпоративной практики ЮК “Центральный округ Ирина Минакова

Суды всех четырех инстанций, включая Верховный суд, пытаются разграничить два вида правомочий – право на имя и право на использование имени. Что это значит? Право на имя означает, что никто не может произвольно назваться чужим именем и создать обязанности для другого лица. Например, если гражданин берет в долг, называясь Филиппом Киркоровым, это не значит, что вернуть долг обязан известный певец. Право на имя неотчуждаемо, непередаваемо и прекращается только смертью.

В праве использования имени оно превращается в бренд. Поэтому компании стремятся получить согласие известного гражданина, чтобы рекламировать свой продукт. Что происходит с этим правом после смерти гражданина, законодательство прямо не указывает. Суды пытаются определить взаимосвязь между двумя видами прав и дать ответ на вопрос – прекращает ли право на имя одновременно и все права на использование имени? Если ответ будет положительным, то наследники не имеют права на вознаграждение. Этого подхода придерживались суды трех нижестоящих инстанций. С одной стороны, эта позиция устроила бы завод «Глазовский» – больше не нужно тратиться на выплаты. Но с другой стороны, прекращение права означает, что завод больше не сможет использовать имя Калашникова для идентификации своей продукции. Вряд ли это соответствует его интересам. Верховный суд РФ попытался исправить ошибку нижестоящих судов и обосновал иной подход. Поскольку согласие на использование имени Калашников дал при жизни, то он исполнил свою часть договора. Теперь завод должен исполнить свой долг – уплачивать вознаграждение до 31 декабря 2028 года.

Такая позиция находит компромисс между интересами всех сторон спора – завод может продолжать обозначать свою продукцию именем М. Т. Калашникова, а наследники получат причитающееся вознаграждение.

Ирина Минакова

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.